Лавелл Кроуфорд: «У многих комиков есть темная сторона»

16 Сентября 2013 | Автор текста: Шон Т. Коллинз
Лавелл Кроуфорд: «У многих комиков есть темная сторона»
Лавелл Кроуфорд
Твитнуть

Для парня, которого лучше всего знают как того, кто едва ли хоть раз улыбнулся, актер сериала «Во все тяжкие» Лавелл Кроуфорд чрезмерно оживлен. «Rolling Stone? Это честь! — искренне радуется он мне в начале нашего интервью, — Надеюсь в следующий раз обеспечить вас фоткой, типа той, на которой Джанет Джексон позволяет кому-то держаться за свою грудь». Контраст между двумя Кроуфордами разителен. Один из них — это комик–стендапщик, который за много лет на сцене отточил свои манеры, а второй — охранник Сола Гудмана, молчаливая гора мышц, карманник, работяга и мордоворот. Этот контраст стал причиной ужасающей исповеди, которую Хьюэлл излил в одной из финальных серий на Хэнка и которую было довольно нелегко смотреть.

Хьюэлл всегда отлично держался, но вдруг сломался от вида фальшивой фотографии с мертвым Джесси, — еще одна мелочь из мира воюющих между собой Хэнка и Уолта. Сцена проявила такую сторону характера Хьюэлла (Кроуфорда), о которой мы и не подозревали. И поскольку сразу стало ясно, каким образом Уолту удалось спрятать деньги, это стало началом конца Хайзенберга.

Ты — стендапщик. Билли Барр — стендапщик. Боб Оденкирк, который играет твоего босса, — комик. Как вы все оказались в таком серьезном шоу?

Я считаю, комики — это не клоуны, которые выплевывают из себя шутки. Мы больше похожи на Джокера. Мы по щелчку пальца обращаемся во зло. У многих комиков есть темная сторона. Большинство из нас знает, как ее включить. На сцене мы просто превращаем нашу боль в смешное, все плохое, что происходит в нашей жизни, мы просто намеренно делаем смешным. Брайан Крэнстон сказал мне, что работал в жанре комедии восемь месяцев. Начать с сериала «Малкольм в центре внимания» и закончить таким мегазлом — я проследил его путь и воспринимаю как учителя. Над сериалом работало столько талантов! Когда мы с Билли Барром играем в сцене, это так интересно, мы — это два этаких остряка. А Боб Оденкирк и Брайан — они вдохновляют!

Меня до слез тронула сцена, в которой Хьюэлл, вечно смешной герой, ломается при виде той фотографии.

Я всегда считал свою роль смешной, потому что играл охранника. Я никого не защищал, пока кто-нибудь не сходил с ума. Но ты начинаешь с малого, понимаешь? А потом все нарастает. Сол просто волшебник. Сол может уговорить тебя на что угодно, он может убедить тебя, что то, что ему нужно, чтобы ты сделал, — совершенно необходимая вещь. Ну, а потом начинается! Тед Бенеке ломает шею, и ты думаешь: «Чертовщина какая-то! Что делать-то?». Выныриваешь на поверхность, уже совершив кучу каких-то сумасшедших поступков! Но продолжаешь говорить себе: «Я просто делаю свою работу!». А потом вскрывается обман, и ты, такой: «Вот зараза! Это бред! Я не сяду из–за этих придурков. Я расскажу все, что вы хотите!».

Во многом это объясняет концепцию всего сериала. Люди начинают что-то делать ради денег и не задумываются о последствиях, пока не становится слишком поздно.

Именно так! Ты забираешься наверх и не смотришь под ноги. А потом все-таки опускаешь взгляд, видишь планету и говоришь себе: «Как я дошел до этого?». Когда кого-то убивают, ты думаешь: «Что за ужасные люди! Такое, конечно, случается, но не со мной. Я просто пытаюсь жизнь свою наладить. Черт, а что происходит-то с моей жизнью? Хэнк и Гомез говорят, что не спускают с меня глаз, Уолт собирается прийти за мной, а я говорю себе: «Да ладно? А зачем ему я? Я ничего не сделал. Он свихнулся. Если все свихнулись, то только не я!».

В этом сезоне все, кажется, и правда свихнулись. Этот сериал просто культурный феномен!

Это моя мечта. Не так много людей могут сказать про себя, что играли в сериале, который собрал кучу наград. Вокруг него создался какой-то культ, это настоящее безумие. Я с женой и сыном отправился в пиццерию в Сан-Диего, Калифорния, и каждый посетитель хотел со мной сфотографироваться. Мои братья посмотрели сериал, что само по себе чудо, потому что они такое не смотрят. «Ну, теперь–то, когда ты там, я посмотрю это «мыло». Ну-ну!

Каждая секунда шоу под пристальным вниманием! Фанаты будут делать гифки из каждого смешного момента, как, например, когда Хьюэлл попытался стрельнуть у Джесси сигаретку, или как, например, когда ты лежал на куче денег. Ты думаешь о таких вещах, когда снимаешься?

Да нет, я просто делаю свою работу. Когда ты так концентрируешься, ничего не выходит. Я просто играю роль — дай мне работу и я ее сделаю. Я люблю просто постоять и проговорить роль — но двигаться в кадре интересней!

Боб Оденкирк говорит, что было очень интересно делать сцену драки с Джесси.

Да, приятель! Это было весело, но с нас семь потов сошло. Представь: ты дома, все смотрят телек или отдыхают, а потом вдруг раздается звук аварии, кто-то на улице матерится и дерется. Ты выходишь и говоришь: «О господи, да что это за шевеление тут?». Да, ты ленив на подъем, но прямо на твоем пороге начинается движуха! Кому-то проломили череп. Тебе его жалко, но ты ведь начинаешь искать поп-корн. (Смеется) Я не мог дождаться, когда увижу эту сцену драки в сериале. Жаль, что они вырезали эпизод, в котором я снес дверь с петель, и их раскидало по сторонам.

Как ты относишься к спин-оффу о Соле Гудмане? Боб Оденкирк сказал мне, что не может подтвердить эти слухи. Ты бы согласился сниматься дальше?

Я читал об этом в твиттере, но Винс (Гиллиган) ничего мне не говорил, так что я тоже не могу прокомментировать этот слух. Было бы весело, но мне ничего не сообщали. Я даже секрет не пытаюсь сохранить — просто ничего не знаю.

Сложно представить Сола без его команды.

Вот и я о том же! Если хотят снимать дальше, я только обрадуюсь. Интересно, на что еще может пойти этот парень? Новый грязный Мэтлок, разводящий конгрессменов на деньги? Это было бы очень смешно!

Твитнуть