Илья Лагутенко. Въехал как следует

Автор: Серафима Скибюк

Вокалист группы «Мумий Тролль» Илья Лагутенко, не так давно выпустивший сборник путевых заметок «Книга странствий: Мой Восток», специально для Rolling Stone написал о западной части приключений своей группы: в ходе гастрольного тура 2009 года владивостокские рокеры посетили тридцать девять городов США, Канады и Мексики

Нью-Йорк, 30 сентября - 2 октября

Прилетели из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк. После тридцати градусов жары в Калифорнии здесь гораздо прохладнее - уже началась хмурая осень. Но мы тут ненадолго, после концерта сразу улетаем. Первое выступление намечено в уже опробованном в прошлом туре зале The Fillmore At Irving Plaza. Сразу достали из чемоданов наши концертные костюмчики - настоящие морские робы. Примерили - зеркала в гримерках большие, видно в полный рост: ну ничего, такие дембеля. Больше всех идет старшине второй статьи пану Пунге (барабанщику «Мумий Тролля» Пунгину - прим. RS). Главное, чтобы форма не подвела - будем в ней все сорок концертов. Должна выдержать. Наша гостиница находится прямо в центре города - напротив Мэдисон-Сквер-Гарден. Народ носится по тротуарам, задевая друг дружку чемоданами, рюкзаками и просто сталкиваясь между собой. Продавец сим-карт в магазине, похоже, очень недоволен, что я попросил его настроить на моем телефоне Интернет. Для переезда из отеля на площадку портье поймал нам пару больших такси-вэнов. Получил свою пятерку и испарился. Таксисты, дождавшись, когда мы загрузим аппаратуру, затребовали цену на пятьдесят долларов выше. На наши крики «А как же портье?» отвечали: «Какой портье? Покажите-ка его». Пригрозили им выгрузить все гитары. Сторговались. После саундчека вышли на Ирвинг-плаза, там происходила обычная субботняя вакханалия: выступали мимы, женщины в белом рисовали картины песком, выставлялись рукодельные покрывала и деревянные индейские статуэтки; тут же можно сдать собаку в вольерчик, засыпанный опилками, где псина час-другой проведет в обществе себе подобных. Прошли по Сохо-шопинг-улочкам, оделись так, что от местных не отличишь. Побродить бы тут еще, но пора на концерт, да и моросит - стемнело.       

Нью-Хэйвен, 3 октября

Едем по местам первых поселенцев в автобусе. Смеемся, что если бы у них был такой, вряд ли американцы настроили бы всю свою нью-готику. На дверь добрый водитель Марти наклеил предупреждение «Выходить из автобуса аккуратно: мы припаркованы у проезжей части». Так и есть: выходишь, а тебя обдает теплым ветром от проезжающей в десяти сантиметрах машины. Хорошо, не брызгами от луж. Ну ладно, луж тут нет, потому что дожди еще не начались - только лето заканчивается. Радует, что тут говорить. Местные жители занимаются тем, что подкрашивают и ремонтируют то, что построили несколько веков назад их деды-прадеды. Кажется, что больше в городе ничего не происходит. Вдруг на улице попадается толпа тетушек с внучками в платьях и огромных старинных юбках, а вместе с ними вышагивают джентльмены в сюртуках. Кажется, что прибыл корабль из Англии с новыми поселенцами, а на самом деле просто из оперного театра вышли зрители. Вечером за углом на улице в огромные фургоны загружали пугающие декорации мюзикла «Молодой Франкенштейн».

Кембридж, 5 октября

Приключение с автобусом. Заблокировало дверь. Выяснилось, что один из поклонников просит подписать двухдолларвую купюру на память. Я объясняю, что это плохая примета: дескать, что-нибудь случится и он эти деньги потеряет. В истерике он продолжает требовать подписать. Подписываю. В следующий момент в автобусе пропадает давление. Дверь не открывается. Водитель на законном отдыхе, его мобильный отключен. Деньги остаются в автобусе, поклонники - на улице. После двух часов ожидания они уходят. На улице также остается Пунга - прохожие подсаживают его, чтобы он все-таки пролез в окно автобуса. Парни-добровольцы так разошлись, что Олег влетел в автобус горизонтально - как Супермен, вытянув вперед руки.

Монреаль, 8 октября

Нашел китайский квартал. Съел шашлычков с пивом. Вкусно, но с Китаем, конечно, сравнивать невозможно. Не думаю, что когда-нибудь узнаю, из чего они делают эти шашлычки. Чтобы показать, что стоянка занята, нужно встать и раскинуть руки буквой «Т». Превратился в букву, постоял, подождал наш автобус. Штука в том, что на улицах никто не говорит по-английски. На вопросы, где найти китайский квартал, отвечают, но на французском - заодно и попрактиковался. Буквально через каждые несколько шагов мне попадаются маленькие семейные кафе, где сикх в тюрбане примет ваш заказ, тут же приготовит его и сам же вынесет вам дымящееся блюдо. Карточки в таких заведениях не принимаются - только кэш. Канадских пяти долларов не хватило. Выручило, что американские деньги берут без проблем, даже монеты. Огромный выбор превосходных и недорогих французских вин и сыров. Ароматы свежих французских булок, приглашения поохотиться на оленей.    

Торонто, 10 октября

Начинаю привыкать к Starbucks. Берешь самое большое латте - так много молока и мало кофе, что в голове сразу возникает ощущение детства. Вчера какой-то идиот забрался на сцену, растоптал половину наших педалей, своей задницей снес акустическую гитару и еще, по-моему, наступил на нее. Похоже, гитару надо будет лечить. Очень жалко ее: хорошая она у меня, сделана из дерева коа, случайно купил несколько лет назад на распродаже в гитарном центре Лос-Анджелеса. Звучит удивительно свежо даже в моих руках. Коа - гавайское дерево, должно расти лет двадцать пять, чтобы выросло до размера, когда из него можно делать гитары.  

Понтиак, 11 октября

Очень маленький город - буквально две-три улицы, где, ко всему прочему, увеселительные заведения открываются только вечером. Впрочем, так же быстро они и закрываются. Отправились бродить по Понтиаку и набрели на очень маленькую закусочную с полностью американским меню. Навстречу нам вышла кругленькая тетушка, которая спросила, правда ли, что у нас в центре Москвы, столицы нашей, лежит мертвый человек по имени Сталин? Мы говорим: правда - только его по-другому зовут. После этого она отправилась на кухню за омлетом, оставшимся с утреннего меню. Пока она несла, в кафе пришел странный человек в наколках, c проколотым носом и губами, и сел неподалеку. Он гавкнул на тетушку, и она мгновенно про нас забыла. Так что когда мы наконец-то увидели перед собой омлет, тот дядька - то ли сын ее, то ли молодой любовник - уже успел все проглотить. Потом мы поплелись к автобусу, чтобы приготовиться к концерту. Рядом с местом, где мы играли, находилась дискотека, причем она была устроена так, что до какого-то часа туда всех пускают. Уселись слушать Dinosaur Jr., а в это время в дверь клуба стал ломиться странный товарищ. Он какое-то время истошно орал и колотил в двери, и большие черные секьюрити равнодушно смотрели на него, так и не пустив внутрь.

Кливленд, 12 октября

Списались в «Фейсбуке» с клавишницей группы Kong South, участвующей в нашем концерте, - она панк-рокерша, и ее зовут Мара. В клубе кивнули друг другу издалека в знак приветствия. Наши друзья отыграли довольно быстро и так же быстро напились местного эля. Поэтому после нашего выступления они  пришли к нам в гримерку загадочные, задумчивые, радостные. Звали в гости, предлагали остаться у них в Кливленде. Потом услышали стук в дверь - со стороны входа донеслось картавое  «привьет». Тут же гримерка заполнилась русскими студентами - их было примерно двадцать человек, сразу стало душно. Они даже приволокли нам стенгазеты. Все вокруг здорово напоминало пионерлагерь старших отрядов, когда у всех девушек короткие юбки. Поболтали с охранниками и быстро об этом пожалели: оказалось, что накануне сюда приезжали разбираться серьезные ребята и устроили перестрелку. Разобравшись, свинтили, пообещав приехать во второй раз. Будем иметь в виду. Обычно за вечер играет несколько групп - три-четыре. В основном аудитория к нам приходила русская, но встречались и аборигены. Обычно все удивляются, что русские еще и рок играют.  

Чикаго, 13-15 октября

Здесь мы должны отдохнуть. Приехали рано утром. В Чикаго все время ветер и дождь, хотя мы рассчитываем погулять. Мы живем в центре, возле знаменитого пирса, где настроены павильоны. Первый день убиваем на разведку, где какие магазины. В этом месте Чикаго мы не были прежде. Ходим и всей толпой, и порознь, а встречаемся в городе на перекрестках и в Apple Store. На третий день холодает. Без перчаток на улицу выходить невозможно - мерзнем и мокнем. При этом не грязно - такое впечатление, что всю грязь они экспортируют в Россию. Может, они сами моют улицы? Когда мы заходим в концертный зал Логанс, возникает ощущение, что ты попал в дом каких-то совсем старых времен. От архитектуры глаз не оторвать: почти вертикальные лестницы, зал с лепниной, старый паркет. Если посередине зала поставить стол и посадить за него людей с сигарами, можно прямо очутиться в старинном фильме про гангстеров. Можно было бы снять клип на этом фоне - с мясом и свистом пуль. Хотя концерт получается добрым.

Нью-Хэмптон, 19 октября

Через час мы выдвигаемся из мотеля. Я отправляюсь на улицу с рюкзаком за плечами. В моих планах приобретение бутылочки вина, сыра и булочки - нужно поужинать перед выездом. Иду, светит луна, страшно. Навстречу - полицейская машина. Проходит мимо, я оборачиваюсь, а у них супермигалки. Я понял, для чего они такие яркие: это вызывает супершок. Тут до меня доходит, что я топаю в концертной форме, напоминающей арестантскую робу. А нам всем выезжать из гостиницы в другой город. Приезжают сразу три машины. Появляется женщина-офицер, которая начинает спрашивать, где моя арестантская шапочка, и приказывает поставить на землю рюкзак и отойти от него. Потом они достают оттуда вино, сыр и булочку. В общем, меня все-таки довозят до мотеля. Мы сидим - подъезжает еще одна машина с мигалками, а в ней - Юра Цалер. Его остановили, потому что в Нью-Хэмптоне нельзя пешком ходить по хай-вэю. Русскому человеку такое в голову не придет - в Америке же горы, красота.  

Денвер, 20 октября

Мы отправляемся кушать яков. В Колорадо кругом разводят яков - огромные такие быки, наверное, вы видели их на картинках. Тут их едят. А так как мы сразу взяли за правило пить, что люди пьют, и есть, что люди едят, мы решили отправиться на эту ферму. На входе в ресторан нас приветствует чучело огромного яка, наполовину торчащее из стены. Наверное, его при жизни чем-то страшным кормили, раз он вырос таким гигантским. Потом мы снова отправляемся на прогулку и фотографируемся прямо на проезжей части - несанкционированно становимся посреди дороги и прыгаем. Проезжающие люди машут нам руками и улыбаются - в Москве на такую милость рассчитывать не приходится.