• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Марк Руффало: «Я все еще злюсь, но теперь я могу это контролировать»

5 Мая 2015 | Автор текста: Брайан Хайат
Марк Руффало: «Я все еще злюсь, но теперь я могу это контролировать»

Марк Руффало в роли Брюса Бэннера в фильме «Мстители» и в образе Халка в фильме «Мстители: Эра Альтрона»


© Marvel Studios

Халк сидит в полупустом вагоне метро в середине дня в понедельник. На нем очки в толстой оправе, он не занимает много места и определенно ничего не рушит, просто обычный ньюйоркец. Он едет по ветке № 1 в направлении Центрального парка, надеясь обнаружить там первое дуновение весны, и его соседи по вагону не отрываются от своих телефонов достаточно надолго, чтобы обратить на него внимание. Отчасти причина этого в том, что сейчас кожа Марка Руффало совершенно не зеленого цвета — но обычно это не мешает людям на улице кричать ему «Привет, Халк!». Плюс в Руффало всего метр семьдесят два, а не два с половиной метра, и сегодня он надел синюю куртку с капюшоном, поношенный свитер и темные джинсы, а не дырявые фиолетовые шорты. Кроме того, он худощав, поскольку избавился от большей части мускулов, которые накачал, чтобы сыграть олимпийского борца в прошлогоднем «Охотнике на лис», где нельзя было полагаться на компьютерную графику. Однако в чертах лица Руффало есть что-то неумолимо халковское, и так было всегда — задолго до того, как техническая команда, работающая над «Мстителями», просканировала все поры и щербинки его кожи, чтобы создать своего цифрового монстра. «Это было самое смешное, — говорит Руффало, в свои сорок семь выглядящий на десять лет моложе, если не обращать внимания на несколько седых локонов, которые он делит с Халком. — «Вы хотите, чтобы я сыграл Халка? Круто, я выгляжу как он!» Кроме того, Марк утверждает, что он похож на актера, игравшего Доктора Бэннера в телесериале «Невероятный Халк» в конце 70-х: «Мы с Биллом Биксби тоже немного смахиваем друг на друга».

Небольшим сходством с Биксби дело не ограничивается. Жесткие темные волосы, тяжелые брови, нос вышибалы — когда в прошлом году Руффало сфотографировался на Comic-Con с облаченным в смирительную рубашку Луи Ферриньо, бывшего Халком эпохи диско, сходство было просто невероятным. Это у Руффало в крови. «Я хорошо помню, — говорит он, — когда я был ребенком и папа на меня сердился, я думал, что он Халк, он только не был зеленым. Он был красным — красным Халком. У него были тяжелые брови и темные волосы, на шее проступали вены, руки сжимались в огромные кулаки, и я думал: «Он превращается в Халка! Пиши пропало!» Он не бил меня, но он был очень напряжен. Так что это попало в моего героя. То, как я понимаю ярость, в большой степени восходит к этому».

Марк Руффало: «Хочу жить на чистой планете!»

Фишка Руффало в том, что когда он сердится, он нравится тебе еще больше. На экране ты продолжаешь сопереживать ему, несмотря ни на что. Он превосходно умеет превращаться в своего персонажа, изменяя жестикуляцию и манеру говорить практически до неузнаваемости, но он не может окончательно подавить дружелюбное очарование, не важно, играет ли он активиста — борца со СПИДом в «Обыкновенном сердце» или рассеянного сотрудника рекорд-лейбла из «Хоть раз в жизни». В фильмах из франшизы про Мстителей особенное удовольствие доставляют длинные сцены, где он Брюс Бэннер — это было совершенно не так в случае Эрика Баны, сыгравшего в провальном фильме Энга Ли 2003 года.

В новых «Мстителях: Эра Альтрона» есть негромкая, но эмоционально заряженная сцена с участием Бэннера и Черной Вдовы в исполнении Скарлет Йоханссон. Вид дрожащей челюсти Руффало там впечатляет не меньше, чем сцены, где его альтер эго сравнивает с землей целые кварталы. «Я никогда не думаю: «Бэннер! Ну разозлись как следует! Кто-нибудь, стукните его!», — говорит сценарист и режиссер «Мстителей» Джосс Уидон. — Марк все делает сам. Это человек, с которым хочется выпить пива. Даже не так: это человек, который находит время выпить пива с тобой, и это хорошо видно».

Халк — самый яркий герой из фильмов про Мстителей. Он ломает все вокруг от нашего лица и сходит с ума за всех страдающих от похмелья существ Вселенной. Часто цитируют реплику Брюса Бэннера, объясняющую, как ему удается контролировать свои превращения — «Я все время зол», — и эти слова очень хорошо соответствовали общенациональному настроению в 2012 году, когда «Мстители» стали третьим по прибыльности фильмом в истории, а сейчас соответствуют ему еще лучше. Казалось, что главной задачей всех предыдущих фильмов по мотивам комиксов Marvel было дотянуть до момента, когда Халк разносит в клочья орды инопланетян и вышибает дух из бога-обманщика Локи — эти сцены были самым близким аналогом динамичной, игнорировавшей законы физики визуальной поэзии одного из создателей Халка Джека Кирби.

«Сценаристы и аниматоры неожиданно начали вести себя раскованно, как никогда раньше, — говорит Уидон, улыбаясь воспоминаниям. — А я думал: «О, мы зайдем еще дальше». Но в случае с Халком приходится быть утомительно тщательным, чтобы создать это ощущение полного отрыва».

На первый взгляд расслабленный Руффало, постоянно и очень искренне произносящий слово «приятель», кажется плохим актером для героя, который стал идеальным воплощением ярости и животной природы человека. Единственной профессией, кроме актерской, которую он всерьез рассматривал, было «одинокое серферство»: он бы в одиночестве скользил по волнам, не думая о превратностях соперничества. Однако на самом деле Марк достаточно знает о гневе, разочаровании и горе. К двадцати годам у него было около шестисот неудачных прослушиваний, он зарабатывал деньги, подавая напитки звездам в Chateau Marmont, и время от времени пробивал дыры в стенах своей квартиры. Когда он был ребенком и подростком, ему приходилось бороться с недиагностированными дислексией и синдромом нехватки внимания. «Всем было легко думать: «Он не слишком умен» или «Он ленив», — говорит Руффало. Он страдал от чувства тревоги, которое семь лет назад заставило его каждый день заниматься медитацией. Приблизительно в то время его харизматичный младший брат, популярный лос-анджелесский парикмахер, был убит при до сих пор не выясненных обстоятельствах.

Играть страдающего от богатого травматического опыта Бэннера тоже было не очень тяжело. В подземке Руффало просит меня сесть справа от него, чтобы он мог меня слышать. «У меня только одно функционирующее ухо, — говорит он весело. — В другом я слышу только идеальное ля на 440 герц. Я бы мог настраивать под него свою гитару». В 2001 году, когда вот-вот должен был родиться его первый ребенок, у Руффало диагностировали опухоль головного мозга. Оказалось, что она доброкачественная, но на целый год его лицо оказалось парализовано, и ему пришлось уступить роль в «Знаках» Хоакину Фениксу. «Я буквально умолял М. Найта Шьямалана позволить мне сыграть с парализованным лицом», — говорит Руффало.

Паралич прошел, но слух в левом ухе исчез навсегда. «Ты пытаешься заключить сделку: «Окей, кто бы ты ни был и что бы ты ни был — забери мой слух, но не отнимай меня у моего ребенка», — говорит он. — Это непросто, когда тебе тридцать лет. Но в этом был и свой плюс. Я получил урок слабости и смертности на десять-пятнадцать лет раньше, чем мои сверстники».

Руффало учился у Стеллы Эдлер, аристократичной преподавательницы актерского мастерства, которая работала с Марлоном Брандо и Робертом Де Ниро. («Ты должен создать объем», — написала Эдлер — это указание Руффало явно воспринял очень близко к сердцу.) Он изучал сочинения Стриндберга и Ибсена, а не Стэна Ли и Кирби, и ему всегда казалось, что ярость ему удается лучше, чем многие другие эмоции. «Я помню, как тяжело было людям злиться на сцене, — говорит Руффало. — Но мне было так тяжело быть актером, что я все время был зол. Стелла Эдлер говорила: «Начните сцену с того, что кто-то кричит и злится, и люди немедленно обратят внимание».

Что бы его преподавательница сказала о том, что ее талантливый ученик прочно обосновался в китчевой вселенной Marvel? Руффало какое-то время думает над этим вопросом. «Стелла бы просто сказала: «Дорогуша, нельзя быть больше, чем твое время», — говорит он, подражая ее театральному акценту. — И она бы сказала: «Только не будь мелок, дорогуша». Он смеется. «В буквальном и переносном смысле».

Халк появился на свет в 1962 году, за пять лет до Руффало. Он был одним из первых героев комиксов Marvel шестидесятых, и в нем живет наследие комиксов про монстров, которые Ли и Кирби делали, перед тем как вернуться к супергероям с Фантастической Четверкой. «Я начал уставать от обычных супергероев, — говорит Стэн Ли, которому сейчас девяносто два года. — Мой издатель сказал: «Какого нового героя ты можешь придумать?» Я ответил: «Как насчет доброго монстра?» — и он подумал, что я сошел с ума. Но я вспомнил Джекила и Хайда, и фильм про Франкенштейна с Борисом Карловым, где все время казалось, что именно монстр — настоящий положительный герой. Так что я подумал: «Почему бы не создать монстра, который действительно не хочет причинять никому вреда, но ему приходится это делать для самообороны, потому что люди все время на него нападают?»

На самом деле Ли и Кирби уже создали монстроподобного супергероя за год до того — покрытое оранжевым камнем Существо из Фантастической Четверки, ставшее самым популярным персонажем из всей команды. Поначалу некоторые читатели сочли Халка тупой копией Существа, и Ли с Кирби сильно переделали персонажа. Изначально Бэннер преображался в Халка каждый день на закате, а не из-за приступов гнева. Кожа оригинального Халка была серой, и изъяснялся он полными предложениями. Первая посвященная ему серия комиксов была отменена после всего шести выпусков, и вряд ли было совпадением то, что следующие персонажи Marvel — Тор и Человек-паук — были более традиционными супергероями в костюмах. Вскоре в издательском расписании Marvel образовалось окно, и Ли с Кирби заполнили его комиксами о команде супергероев под названием Мстители, в которой недолгое время состоял и Халк. Он снова получил свой собственный комикс только в 1968-м. К тому времени аудитория, особенно студенты, окончательно созрели для непонятого, преследуемого, необычайно привлекательного антигероя, который большую часть времени отбивает почки солдатам армии США. В 1971 году статус контркультурной иконы помог Халку попасть на обложку Rolling Stone, нарисованную ветераном Marvel Хербом Тримпом.

Халк на обложке журнала Rolling Stone авторства Херба Тримпа, 1971 год

 

Однако настоящий мейнстримный успех пришел к Халку вместе с телесериалом с участием Биксби и Ферриньо, поставленным Кеннетом Джонсоном, до этого создавшим «Биобабу», а затем — «V». Джонсон не слышал о Халке, перед тем как выбрал его из списка доступных персонажей Marvel (отказавшись, среди прочего, от Капитана Америка и Человека-факела). Поначалу Джонсон хотел, чтобы Халк был красным, а не зеленым — ему казалось, что это более естественно для разозленного героя, — и его первым кандидатом на роль был герой «Качая железо» Арнольд Шварценеггер, который порекомендовал своего друга Ферриньо.

Основой настроя телевизионного «Халка» была меланхолия. В образе несчастного доктора Дэвида Бэннера Биксби играл изгоя, не способного сделать ничего хорошего при всей своей силе. Это был супергеройский аналог кризисной речи Джимми Картера, разбавленный кемповыми шуточками в эпизодах вроде того, где Халку пришлось сажать самолет. На протяжении всего сериала Халк не произнес ни слова. Шоу протянуло пять сезонов, показав, что у героев Marvel есть потенциал, на раскрытие которого потребовалось больше двадцати лет.

Халк на обложке журнала Rolling Stone, май 2015 года

 

Как и сам Брюс Бэннер, Руффало испытывал некоторые сомнения насчет того, присоединяться ли ему к Мстителям. Уидон и президент Marvel Studios Кевин Файги утверждают, что для них обоих он был первым кандидатом на роль Халка, во всяком случае после того, как они поняли, что не смогут рассчитывать на Эда Нортона, сыгравшего в «Невероятном Халке» 2008 года. Руффало не очень хотел подписываться на проект, пока Уидон еще работал над сценарием, и кроме того, «я был немного испуган», — говорит актер за обедом в кафе в Вест-Виллидж, неподалеку от его манхэттенского дома. Он был впечатлен Тони Старком в исполнении Роберта Дауни-младшего, «проторившим дорогу для инди-актерского подхода, ранее немыслимого для классического киногероя. И я подумал: «Я смогу это сделать? Я смогу быть настолько же умным, и очаровательным, и расслабленным?»

Руффало вспоминает, как Дауни сказал ему: «Расслабься, не волнуйся так. Мы будем работать вместе, все будет окей». Сцены с участием Бэннера и Старка стали изюминкой фильма. «Смотреть на них — чистое удовольствие, — говорит Уидон. — Лучшая парочка во вселенной Marvel — это, конечно, Тони и Бэннер».

В 70-е, чтобы стать Халком, Лу Ферриньо требовалось несколько часов, чтобы наложить грим (впрочем, его приходилось накладывать снова и снова, потому что он обтирался обо все подряд — включая мех настоящего медведя, с которым ему однажды пришлось бороться). Однако для Халков XXI века технология начала представлять проблему. Халк Энга Ли выглядит как Шрек с раздутыми гландами. Халк в фильме 2008 года с Эдом Нортоном выглядел лучше, но все-таки не слишком убедительно — и совершенно непохоже на самого Нортона.

Процесс съемки первого фильма про Мстителей был абсолютно неестественным: Руффало приходилось отдельно исполнять движения Халка и его мимику. «Это было достаточно тяжело», — говорит актер, который, по словам Уидона, в итоге написал «очень красноречивое письмо» аниматорам из Industrial Light And Magic, сказав им: «Вам тоже надо быть Халком, вам придется создать его в том аспекте, который для меня закрыт».

На этот раз Руффало мог одновременно использовать лицо и тело и получил способ в реальном времени наблюдать за тем, как он выглядит в образе Халка. Кроме того, он работал с мастером виртуальной актерской игры Энди Серкисом, который так сыграл Голлума и Цезаря из «Планеты обезьян», что начали ходить слухи о возможном «Оскаре». «Это становится своего рода театром марионеток, — говорит Руффало. — В конце концов ты сживаешься с этим. Теперь я знаю, как Халк движется, я понимаю, каково это — носить на себе всю эту массу и как движется тело, когда огромные легкие заполняются воздухом».

Marvel опубликовали список своих проектов на ближайшие несколько лет, и там нет еще одного фильма про Халка. Однако Руффало и представители студии считают, что в принципе это возможно. «Халк участвует в нескольких проектах, которые мы заявили на ближайшее будущее, — говорит Файги. — Но было бы интересно увидеть, каким будет сольный фильм с Руффало». «Если я буду жив, — говорит актер, — и они не против седовласого Халка, я могу протянуть в этой вселенной еще лет десять-пятнадцать».

Когда Руффало играл морского пехотинца в «Говорящих с ветром», он чуть не записался в армию. После «Охотника на лис» он был близок к тому, чтобы стать профессиональным борцом. Сыграв супергероя, он возглавил успешное движение за запрет фрэкинга в штате Нью-Йорк (если вы хотите, чтобы он превратился в Халка, упомяните в его присутствии братьев Кохов).

Левацкий активизм Марка заходит гораздо дальше, чем обычные добрые дела голливудских актеров, и когда я спрашиваю, не собирается ли он выставить свою кандидатуру на выборах, он начинает протестовать как-то уж слишком яростно. «Обычно люди говорят: «Слушай, приди в себя. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя начали ненавидеть или испортить свое финансовое положение», — говорит он. — Но разве все в нашей жизни управляется финансами? Главное — ценности. Действительно ли ты тот человек, которым тебя считают?»

Руффало заявляет, что основная сила, стоящая за его активизмом, это надежда, а не отчаяние. «В последние годы я стал мягче, — говорит он. — Гнев тесно связан с контролем и страхом. Когда мы не можем что-то контролировать, мы начинаем злиться. Когда от нас кто-то уходит, мы не получаем работу, нас отвергают, у нас проблемы с деньгами — все эти вещи, с которыми я боролся и которые сделали меня злым, заставили меня искать другой путь. Если у тебя есть только молоток, любая проблема похожа на гвоздь. Мне пришлось расширить свой инструментарий. Я все еще злюсь, но теперь я могу это контролировать».

Однако Руффало в достаточной мере Халк, чтобы понять, что, как пел Джон Лайдон, «гнев — это энергия». «Как и любая другая эмоция, — добавляет он. — У нее можно много чему научиться. Это энергия, она позволяет тебе чего-то достичь. Нам этого не хватает».

Марк Руффало
Фильм «Мстители: Эра Альтрона» уже в прокате.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно