• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Тимур Бекмамбетов: «Актеры всегда вызывали у меня трепет»

21 Января 2008 | Автор текста: Дмитрий Быков
Тимур Бекмамбетов: «Актеры всегда вызывали у меня трепет»

Тимур Бекмамбетов и Анджелина Джоли на съемках фильма «Особо опасен»


© Universal Pictures

Тимур Бекмамбетов фактически оказался вторым — после Андрея Кончаловского — русским режиссером, чья персона заинтересовала крупные голливудские студии. Автор эпических рекламных роликов банка «Империал» и видеоклипов группы «Чичерина» стал по-настоящему популярным после экранизаций фантастических романов Сергея Лукьяненко. «Дозоры» Бекмамбетова заработали десятки миллионов долларов по всему миру, а сам режиссер недавно закончил съемки своего голливудского дебюта — триллера «Особо опасен» с участием Анджелины Джоли и Моргана Фримена. На российские экраны Бекмамбетов возвращается уже сейчас, с продолжением новогодней романтической комедии Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С легким паром!». Корреспондент Rolling Stone застал режиссера в офисе его собственной компании «Базелевс Продакшн» и ровно на час оторвал от работы за ноутбуком.

Тимур, а вам вообще фильмы Эльдара Рязанова нравятся?

Честно? «Берегись автомобиля» и «Карнавальная ночь» очень нравятся. Последний рязановский фильм, что я видел, — «Гараж».

Когда вы начали снимать продолжение «Иронии судьбы», благословение от Рязанова получили?

Я к нему пришел, когда съемки уже начались. Фактически мы говорили ни о чем: «Ну, вы молодцы там». — «Вы тоже молодцы». И этим разговором он мне как бы сказал: «Ну да, все нормально». Рязанов и люди его поколения терпят меня из-за роликов банка «Империал». Они не очень хорошо к «Дозорам» относятся, но из-за рекламы этой вроде как за своего держат. В общем, вполне по-человечески пообщались.

Сложно было уговорить на съемку рязановских актеров?

Не уговорилась Лия Ахеджакова, поэтому она в картине присутствует только как голос в телефоне. Не было ее и Георгия Буркова, который умер. Остальные, так или иначе, согласились. Честно говоря, то, что сделали актеры, — это самый настоящий подвиг. Я всем страшно благодарен. Мягков и Яковлев — люди, которые стали легендами, и участие в моем проекте — большой риск для них! И сам Рязанов подписался под моей картиной — снялся в самолете в той же роли, что и в первой «Иронии».

Тимур, ваши отношения с прессой выстроены таким образом, что многие считают вас таким пафосным отшельником. Вы специально держите дистанцию или вам просто нечего сказать журналистам?

Реально нечего сказать. Я действительно не испытываю никакой необходимости что-либо доносить до людей через прессу.

Но у вас же публичная, в общем-то, профессия. Как же так вышло?

К прессе у меня отношение, если можно так выразиться, очень семейное и неформальное, поскольку мои сестра и мама были журналистами. Я понимаю, что люди таким образом зарабатывают на жизнь, у них в этой связи множество проблем, но серьезно я к ним относиться не могу. Просто у меня другая работа.

Вот вы недавно закончили снимать картину с Анджелиной Джоли. Скажите, а она вообще существует на самом деле?

Существует, существует. Анджелина — бескомпромиссный и дерзкий человек. Она на сто процентов доверяет своей интуиции и всегда добивается поставленных целей.

Вы так говорите о ней, будто она была главной на съемках.

Бывали и такие моменты. Когда мы встретились с Анджелиной впервые, я обсудил с ней ее роль (актриса играет девушку, помогающую главному герою отомстить за смерть отца. — Прим. ред.). С этого момента она уже не шла на компромиссы, была против того, чтобы ее роль как-то менялась, как я ни пытался. Пришлось довериться ее ощущению персонажа. В ходе работы она придерживалась исключительно тех мотиваций, которые мы обсудили во время нашей первой встречи.

