«Во все тяжкие»: Жизнь Бетси Брандт в фиолетовом цвете

26 Августа 2013 | Автор текста: Шон Т. Коллинз
«Во все тяжкие»: Жизнь Бетси Брандт в фиолетовом цвете
Бетси Брандт
Твитнуть

«Когда я прочитала сценарий, — говорит Бетси Брандт о легендарном первом эпизоде «Во все тяжкие», — я сказала своему мужу что это лучший сценарий, который я когда-либо видела. Тогда мне сразу же пришла мысль: «Боже, надеюсь, они реально сделают это». Это было ни на что не похоже». Ей не стоило волноваться. Первые восемь эпизодов были расхвалены критиками и имели невероятный успех у зрителей, и персонаж Бетси, Мари Шрейдер, сыграл важную роль в поимке Уолтера Уайта.

Мари, сестра Скайлер и жена Хэнка — вечная проблема: она нервная, периодически ее одолевает страсть к клептомании, кроме того, она повернута на фиолетовом цвете. Но ее резкость и глупость — всего лишь маска, скрывающая глубоко преданного и сочувствующего человека. RS расспросил Бетси о Мари и о ее новой роли в ситкоме «Шоу Майкла Дж. Фокса».

Итак. Мари влепила пощечину Скайлер.

Я смотрела эту сцену со своим мужем, мы всегда так делаем: дети идут спать, а мы — смотреть «Во все тяжкие». Но когда я смотрела этот момент, где Мари и Скайлер говорят в спальне, я почувствовала такое сильное напряжение, что мое сердце стало колотиться как бешеное. Помню, как говорила Энн (Ганн) как это было тяжело. Мне всегда нравились отношения Мари и Скайлер, такие вечно воююще-приятельские, и теперь все в прошлом. Все закончилось.

Пощечина ясно дала это понять.

Да, мне понравилось, что они выбрали именно ее. Это была адекватная реакция.

В частности, это была реакция на осознание того, что Уолт стоял за тем, когда в Хэнка выстрелили, и теперь у Мари был выбор между мужем и сестрой.

Если вернуться к моменту, когда в Хэнка стреляли, вы вспомните, что Мари обратилась к Уолту с фразой: «Ты должен сделать что-нибудь с этим! Ты знал!». У нее уже тогда возникло слабое подозрение. Потом все сочли ее сумасшедшей, и она сама ругала себя за такие мысли. Но, как ни странно, в итоге она оказалась права.

Сейчас уже трудно вспомнить (в последнее время у Мари был тяжелый материал), что изначально персонаж был довольно комичным.

В сравнении с тем, какие роли я раньше играла, «Во все тяжкие» был веселым. Поначалу я характеризовала его как черную комедию. Мы бы оба так сделали. И с каждым сезоном, сериал становится все темнее и чернее. Когда люди спрашивают как мне «Шоу Майкла Дж. Фокса», я отвечаю что «намного веселее». Ту сцену со Скайлер было на самом деле весело делать. Да, это был ужасно выматывающий день, но в то же время он был великолепным.

Ну, это противостояние накалялось в течение лет.

Именно это я и сказала Тому Шнауцу, который писал этот эпизод: «Мы ждали эту сцену на протяжении многих сезонов». И когда мы уже делали сцену, в голове у меня только и вертелось: «О Боже, момент настал».

Борьба Мари и Скайлер из-за ребенка была одной из самых мучительных сцен, которые я когда-либо видел на телевидении.

Снимать эту сцену с ребенком было... мы использовали куклу где только могли, но все равно, сцена получилась очень эмоциональной. Все еще подшучивали: «Вот, она пытается украсть ребенка». Я знаю, Мари клептоманка, но я не смотрела на сцену с такой стороны. Это выглядело так, будто я спасала ребенка из горящего дома. Мари пыталась забрать детей из этого дома. Это, конечно, небезопасно для детей. И это была, опять же, реакция. Слава богу, Хэнк сказал: «Мари, ты не посмеешь». И она знала, что должна слушаться его. Мне очень нравится этот момент — когда фраза Хэнка возвращает ее обратно к реальности.

У Хэнка с Мари нет своих детей, и в тот момент, когда Мари пыталась забрать Холи, узнав о Уолте и Скайлер, по Хэнку было видно, что ему тоже есть что сказать, и эта невысказанность мучает его.

Я думаю, что Хэнк и Мари с радостью бы взяли тех детишек. Я всегда ощущала то затаенное чувство грусти, когда у них дома гостили дети Скайлер и Уолта. По ним видно, что они хотели бы иметь детей, но не могут. Не помню, говорили ли они об этом, и даже если бы пытались, ничего бы не произошло.

Я хочу поговорить с тобой о фиолетовом.

(Смеется.) В моем доме в реальной жизни фиолетовый теперь под запретом. У меня уже появился пунктик насчет этого цвета. Только противоположный Мари: у нее зависимость, у меня — наоборот. Мне даже на «Шоу Майкла Дж. Фокса» сделали поблажку в отношении фиолетового.

Печально слышать, что вы говорите о шоу в прошедшем времени.

Я была очень благодарна, что у меня появилось другое предложение работы, иначе бы я ушла в депрессию. Я знаю, это некрасиво, но это правда. Я имею в виду, мы будем еще видеться, но не так, как когда мы работали вместе, и я четко понимала это, ведь у меня появилась целая новая семья. В течение нескольких недель я снималась в обоих шоу, и у меня постоянно было ощущение, что я изменяю каждому из «Во все тяжкие».

Я полагаю, атмосфера на «Шоу Майкла Дж. Фокса» полегче.

В конце съемок той самой сцены в «Во все тяжкие» я спросила, все ли мы сделали, режиссер ответил: «Да», а я начала плакать и сказала, что теперь я готова сниматься в комедии. В 4 часа утра у меня уже был самолет в Нью-Йорк на новое шоу.

Твитнуть