• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

КИНОНовости

Халаты общин

Халаты общин
«Дикое поле» (М. Калатозишвили)

Что за морок: третий месяц подряд пишу о фильмах, герои которых - врачи. «Бумажный солдат», «Морфий», теперь вот - «Дикое поле» Михаила Калатозишвили по сценарию Алексея Саморядова и Петра Луцика, лучших сценаристов 1990‑х годов, которые они сами не пережили. Вообще-то врач уже дважды бывал героем русской культуры: во времена Чехова-Вересаева и на излете «застоя». Чем обе эпохи закончились, известно. Симптом, однако. Симптоматично и то, что во всех трех фильмах доктор погибает.

«Поле» - чистой воды дежавю.В «Гонгофере» (1992) Бахыта Килибаева, «Детях чугунных богов» (1993) Томаша Тотта, «Окраине» (1998) самого Луцика соавторы создали оригинальную, мощнейшую мифологию. Мифологию «дикого поля» - лучше не скажешь. Казачью, скифскую, пролетарскую, почвенную - ненужное вычеркнуть. Махновскую мифологию: на самом деле, все, что они сочинили, это антиутопии, действие которых происходит после того, как все рухнуло. Рухнуло не вчера, после ядерной или экологической катастрофы, как в западных антиутопиях, а в незапамятные времена, да так и не срослось. Устроенный миропорядок во вселенной Луцика-Саморядова - это как раз аномалия. Евразийскую мифологию: недаром действие «Поля» происходит в Казахстане, что напоминает о несравненном расцвете казахского кино рубежа 1980-1990‑х годов. И населено поле типично луциковско-саморядовскими богатырями. Они пьют сорок дней и помирают, но не до конца - правда, вылечить их может только раскаленная кочерга.

Но стать событием «Полю» мешает интеллигентность режиссера. Он никак не может не отождествлять себя с доктором, спасающим дикарей от диких ран и хвороб, но держащим дистанцию: ну чего ради он, брезгливый такой, отказывается от гонораров в виде поросенка или городской б**ди? Получается извечно бессмысленный разговор об интеллигенции и народе, неестественный для вселенной сценаристов. Они-то сами ни в коем случае не были интеллигентами: варвары с раскосыми и жадными глазами, полные тяжелой, нутряной, хтонической силы. Богатыри, не мы. И кино делали о самих себе: раззудись, рука, разойдись, плечо. Об их быте времен учебы во ВГИКе, об их загулах, чуть ли не со стрельбой, и поныне ходят легенды. Водка оказалась сильнее Саморядова, рухнувшего из окна ялтинского отеля. Сердце Пети Луцика - слишком хрупким для его могучего тела. Но единственный их интеллигент, сценарист Андрей из «Дюба-дюба» (1992), - еще тот монстр. Кроме того, Калатозишвили - что, опять-таки, характерно для интеллигента - перевел метафизику сценария в христианскую плоскость, пусть и без кликушества. Начальник обнищавшего райздравотдела стонет: Бог Россию оставил. Ангел, мнящийся доктору на горном хребте, хранящий его до поры до времени, напоминает о «Днях затмения» Александра Сокурова, где героя-доктора, кстати, тоже звали Митей, и практиковал он тоже в Средней Азии. Но люди, написавшие сценарий фильма под названием «Дети чугунных богов», в христианской, извините за выражение, парадигме немыслимы. Они были язычниками, творившими языческий мир, где чугунные, медные, песочные, лошадиные, коровьи и какие угодно еще боги меньше всего заботились о судьбах человечества.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно