Русское поле экспериментов. «Кафтан смеха»

Rolling Stone разыскивает отечественных андеграундных музыкантов.

Кто: Анатолий Рясов, автор текстов и вокалист арт-формации «Кафтан смеха». Также известен в литературных кругах — его роман «Три ада» в 2002 году получил премию «Дебют».

История: «Группа появилась в 2003 году. Мы решили, что не станем ограничивать себя в средствах выражения образов и эмоций, поэтому уже на стадии формирования концепции концертной программы были использованы видеоарт, анимация и хореография. Кроме того, я заинтересовался театральными теориями Антонена Арто и Сэмюэля Беккета, влияние которых способствовало движению “Кафтана смеха” в направлении исследования архетипических образов и области бессознательного. Все это мы хотели подать в форме абсурдистской рок-оперы, сочетающей разные музыкальные стили. С другой стороны, нам хотелось осуществить это на русском языке — языке Достоевского, Платонова, Башлачева. Рок-оперу мы назвали “Расслоение”, с 2005 года начали демонстрировать эту постановку вживую, а сейчас занимаемся записью. А вообще символ нашей группы — это полоумный шут, который, дурачась, повествует о безумии и смерти. Жизнь как рассказ слабоумного. Потом этот известный образ стал расширяться, к нему стали “приращиваться” амбивалентные символы карнавала и вообще все, что связано с подменой смысла и переворотом явлений с ног на голову».

Звучание: « Фундамент звучания, как ни странно, очень традиционный. Я скептически отношусь к составам из серии “бензопила, хомус и баян”. Поэтому наш метод в целом обычен для рок-жанра: большое количество гитар, клавиш, ударных, вокала. Сейчас появились еще и духовые — с нами выступает известный саксофонист Сергей Летов. Конечно, мы используем и электронные технологии, синхронизацию видео и звука. Нашими неотъемлемыми инструментами стали старый мегафон, который потрясающе искажает и компрессирует вокал, а также сломанные ревербератор и эквалайзер, работающие как генераторы шума».

Лучший концерт: «Наверное, наиболее курьезным было выступление в уже несуществующем клубе на окраине Москвы в 2003 году. Мы играли для весьма странных людей, для которых наше выступление обернулось настоящим шоком. Во всяком случае, меня после концерта даже местные официанты старались сторониться. Потом из теленовостей мы узнали, что это заведение было закрыто как публичный дом».