Сергей Михалок («Ляпис Трубецкой»): «Я в принципе враг всех»

Группа «Ляпис Трубецкой» записала новый альбом «Капитал» и сняла клип на одноименную песню.

Ты мне как-то рассказывал, что одно время пил так, что забывал целые эпизоды из своей жизни…

Да, пил я очень брутально. Уголовные авторитеты, бомжи, художники… Бухалово в такой компании — это драки, приводы в милицию, ну и вообще — реальный катарсис. Даже не знаю, как мне удалось выжить. Я бывал на таких днях рождения, где один я пил пиво — а остальные пятнадцать человек трескались «черным». Но мне удалось выскочить из этой системы. Понимаешь, когда хочешь выпить, ты готов продать штаны, готов хоть на что — петь любую шнягу, выступать на корпоративах. Я стал превращаться в попку, в такую марионетку. Сейчас я полностью избавился от своей зависимости — я не курю, не пью и не употребляю ничего такого.

Что скажешь насчет политической составляющей нового альбома?

Политика мне претит как таковая, я ее ненавижу. И политиков ненавижу — и левых, и правых, мне на них чихать. Современная антиглобалистская молодежь кричит «Долой Луку!», а сама ходит в майках с Че Геварой. Они не втыкают, что они все одинаковые. Фидель воевал с оружием в руках, а у всех в голове Остров Свободы. Образ главенствует над смыслом — вот в чем смысл нашего клипа. В кубинских тюрьмах сидит в тысячу раз больше людей, чем в белорусских.

А каково твое личное отношение к Лукашенко? Не боишься, что с тобой что-то нехорошее сделают?

На меня пытались выйти, говорили: «Давай присоединяйся к нам, давай играть концерты за Беларусь». Но я не участвовал ни в одном, хоть многие белорусские музыканты это делают. И плата за это, конечно, сам понимаешь, какая.

Значит, страх все же присутствует?

Какой-то стрем есть, но ведь если государство вступит с нами в конфликт, то тем самым признает нашу победу и существование в целом. Я говорю уже как революционер, у нас анархистская группировка, которая не выражает ничьих интересов, кроме своих собственных. По моему глубокому убеждению, современное государство — это организованная преступная группировка. Их в мире несколько. И этим ОПГ мы платим дань. За то, чтобы они нас страхом ли, цензурой ли, или кнутом и пряником оставляли в живых. Но если они будут со мной бороться, то признают: да, этот клоун есть. А так, я думаю, они даже не заметят. Я ведь не глыба какая-нибудь. Я ж не Спиваков, не Башмет и не Цискаридзе. Я прихожу в спортзал. Там чуваки, которые видели клип, спрашивают: «Ну что, тебя еще не повязали?» Политика — это борьба за власть. Мне их куска не надо, я не собираюсь быть одним из них. Я — ни за кого. Потому что я в принципе враг всех.

Тебе хорошо живется в современной Белоруссии?

Я живу в своем очень узком кругу, понимаешь? Я общаюсь с родными и близкими. У меня есть моя группа, с которой я репетирую. Я не участвую в общественной жизни. Я не хожу в гости, в рестораны, на презентации — все знают, что бесполезно меня куда-то звать. Поэтому, наверное, я мог бы с таким же успехом жить в любом другом месте.

А среди твоих друзей есть капиталисты?

Среди поклонников есть миллионеры — я же выступал на корпоративах. Наверное, и дальше буду выступать. То, что происходит с этим клипом, — это прикол. Мы не хотим ввязываться в политическую борьбу, мы хотим сказать, что нам в принципе на вас насрать. Это такой хиппи-поп — то, что я с «Ляписом» играю. Вроде как противопоставление панк-року. Да, мы за цветочки, за легкие, б***ь, отношения, за литературу, за возрождение Вудстока, за творческое проявление личности, за эзотерику, за почитание мудрецов. Мы за поиски оккультных знаний и за теологические системы.