• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Джона, который жил во чреве кита

4 Сентября 2010 | Автор текста: Брайан Хайат
Джона, который жил во чреве кита
Jonah Hill

© Марк Зелигер, www.rollingstone.com

В этом году американский актер Джона Хилл, уже блеснувший в фильмах «Побег из Вегаса» и «Сайрус», является флагманом в эскадре юмористов, запущенных в Голливуд Джаддом Апатовым, но по-прежнему живет прошлым. Сражения с лишним весом и старыми учительницами-садистками в жизни хищного Джоны занимают намного больше места, чем строительство вилл и покупка кабриолетов

Джона Хилл еще не придумал шутку, но у него осталась на это масса времени. Так получилось, что он выступает в рамках концертного тура телекомика Конана О'Брайена, и толстячку - активно перемещающемуся по сцене и раздувающему щеки то ли от стеснительности, то ли от пижонства, - предстоит, что называется, блеснуть. Круглое лицо Джоны украшает хаотичная борода, скрывающая двойной подбородок; на плечах болтается безразмерный плащ цвета хаки, а дополняют комплект обтягивающие серые джинсы и застиранная голубая рубашка. О'Брайен заканчивает очередной монолог и пропускает вперед Хилла, представляя его словами: «Привет, малыш. А мне по душе твой дождевичок. С Коломбо снял?» - «Я только что замочил инспектора Гаджета, а перед этим его трахнул», - ровным голосом отвечает Джона, и шесть тысяч человек в зале взрываются от дикого хохота.

Джона Хилл никогда не был стенд-ап-комиком, но голова у него работает как у прожженного профессионала: шутки формируются в сознании актера за доли секунды. «Конан сказал про детектива Коломбо и явно дожидался ответа, - на следующий день объясняет мне Хилл, голубые глаза которого так и сверкают из-под массивной черной оправы. - Какой еще известный персонаж носит плащ? На ум приходят трое, и ты выбираешь из них самого смешного. Что я могу сделать с инспектором Гаджетом? Избить его? Не очень круто. Я трахаю его, а потом убиваю. Вот это отличная комбинация. При этом все должно очень хорошо звучать ритмически. Конечно, многим кажется странным, что я придумываю шутки так быстро, но я же не знаю, как все это складывается у меня в голове».

Такое впечатление, что между ушами Хилла буквально роятся неприличные каламбуры и просто откровенная чушь, слыша которую люди начинают истерически ржать и показывать на Джону пальцами. Благодаря безумной способности собирать в голове имена и поступки тысяч фриков на этой планете, а потом использовать информацию по собственному усмотрению Джона уже сейчас выдерживает сравнение с участниками оригинального состава шоу «Saturday Night Live» и считается самым смешным характерным актером своего поколения. После «SuperПерцев» Хилл быстро доказал, что он может приковывать к себе внимание не только в главной роли: порой ему достаточно было пары эпизодов, чтобы «украсть шоу» и стать самым запоминающимся персонажем той или иной комедии. Этим летом Рассел Брэнд и Хилл в полной мере блеснули в «Побеге из Вегаса», а следующим шагом Джоны к званию «важнейшего комика Америки до тридцати лет» стала роль озабоченного Эдиповым комплексом сынули в комедии «Сайрус» с участием Марисы Томеи.

В жизни и на экране Джона Хилл, как и его персонажи, думает примерно о том же самом, что и все люди на земле, только чаще делает это вслух. Однажды, когда Джона и Сет Роген были на переговорах, женщина-продюсер за время беседы примерно пятнадцать раз использовала выражение «soup to nuts» («от начала и до конца» - прим. RS), а в финале поинтересовалась, есть ли у комиков вопросы. «У меня есть вопрос, - тут же нашелся Джона. - Что, черт побери, значит «soup to nuts»? Похожий случай Хилл сымпровизировал на съемочной площадке фильма «Сайрус», когда снималась сцена обеда. По сюжету Джон К. Райли изображал нового бойфренда матери Джоны, и тот с привычным невозмутимым спокойствием посоветовал крепкому кудрявому мужику: «Не вздумай трахать маму». Мрачные и непредсказуемые типы вроде Сайруса - это идеальные герои Джоны, который по-прежнему боготворит своего идола Адама Сэндлера. Только Хиллу в повторении пути Адама удалось избежать «Водоноса» и сразу перейти к героям типа сэндлеровского закомплесованного яппи из «Любви, сбивающей с ног». «Джона всегда знает, как зацепить людей, - говорит Мариса Томеи. - И я это не только к тому, что он чувствует, когда вставить свою шутку».

В отличие от большинства профессиональных юмористов, Джона Хилл не испытывает угрызений совести по поводу своей работы и не считает, что занимается чем-то не очень здоровым. Его юмор - телесный и агрессивный. «Я люблю злобных юношей ботанического склада, - говорит наставник Хилла Джадд Апатов. - Нет ничего приятнее, чем наблюдать за людьми, которые думают, что мир им в чем-то отказал. Они все жутко умные, дико смешные, да еще к тому же нервничают из-за сексуальной невостребованности. И Джона всю эту гамму эмоций выражает лучше, чем какой-либо другой актер».

Над Джоной Хиллом издевались большую часть его жизни, и все унижения, которые ему пришлось пройти, актер отлично помнит до сих пор - особенно что касается начальной школы, которую он посещал в Лос-Анджелесе. Как только вышли «SuperПерцы» и Хилла стали узнавать в лицо, тот очищал карму таким образом: снимал тех девушек, которые в свое время посылали его в школе. Причем не просто девушек похожего типа, а тех самых конкретных выпускниц. Существенная часть анекдотов в репертуаре Джоны - о людях, которые неправильно его поняли и не разглядели в кудрявом толстячке недюжинных талантов. Хиллу приятно, что критики оценили «SuperПерцев», но он в возмущении от того, что на его более скромные роли никто не обращал внимания. Досталось и мне лично: в 2007 году я написал текст о Джадде Апатове и упомянул там Хилла с комментарием «Джаддов задастый корешок». «Ты должен понять, что ошибался», - настаивает актер.

Что касается восприятия Джоны другими людьми, то тут дела по-прежнему обстоят не лучшим образом: обычно его считают таким же вечно обкуренным хвастливым пижоном с пивным животом, каким он предстает в комедиях. На самом деле Хилл - настоящий трудоголик, который строит собственную маленькую империю внутри разрастающегося государства Джадда Апатова. Уже в самом скором времени появится десяток фильмов, где кудрявый Джона выступает в роли продюсера, сценариста или актера. «У него больше предложений, чем у меня после полусотни ролей в кино», - говорит партнер Хилла по «Сайрусу», другой экс-гений ролей второго плана Джон К. Райли. После «SuperПерцев» Джона отвергал одну роль за другой, включая довольно значительного персонажа во вторых «Трансформерах». «Когда надо ковать железо, я в куче мусора не копаюсь», - сообщил по этому поводу актер. Тем не менее когда карьера Хилла достигла высшей точки в 2008 году, он решил стать исполнительным продюсером «Бруно» Саши Барона Коэна. Работу Джона получил после того, как на ходу придумал самую отчаянную сцену фильма: Бруно делает минет призраку своего покойного любовника - Роба из Milli Vanilli.

Хилл говорит, что постоянно находится в запарке, но при этом вполне счастлив. «Ты не подумай, что я ранимый неженка или что- то в этом роде», - уточняет актер. Несмотря на то что Джона богат и знаменит, есть не так уж много вещей, которые его радуют. Например, он избегает светских голливудских тусовок и даже не купил себе соответствующую статусу спортивную машину («Фиговые инвестиции»). С дорогими для Хилла людьми еще сложнее: он не любит о них распространяться. У него вроде бы все более чем нормально с его хорошенькой 21‑летней подружкой Джордан, да и с родителями - типичными представителями высшего среднего класса (отец работает бухгалтером нескольких рок-групп) - отношения тоже отменные. Все до того хорошо, что вечер перед концертом Конана О'Брайена Джона провел дома, распевая там а капелла Нила Янга. Дружить же Хилл и вовсе предпочитает со старыми школьными товарищами, вместе с которыми он переживал все унижения в начальных классах.

Когда Джона выбирал себе профессию по вкусу, он хотел стать сценаристом «Симпсонов» и многие годы даже не думал о том, чтобы играть самому. Тем не менее у Хилла здорово получалось подражать знаменитостям, а лучше всех он копировал Элвиса. Однако когда в шестом классе один из учителей готовил большое шоу в конце учебного года и ему понадобился имперсонатор Пресли, кандидатуру 12‑летнего Хилла он отверг в пользу его более симпатичного одноклассника.

Когда Хилл проходил прослушивания в ситкомы, он переписывал сценарии на лету. «Это очень нервировало парней, которые сочиняли всю эту белиберду и получали пять миллионов в год, а потом появлялся 18‑летний чувачок и все на хрен переделывал», - вспоминает Джона. В лице Джадда Апатова Хилл наконец нашел того человека, который мог слушать его сколько угодно. «Когда я познакомился с Джаддом, то подумал, что в первый раз за всю мою жизнь что-то пошло правильно. Это все равно что почувствовать: «Ну вот мы и дома». Большей частью своей карьеры Джона обязан импровизационному шоу, которое он закрутил для Джадда во время съемок «40летнего девственника», выдавая одну за другой шутки на тему своего персонажа - завсегдатая eBay.

Сегодня представительство Джоны Хилла - а точнее, его все еще не имеющей названия продакшн-студии, - расположенное в его доме, буквально залито солнечными лучами. Над одним из каминов висит портрет Нила Янга, над другим - очень похожее изображение Стива Мартина. Коллекция любимых сценариев Хилла - «Адаптация», «Кальмар и кит», «Шоу Трумена», «Криминальное чтиво», «На обочине» - располагается в книжном шкафу вместе с собранием интервью Вуди Аллена и сборником рассказов Стива Мартина «Cruel Shoes». Неподалеку находится и жемчужина хилловской библиотеки - книжка «Старик Кастер», написанная персонажем «Семейки Тененбаумов», которого в комедии Уэса Андерсона сыграл блондин Оуэн Уилсон.

В своем кабинете Хилл развесил снимки того времени, когда он вел «Saturday Night Live». На столе комика красуется iPad со скринсейвером, изображающим рыбака и двух собак - впервые рисунок появился в «Хороших парнях» Мартина Скорсезе, там его якобы нарисовала мать персонажа Джо Пеши. По сюжету добрая женщина готовила гангстерам обед, пока в багажнике их тачки остывал труп. «Люди все время такие: «Эй, чувак, ну какие у тебя источники вдохновения? Типа «Аэроплан» или что- то в этом духе?» А я такой: «Нет, мать вашу, «Хорошие парни» - вот мой главный источник вдохновения». Этот фильм весь как натянутая струна, он дико страшный, дико реалистичный, потом дико смешной, а потом опять дико-дико страшный».

Сегодня утром Джона проснулся, отправился в тренажерный зал и в течение сорока пяти минут пыхтел там для повышения тонуса. На завтрак Хилла ожидала овсянка, которую служба доставки в очередной раз доставила с опозданием. Неудивительно, что за последние два месяца Джона сбросил килограмм семь-восемь. «Когда я нервничаю, сразу набираю вес, - говорит Джона. - Обычно люди ссут говорить о вещах вроде своих лишних килограммов, но я думаю, что это круто - быть вполне взрослым и сказать себе: «Мне есть над чем поработать». Джона Хилл произносит это с гипнотическим спокойствием, глядя правде в глаза. Несколько часов спустя я вернулся к эпизоду из «Юмористов», где хилловский герой-комик нападает на персонажа Сета Рогена за то, что тот сбросил вес. «В тренированном человеке нет ничего смешного! Никто не пойдет смотреть комедию с участием Лэнса Армстронга!». Глаза Джоны вдруг загораются холодным огнем (именно этот взгляд Хилла режиссер «Сайруса» Марк Даплэйс определил как «взор, способный убить яка на расстоянии сотни метров»). «Если ты слишком толстый или реально очень большой, это не сделает тебя более смешным или менее смешным. Нелепо так думать, друг, просто нелепо, - медленно говорит Джона. - И с чего ты взял, что та шутка в фильме связана лично со мной? Это не про меня. Это просто чувак в фильме».

На правой руке Хилла красуется старый крупный шрам - он идет почти до локтя и слишком глубок, чтобы его как-то скрыть. Кажется, что руку комика кто-то оторвал, а потом приделал обратно, - это предположение оказывается более- менее похожим на правду. «Одно из самых серьезных событий в моей жизни», - интригует меня Джона. Отправившись вместе с другом однажды вечером кататься на джипе, 15‑летний Хилл выставил локоть в открытое окно. При этом друг Джоны вертел рулем вправо и влево. Кончилось тем, что машина перевернулась и руку придавило кузовом. Очнувшись в госпитале, Хилл первым делом услышал разговор врачей, которые обсуждали: ампутировать конечность или не ампутировать. Спустя еще пару секунд он понял, что рядом стоят его отец и рыдающая мать. «И тогда я сказал себе, - выдыхает Джона: - «Меня больше ничто не остановит. Я буду чертовски успешен, и точка. Я обойду всех этих людей, которые думают, что я рожден только для того, чтобы без конца очковать». И вот теперь я каждый день гляжу на этот шрам. Он заставляет меня работать».

Есть у актера шрамы, которые не разглядишь и под лупой. «Каждая школьная учительница, к которой я попадал, считала своим долгом сказать: «Ни хрена из тебя не получится, никем ты не станешь». Разумеется, в какой-то момент у Джоны начала развиваться паника. «Надо было заставить всех этих училок сожрать дерьмо, которое они на меня вывалили». Незадолго до «SuperПерцев» Хилл заметил одну из таких учительниц в Санта-Монике. «Эмоции душили меня, но я твердил себе: «Нужно быть взрослым». Когда учительница подошла к Джоне, она сразу сообщила, что на самом деле всегда больше всего хотела его поддержать. «Я знала, что рано или поздно ты станешь успешным», - сказала она ему. Как всегда, реакция у Джоны Хилла сработала мгновенно. Он точно знал, что ему нужно ответить этой женщине. Комик посмотрел ей прямо в глаза. «Пошла на ***, старая ****!». После этого он развернулся и пошел прочь.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно