• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Гильермо дель Торо: «Я больше не заставляю актеров двигаться манерно»

10 Июля 2013 | Автор текста: Диего Ассис
Гильермо дель Торо: «Я больше не заставляю актеров двигаться манерно»
Гильермо дель Торо

«Много лет мне казалось, что фильм получился так себе, но две недели назад я его пересмотрел и снова в него влюбился. Я снял это, когда мне было двадцать шесть! Мне это кажется очень трогательным — я захотел обнять парня, который снял это кино».

После второго фильма о Хеллбое 2008 года Гильермо дель Торо отошел от режиссерской деятельности почти на пять лет. За это время автор «Лабиринта Фавна» поучаствовал в десятках кинопроектов: был исполнительным продюсером двух частей мульт-блокбастера «Кунг-фу панда» (сейчас в производстве третья), участвовал в написании сценария «Хоббита» Питера Джексона и продюсировал готический хоррор «Мама» — дебютный фильм аргентинца Андреса Мускьетти. Теперь 48-летний дель Торо представляет собственный режиссерский проект «Тихоокеанский рубеж» — вдохновленный аниме научно-фантастический эпос о сражении гигантских роботов с чудовищами, пришедшими со дна океана. RS поговорил с мексиканским мастером темного фэнтези о том, как ему удалось без потерь покинуть комфортную зону и, полностью пересмотрев свой подход к работе, снять масштабную картину за 103 дня.

Ваша карьера стартовала ровно двадцать лет назад с фильма «Кронос». Многие режиссеры не любят свои ранние работы: говорят, что в них видны ошибки и наивность. Вы сейчас относитесь к первому фильму так же, или наоборот гордитесь им?

Много лет мне казалось, что фильм получился так себе, но две недели назад я его пересмотрел и снова в него влюбился. Я снял это, когда мне было двадцать шесть! Мне это кажется очень трогательным — я захотел обнять парня, который снял это кино. Фильм отнял огромное количество сил, его чудом удалось закончить.

Как и многие другие режиссеры вашего поколения, вы начинали с короткометражек, которые показывали на фестивалях, потом перешли к работе на телевидении — что помогло вам сделать шаг к полнометражным фильмам? Как вам представилась эта возможность?


Я ждал этого восемь лет. Возможность может представиться только в том случае, если ты все время ее ищешь. Я написал «Кронос», затем создал компанию, которая должна была его снять. Я снял двенадцать фильмов, больше двадцати эпизодов для телевидения и кучу рекламных роликов, чтобы моя компания добилась известности. Затем я закупил необходимое оборудование и декорации и сделал большую презентацию для людей из Мексиканского киноинститута. Обычно процесс получения финансирования занимает год — мне потребовались четыре года, чтобы убедить их согласиться. Никто не хотел, чтобы этот фильм увидел свет.



Судя по трейлерам, «Тихоокеанский рубеж» совершенно не похож на ваши предыдущие работы. Если оставить в стороне сюжет и роботов, что изменилось в вашем подходе в более широком плане?

Я принял очень важное решение: сделать фильм масштабным, но снимать его быстро и эффективно. Я никогда не снимал фильмы меньше чем за четыре месяца — на этот раз у нас было только 103 дня. Нам пришлось разделить съемочную группу на две части, чтобы я мог работать над двумя сценами в один день. Кроме того, я начал по-другому работать с актерами. Если вы посмотрите «Лабиринт фавна» или «Хребет дьявола», вы увидите, что актеры там движутся очень манерно и размеренно, их движения синхронизированы с движением камеры. В «Тихоокеанском рубеже» я дал актерам большую свободу. Я хотел снимать более расслабленно и даже позволил некоторую долю импровизации, чего я никогда не делал, но сохранил при этом полный контроль за процессом. Рано или поздно все проходило через меня.

Очевидно, что роботы в «Рубеже» — главные образы картины. Можно ли воспринимать фильм как продолжение традиций аниме?

В западной традиции нет роботов высотой семьдесят пять метров. По сути, это просто здание, которое способно передвигаться. Я был под сильным влиянием аниме, в первую очередь, того аниме, которое видел в юности, вроде «Tetsujin-28». Я собрал группу дизайнеров, которые знают и любят аниме. Единственное ограничение, которое я для них поставил, заключалось в том, что мы не должны включать в фильм какие-то конкретные отсылки к чужим работам. Наша главная цель — создать абсолютно самостоятельных роботов для нашего фильма.

Вы пытались сделать их реалистичными?

Да, мы потратили несколько недель на обсуждение физических аспектов с нашими консультантами. Например, давление воздуха: когда робот идет по улице шириной, скажем, сорок метров, он толкает вперед воздух с такой силой, что здания начинают подрагивать. Из этих же соображений мы не стали использовать технологию захвата человеческих движений. Создавая разных роботов, мы продумывали устройство суставов, механизмы компенсации вибрации и тому подобные вещи — все это должно быть видно на экране. Роботы не должны двигаться как люди: у них может быть человеческий силуэт, но если присматриваться к деталям, видно, что движения у них роботические.

А что вы можете сказать про ваших монстров?

Там немного другая история. Мы начинали с совершенно безумных форм, но затем я сказал: «Нет, ребята давайте начнем с монстра, которого можно представить себе как костюм. Монстр должен быть таким, чтобы актер мог как бы надеть его на себя — а уже начиная отсюда, мы можем сходить с ума сколько влезет». Монстры в фильме, конечно, не костюмы, они цифровые, но в их основе лежит это традиционное ограничение.

Люди во вселенной вашего фильма видели «Годзиллу»?

Идея была в том, чтобы представить себе, что будет, если все это случится прямо сейчас. Поэтому да, обычные люди в нашем фильме, скорее всего, видели эти фильмы, но мы не ссылаемся на них.

В чем еще мир вашего фильма отличается об нашего?

Мы решили, что в нем не будет дополнительного технологического развития — за исключением всего, что связано с роботами. В критический момент люди бросают все, чтобы создать их, поэтому у героев те же компьютеры, те же машины, те же часы, а все инновации сосредоточены в оружии, броне и технологиях, которые используются для борьбы с монстрами. Мы всерьез обсуждали экономику: что станет с богатыми, что станет с бедными? Около восьмидесяти процентов мировой экономики основывается на морских перевозках, это нельзя было не учитывать.

Вы закончили снимать на день раньше срока и даже не исчерпали бюджет — значит ли это, что вы были всем довольны?

Поразительным образом это была самая приятная съемка в моей жизни. Больше того, это была единственная съемка за всю мою карьеру, которая мне по-настоящему понравилась.

Гильермо дель Торо
Фильм «Тихоокеанский рубеж» в прокате с 11 июля

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно