Тори Эймос (3 сентября)

Москва / Крокус Сити Холл

Нервические фортепианные баллады, лучшие из которых были написаны в девяностые

В сентябре вы впервые выступите в России. Чего ждете от этой поездки?

Очень жаль, что я приезжаю не зимой: мне очень хотелось увидеть русский снег. Я очень люблю Прокофьева и Рахманинова, так что в Россию меня давно тянет.

Вы уже знаете, что именно будете петь в Москве?

Нет, мне сначала надо почувствовать атмосферу страны, пройтись по московской земле, сфотографироваться на Красной площади и тогда составить сет-лист.

В 2000 году в вашем клипе снялся российский хоккеист Игорь Ларионов. Вы общаетесь до сих пор?

Да, это очень интересный человек! Главное, что он открыл для меня мир калифорнийских вин - удивительно, но сколько бы ты ни выпил этого вина, голова не болит совершенно. Наряду с итальянскими теперь это мои любимые вина. Но в хоккее я по-прежнему плохо разбираюсь.

Говорят, ваши лучшие песни вы написали в такси.

Да, в такси очень хорошо думается и слушается. Однажды словоохотливый таксист вцепился в меня и всю дорогу рассказывал, как воевал в Корее, как работал потом директором крупной фирмы по недвижимости и как в итоге бросил все и стал таксистом.

Вы уже пробовали какие-нибудь блюда русской кухни?

Я обожаю борщ! Правда, сама я его не очень хорошо готовлю. Мечтаю попробовать борщ под музыку Прокофьева - это совершеннейший дикарь от музыки. А борщ у вас красный, как кровь, - хорошее сочетание получается.

Что вам обычно дарят фанаты?

Чего только не было. Я всегда стараюсь с ними пообщаться, ведь в принципе здорово, когда тебя кто-то любит - пусть ты с ним до этого и не была знакома. Например, однажды в Лондоне после концерта ко мне подбежала девушка, оказавшаяся москвичкой, сняла с себя и подарила мне русское украшение - маленькую подвеску с янтарем. Тут бы расплакаться, но, видимо, в другой раз.