«Елочные игрушки»: «Каждый из нас может напиться, забыться и упасть...»

Илья Барамия и Александр Зайцев — они же IDM-проект «Елочные игрушки» из города Ломоносов под Петербургом — первоначально были известны меломанским массам как авторы ремикса на песню Radiohead, а только потом переквалифицировались в музыкальных оформителей текстов хип-хоп-проекта 2H Company и стихов Стаса Барецкого.

Недавно «ЕИ» выпустили пластинку «Дикие Елочные игрушки», пригласив поучаствовать в записи своих многочисленных друзей и попытавшись, по их собственным словам, «отразить на ней многогранное выражение нашего времени».

Над «Дикими Елочными игрушками» трудилось огромное количество музыкантов. Откуда все эти люди?

Илья Барамия: Галя Чикис работает буфетчицей в культовом месте «ГЭЗ-21» на Пушкинской. Там есть чердак, где иногда проходят концерты, и предбанник, в котором можно поставить электрический чайник и бутербродницу, — это и есть буфет. Там, мне кажется, все буфетчицы поют в разных музыкальных группах. Гоша — наш давний знакомый, который в свое время вел программу «До 16 и старше», но устал от московского гламура и перебрался в Питер. А проект «Самое большое простое число» — это Кирилл Иванов, он вместе с Феничевым из 2H Company работал в музыкальном магазине еще до того, как Феничев устроился на мебельную фабрику.

Я смотрю, у вас там целая крестная семья?

Александр Зайцев: Да, Стас Барецкий уже давно уговаривает всех выступать в малиновых пиджаках. Но мы пока сомневаемся — не всем, знаете ли, идет (смеется).

Я слышал, что Стасу не нравится летать в самолетах, и из-за этого ваши гастроли постоянно под угрозой.

И.Б.: Стасу нужно как минимум два кресла, и если этого обеспечить не могут, у его соседей начинаются проблемы. Шнур над ними всегда подшучивает: «Да, ребята, не повезло вам». Тут, в Ломоносове, Стасу реально тяжело: постоянно подходят всякие идиоты, приносят стихи, и начинается: «О! А у меня гитара старая есть в гараже, тебе, наверное, нужно». Зато контролеры не штрафуют в электричках, да и на таможне у него облегченный досмотр. Но есть и другая сторона медали: его недавно хотели от Киевского вокзала до центра «всего за тысячу рублей» довезти.

Вам, кстати, стыдно за него не бывает?

И.Б.: Только если он чуть переберет перед концертом, а потом слова забывает. Но он взрослый человек. В конце концов, каждый из нас может напиться, забыться и упасть.

Почему лидер «ПТВП» и участник вашего проекта Леха Никонов сейчас в больнице?

И.Б.: У него проблемы с легкими. Он запросто может прыгнуть со сцены и сломать себе ногу, но сейчас утихомирился, хотя за словом в карман, если что, не полезет. Например, когда мы после нашего сета на книжной ярмарке пошли смотреть выступление Лимонова, Леха стал орать ему: «Зачем поэту охрана?!»

Многие, кстати, считают, что ваш с Никоновым трек «Врубайся в Пруста» — про Путина. Это так?

А.З.: Да нет же, это аллюзия на Пруста. И вообще, мы с Лешей больше разговариваем о творчестве, а не о том, как бы всем в Кремле задать жару. Он, к примеру, может нам завести пластинку Моррисси и восхищаться: «Хватает же у человека смелости писать такое!» Ну а в том, что касается текстов, — у меня рука не поднимается поставить «бип» или там слово убрать. Раз Леша написал, пусть так и будет.