Вы производите впечатление очень спокойного человека. На съемочной площадке не орете?

Стараюсь не орать. На актеров — точно нет. Поскольку я учился на художника и пришел в мир кино со стороны изобразительной, актеры всегда вызывали у меня трепет. Я стараюсь прислушиваться к ним как можно внимательнее.

А рисовать вы продолжаете до сих пор?

Только раскадровки для фильмов. Я за всю свою жизнь ни одной картины не продал, ни одного рисунка. Поэтому я и художником, собственно, не стал. Профессиональный художник должен продавать свои картины и жить этим.

Невозможно быть и художником и кем-то еще?

Видимо, я просто не научился воспринимать профессию художника именно как профессию. В какой-то момент я понял, что картины перестали быть нужны людям. Стены больше не украшаются полотнами. Когда я еще рисовал, то впервые попал в Париж, прошел Сен-Жермен, Рив Гош, а после этого вдруг понял, что в принципе уже все нарисовано. Все, что только можно себе представить. И такое огромное количество людей этим занимаются…

А вы не хотели повторяться?

Нет-нет, я просто понял, что мне это неинтересно. А вот рисовать для кино — интересно. Когда я рассказываю, то рисую: здесь будет теплый оттенок, а здесь — какой-то холодный силуэт на фоне светлой стены. Так я и остался прикладным художником.

Вам, кстати, Анджелина не показалась произведением искусства?

Знаете, она большой артист. Я видел ее в таком состоянии, когда она была просто обычным человеком. Уставшим, неустроенным каким-то... Но в какой-то момент что-то вдруг переключается, и человек становится безумно красив, безумно сексуален, привлекателен. И это не только перед камерой, это и в жизни, вообще где угодно. Помню, снимаем мы на одной улице в Чикаго очередную сцену. Идет уставшая Джоли, только что отснявшаяся в шести дублях. И вдруг появляются несколько строителей в грязных майках, которые начинают снимать ее на мобильники. Анджелина мгновенно расцвела, вот буквально на глазах.

Вернемся к теме ремейков. Вы к михалковскому фильму «12» как относитесь?

Тимур Бекмамбетов

Тимур Бекмамбетов
© Фото: Игорь Мухин, www.rollingstone.ru

Не смотрел, но много про него слышал. Ну и тот фильм, старый, видел. Свою социальную драму я уже снял в 1992 году, она называлась «Пешаварский вальс». Это был фильм про группу советских военнопленных, которые подняли восстание на военной базе между Афганистаном и Пакистаном. В результате прилетели вертолеты и всех разбомбили. Такой скандальный антивоенный фильм был, ветераны-афганцы его помнят. «Вальс» получил много призов, но в кинотеатрах его никто не видел, естественно. Кроме того, в 90-х я активно политической рекламой занимался — «Голосуй сердцем», еще какие-то такие кампании.

Интересно было?

Я всегда делаю только то, что интересно. Сейчас особенно не за что агитировать, а тогда-то борьба была. Теперь у нас стабильное общество. (Смеется)

Скажите, а Хабенский — это ваше альтер эго в некотором роде?

Он очень хороший актер просто. Кстати, в «Особо опасен» Костя у меня тоже занят. Еще у меня есть такой артист Виктор Вержбицкий, который играл Завулона в «Дозорах». С ним я знаком вообще с 1980 года, мы вместе учились в театральном институте, и я его все время снимаю. И если тот же Костя, например, не станет отказываться, я буду продолжать его снимать. Можно сказать, что я вижу персонажей в виде конкретных актеров. Так уж у меня все устроено.

А у Хабенского, скажем, есть конкретное амплуа?

Хабенский — клоун. Рыжий. А Сергей Безруков — белый клоун. Так они и распределились в моей «Иронии судьбы».

Вы готовы к тому, что за «Иронию» критики вас распнут?

Я думаю, обязательно распнут. (Смеется) Киноманы точно наедут. Когда выходили «Дозоры», тоже все были против. Здесь ведь обычно все наоборот выходит: вся аудитория старше тридцати пяти, думаю, будет покорена, а те, кто помоложе, — большой вопрос. Честно говоря, я не боюсь. Просто будут ругать. Как обычно.

А вот гламурно-трэшовый мир «Дозоров» вам близок?

У меня нет в голове каких-то специальных формулировок на тему этого мира. У меня есть другая формулировка: я искренне люблю тот мир, в котором мы живем и жили, и все то, что сейчас вызывает у аудитории чувство стыда: желтые кривые автомобили Горсвета, золотые обои. Если избавиться от чувства собственной неполноценности, то это красивый мир. Мы должны любить его просто потому, что живем в нем. Не нужно бояться быть искренним.

Как вы думаете, уровень русских и голливудских актеров сопоставим?

Не думаю, что есть какая-то разница. Костя Хабенский, Сережа Безруков, Галина Тюнина — актеры самого высокого уровня. Мне просто интересны те актеры, которые не изображают что-то, а именно живут в кадре. В «Особо опасен» есть такой Джеймс МакЭвой, он там главную роль играет. Так вот, Джеймс мог бы быть очень хорошим русским актером. Ну, или русские артисты могли бы быть такими же, как он. Это очень хорошая школа, очень подробная, очень напряженная. Анджелина, насколько я знаю, училась в школе Михаила Чехова. А Морган Фримен вообще нигде, кажется, не учился. Морган, кстати, просто гений. В «Особо опасен» он, например, совсем не похож на себя. Это Леонов и Смоктуновский играли, в общем-то, самих себя, а Морган — всегда разный.

Не грустно наблюдать за тем, как складывается судьба группы «Чичерина», которая прославилась благодаря вашим клипам?

Грустно. К тому же, насколько мне известно, Чичерина больше не поет. У Юли такая судьба: была певицей, а стала кем-то другим. Еще я клип «Куба рядом» для «Запрещенных барабанщиков» снимал. Видели? На YouTube есть.

Вам, как я понимаю, современная музыка небезразлична?

Обычно я слушаю музыку, когда подбираю звуковую дорожку к очередному фильму. Читаю только то, что нужно прочитать, слушаю только то, что должен послушать. Много прикладного в жизни стало. Вот с американской музыкой я не очень хорошо был знаком, а после «Дозоров» появилось много связей с музыкантами, которые сами стали находить меня. Вот Nine Inch Nails, например, присылают песни какие-то.

Резнор не предлагал вам снять для него клип?

Если все сложится, сниму с большим удовольствием. Вот мне недавно Трент прислал трек Соула Уильямса «No One Ever Does», хочу эту вещь в следующий фильм свой поставить.

Тимур, а вы не чувствуете, что выполняете какую-то особенную национальную миссию именно как казах?

Когда я вспоминаю, что я казах, то чувствую. (Смеется) Но, к сожалению, я не так часто об этом вспоминаю. Только иногда.

Вам не странно, что сейчас интерес к фигуре Чингисхана возрос?

Я же уже давно снял ролик про Чингисхана. (Смеется) Для меня что Тамерлан, что Чингисхан — это образ некоего правителя кочевого государства, которое все время находится в движении. Это символ страны в вечном движении.

А у вас лично какие-то герои были?

Были, конечно. Павка Корчагин, например. Тимур и его команда. Такие герои были. Я вырос в стране, где все герои были подобного рода. Вот у Платонова в повести «Джан» был такой персонаж по имени Назар Чагатаев. Кто-нибудь помнит, возможно.

Ну а сегодня?

Федор Толстой. Был такой американец в XIX веке в России.

Есть реальная женщина, о судьбе которой вы хотели бы снять фильм?

Когда-то я хотел снять картину о Софье Перовской. Потом хотелось рассказать историю Екатерины Второй. Кстати, террористка Софья Перовская очень похожа на ту героиню, которую Анджелина играет в «Особо опасен». Очень похожий человеческий тип. Думаю, Перовскую она сыграла бы очень хорошо. Представляете? Про террористов, в России!

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно