• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

«Большие глаза», «Битлджус» и «Бэтмен»: Тим Бертон о поиске собственного голоса

25 Декабря 2014 | Автор текста: Алекс Саскинд
«Большие глаза», «Битлджус» и «Бэтмен»: Тим Бертон о поиске собственного голоса
Тим Бертон и Эми Адамс на съемках фильма «Большие глаза»

© The Weinstein Company

В жизни Тим Бертон выглядит как один из персонажей фильмов Тима Бертона. Волосы взъерошены, вся одежда черная. Разговаривает он тихо и очень быстро, маниакально поблескивая глазами. Вы наверняка слышали подобные характеристики в адрес режиссера, но сегодня они уместны как никогда — тем более, что совсем скоро на экраны выйдет один из самых «не-бертоновских» фильмов в его фильмографии, «Большие глаза». Жутковатые декорации и сказочные персонажи остались в прошлом — на этот раз на их место пришел яркий живописный ландшафт Сан-Франциско 50-х. Но под этими красочными кадрами моста Золотые ворота вы найдете все то, что делало предыдущие работы Бертона такими значимыми: одиночество, грусть, изоляция и синдром «белой вороны».

Интервью RS: Кристоф Вальц о «Больших глазах», Джеймсе Бонде и тайне мастерства

Основанный на реальных событиях сюжет «Больших глаз» разворачивается вокруг художницы Маргарет Кин (в исполнении Эми Адамс) — ставшей известной благодаря своим портретам детей с огромными глазами — и ее долгих лет, прожитых под сильным психологическим давлением со стороны мужа Уолтера (Кристоф Вальц из «Джанго освобожденного»), который приписывал себе авторство ее работ.

Ее иллюстрации вскоре становятся мировым феноменом: их ненавидят критики, но обожают миллионы поклонников, которые готовы отдать любые деньги за копию. Годами позже Маргарет признается, что именно ее (а не Уолтера) талант стоял за этими картинами. Ее вынужденная изоляция и готовность дать отпор собственному мужу вдохновили Бертона на экранизацию этой истории. 56-летнему режиссеру также пришлось попробовать в себя в жанре независимого кинематографа с минимальным бюджетом (заранее предупреждаем, что этот фильм не имеет ничего общего с 200-миллионными сказками а-ля «Алиса в Стране чудес»).

Перед мировой премьерой «Больших глаз» Тим Бертон нашел время присесть с Rolling Stone, чтобы обсудить новый фильм, продолжение «Битлджуса», отношение к жесткой критике и то, как он относится к «Бэтмену» спустя 25 лет после его выхода на экраны.

«Большие глаза» лишены той темной, полной намеков атмосферы, которую люди обычно ждут от ваших фильмов. Однако, и эта картина не лишена ваших фирменных сквозных тем вроде душевной изолированности и одиночества.

Абсолютно. Я сам раньше был очень замкнутым и отчужденным. Когда я работал мультипликатором, многие даже думали, что я не умею разговаривать. Понимаешь? Поэтому в какой-то степени я идентифицирую себя с Маргарет. К сожалению, я понимаю некоторые аспекты поведения Уолтера — персонажа в стиле мюзикла «Джекилл и Хайд», со своими взлетами и падениями. Но, если говорить об общем настроении и стилистике фильма — сценаристы Скотт Александер и Ларри Карасзьюски (авторы «Эда Вуда») придерживаются мнения, что правда зачастую бывает страшнее вымысла. Эта история сама по себе была настолько странной и невероятной, что мы решили показать ее как она есть, без какого-либо приукрашивания. Для меня это оказались большие перемены. Эта была первая по-настоящему независимая вещь, которую я сделал.

Честно говоря, когда я читал сценарий «Больших глаз», я там сразу же уловил именно то ощущение, которое я всегда пытаюсь передать при помощи своих картин — то сочетание света и тьмы, комедии и трагедии, эти ужасные дисфункциональные взаимоотношения. Что касается самих работ Кин, то они всегда присутствовали в той культуре, где я вырос — они украшали каждую гостиную и каждый офис. В них даже было что-то раздражающее. И мне они нравились не по причине того, что на них изображены милые детишки...

В них есть нечто, внушающее беспокойство…

Да, что-то тревожное и ужасающее. Плюс ко всему, они были очень популярны. Многие художники пытались подражать ее стилю. У меня есть картина на черном бархате, выполненная в Таиланде или где-то еще. Поэтому, даже те люди, которые ненавидят ее работы, должны признать, что в них заложена какая-то необъяснимая сила.

© The Weinstein Company

 

Прежде чем приступить к работе над фильмом, вы обычно подготавливаете множество иллюстраций. Вы пробовали рисовать героев картин Кин?

Нет, но я пробовал рисовать персонажей с большими глазами... Как правило их зрачки очень маленькие. Либо у них вообще нет глаз. Но я думаю, ее картины все же странным образом меня вдохновили. Многие современные художники рисуют большие глаза.

Вы упомянули, что фильм был низкобюджетным. Вы чувствовали какие-то ограничения?

Даже, когда в твоем распоряжении очень большой бюджет, этого всегда бывает недостаточно — со мной согласится любой режиссер. Но я наслаждался этим. У тебя меньше персонала, вам не нужно заботиться о рекламных контрактах с «Макдональдсом» и постоянно слышать слово «франшиза». Все занимаются своим делом. Иногда самые удивительные вещи получаются тогда, когда ты испытываешь острый недостаток в ресурсах. Это заставлять тебя не терять энергию и по-настоящему наслаждаться происходящим. Крупный производственный процесс, как правило, протекает очень долго и медленно, и в нем тебе бывает сложно уловить какой-то важный момент. Но в подобных небольших проектах ты просто обязан работать быстро и постоянно двигаться дальше.

Некоторые критики провозгласили фильм вашим официальным «камбэком» и «возвращением к былой форме».

(Округлив глаза) Я их не слушаю. Все эти их экспертные мнения о том «что хорошо», а «что плохо» окружали меня с самого начала моей карьеры. «Большое приключение Пи-Ви» и «Битлджус» вошли в список десяти самых худших картин того года.

Но вы спрашиваете критиков об этих фильма сейчас...

И они говорят, что я не снимал ничего лучше — и это меня немного пугает. То же самое и с «Бэтменом» — у него были хорошие сборы, но не все критики были к нему благосклонны. «Бэтмен» слишком мрачный». Ты либо снимаешь фильмы, которые собирают миллионы и которые ненавидят критики, либо ты выпускаешь то, что критики любят, и проваливаешься в прокате. Когда ты что-то создаешь, ты чувствуешь себя так, как будто вышел на публику голым. Вот почему у меня возникают проблемы при пересматривании своих фильмов, либо при их просмотре с аудиторией. Это заставляет меня нервничать и чувствовать себя уязвимым.

Тогда, как вы оцениваете себя в качестве режиссера после того, как вся работа выполнена?

Никак. Это еще одна важная штука: когда ты только начинаешь свою карьеру, и тебе удается покорить пару вершин, они начинают воспринимать тебя как товар: «О, вот значит как выглядит то, что он делает»; а потом ты делаешь что-то иное, и они говорят: «Хорошо, но это не похоже на фильмы Тима Бертона». Ну хорошо (взмахивает руками), я знаю, что проиграю в любом случае.

Может быть, именно в этом и кроется причина того, почему Майкл Китон отошел от крупнобюджетных фильмов — просто он не хотел быть загнанным в определенные рамки.

На тебя сразу начинают навешивать ярлыки. Никто такого не любит. Я, еще будучи ребенком, не мог этого терпеть, и теперь не могу. Это отличной способ манипуляции и контроля над человеком. Такое может задавить любого. Понимаешь, о чем я?

Тим Бертон на съемках фильма «Бэтмен»
© Warner Bros.

 

Да, это очень хитрый ход.

Точно. И я не думаю, что люди осознают это. «Ты вот такой» — и точка. Меня всегда выставляли чудиком. Но я никогда не чувствовал себя странным. Возможно, я самый нормальный человек из всех, кого ты когда-либо встречал, и который делает самые очаровательные и милые фильмы на свете. Но люди все-равно будут... (пауза). Если однажды на тебя навесят ярлык, от него уже будет очень тяжело избавиться.

Люди часто спрашивают о продолжении «Битлджуса». Это когда-нибудь случится?

Я очень надеюсь. Потому что существует только один Битлджус, и это Китон. Я очень скучаю по этому персонажу, и мне кажется, что сейчас я наиболее близок к тому, чтобы снять продолжение. Но мы еще даже не начинали. Я бы очень хотел снова поработать с ним. Но, если честно, я не очень люблю сиквелы. Как и в случае с «Кошмаром перед Рождеством»: Disney хотели сделать продолжение, но я сказал «нет». То же самое с «Эдвардом Руки-ножницы». Есть ряд фильмов, которые ты хочешь отгородить от этого. Я обожаю их персонажей, но мне кажется, что именно отсутствие сиквелов делает их уникальными. С «Битлджусом» дела обстоят немного иначе... В любом случае, я никогда даже и не думал называть это сиквелом. Это будет самостоятельным произведением.

Кажется, для Китона это тоже будет подходящим моментом. Работа над «Бердменом» как раз закончилась.

Я его еще не смотрел, но говорят, он замечательный.

Меня всегда интересовал такой вопрос — режиссера Генри Селика не огорчал тот факт, что авторство «Кошмара перед Рождеством» ненароком всегда приписывали вам?

Сложно сказать, так как анимационные фильмы, тем более в то время, были определенным феноменом. Я чувствовал себя вполне уверенно, так как сам потратил на его разработку около двух лет. Я, Генри, композитор Дэнни Эльфман и сценарист Кэролайн Томпсон — мы все были единой группой, участвовавшей в процессе. Люди также думали, что я снял «Коралину в стране Кошмаров», и я ничего не могу с этим поделать. Поэтому, когда Генри работал над «Джеймсом и гигантским персиком», я старался держаться подальше. Это не было моим творением, и я сказал: «Генри, дерзай!» А что касается «Кошмара», то я в какой-то степени ощущал, что это и мое детище тоже.

В этом году исполняется 25 лет с момента выхода «Бэтмена». Что вы думаете по поводу современных супергеройских фильмов? Сильно они отличаются от того, что делали вы в свое время?

Мне они кажутся немного сюрреалистичными. У «Бэтмена» были хорошие сборы, но он был подвергнут критике и назван чересчур мрачным (смеется). Впрочем, сейчас они, хоть и выглядят немного иначе, но повествуют о том же — это все те же измученные души, одетые в смешные костюмы. Забавно, как им удалось не только остаться здесь, но и вырасти.

В то время, помню, люди очень расстроились, узнав, что Майкл Китон получил эту роль, но мне кажется, он отработал ее отлично. Основная идея заключалась в том, что он не был Арнольдом Шварценеггером; он был парнем, которому, чтобы стать подобным персонажем, было необходимо переодеваться в летучую мышь. И это было восхитительно. Ты смотришь в его глаза и думаешь: «Это же сумасшествие».

Похоже, единственное, что не изменилось — люди не перестали беситься из-за «кастинговых решений».

Да, они были очень злы, когда узнали, что Бен Аффлек сыграет Бэтмена. Спасибо господи, в наше время не было интернета! Нас бы просто уничтожили.

Но люди писали письма на студию.

Да, вот почему я переехал в Англию.

Чувствуете ли вы себя хозяином наследия «Бэтмена» и «Планеты обезьян»?

Сложно сказать, ведь это то, чем занимаются студии. Во всей этой истории меня больше всего поражает то, что из года в год они снимают одно и тоже (например, фильмы про Человека-паука). Это новый странный феномен. Я понимаю необходимость переосмысления материала. С точки зрения студий я могу это понять. Просто меня немного пугает то, куда все это движется. Они меняют режиссеров, меняют актеров, но снимаю все ту же самую историю.

Тим Бертон на съемках фильма «Планета обезьян»
© 20th Century Fox

 

Они это делают еще и для того, чтобы построить кинематографическую вселенную и таким образом производить как можно больше фильмов. Сейчас они занимаются пересъемкой классической серии фильмов ужасов студии Universal.

Но это же неплохая идея. Как раз это мне нравится. Все зависит от того, что они делают. Это как в случае со сказками. В каждой культуре существуют разные вариации известных сказок — будь то история про вампиров или про Франкенштейна — и ты можешь пересказывать их миллион раз. То же самое и с фильмом «Красавица и чудовище». Мне кто-то говорил, что существует шесть вариантов этой истории. И ты можешь пересказывать ее снова и снова, лишь изменяя какие-то нюансы.

Но «Большие глаза» — это совсем иное. Ты изначально не рассчитываешь на то, что эта история будет правдивой.

Бог в помощь тем людям, которые будут пытаться продать этот фильм, поскольку он не вписывается ни в одну из категорий. Он представляет из себя смесь всего. Но именно это мне в нем и нравится.

И в ней есть скрытый подтекст: «Что есть искусство?»

Да, это интересный вопрос, но ответа на него вы не услышите. Я сам не раз проходил через это.

Вы имеете в виду ретроспективу в Нью-Йоркском музее современного искусства?

Да. И она была раскритикована в пух и прах. Еще хуже, чем в случае с Кин! Но, с другой стороны, ее посетило максимальное количество зрителей. Поэтому в итоге я получил эту странную комбинацию из плохого и хорошего. Это не дало мне ответа на то, что является искусством, а что нет, но зато показало, как люди в галерее воспринимают разные вещи.

С «Эдом Вудом» произошло то же самое.

В какой-то степени — да. Сам Вуд был провозглашен худшим режиссером в истории. Но я хорошо помню его фильмы. Многие люди помнят. И для них это было поэзией, выбивающейся из всего того, что производили в то время. В этом смысле Вуд и Кин в чем-то похожи. Когда он работал над «Планом 9 из открытого космоса», он думал, что он снимает «Звездные войны». Когда Кин работала над своими картинами, и Уолтер и сама Маргарет думали, что она создает «Мону Лизу». Человек, любящий создавать что-то, всегда попадает в капкан этой эйфории и бредового энтузиазма.

Работая над фильмом, вы каждый раз испытываете что-то схожее?

Да, ты всегда берешься за что-то, думая, что снимаешь лучший фильм на свете. Но этого не происходит. Никогда.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно