• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

«Gimme Danger. История Игги и The Stooges»

24 Ноября 2016 | Автор текста: Алексей Комаров
ROLLING STONE:
«Gimme Danger. История Игги и The Stooges»

Кадр из фильма «Gimme Danger. История Игги и The Stooges»


© Danny Fields, Beat Film Festival

В 2016 году Джим Джармуш наведался в Канны в девятый раз — и сразу с двумя картинами. Но вместо заслуженной и первой в карьере Золотой пальмовой ветви увез утешительный Приз пальмовой собаки за поэтичную элегию «Патерсон». Его второй, документальный проект «Gimme Danger» о взлете и падении The Stooges и персонально Игги Попа участвовал во внеконкурсной программе, и Джармуш с самого начала заявил о намерении погрузить зрителя в историю величайшей рок-н-ролл группы всех времен. Поэтому если вы склонны присваивать столь почетное звание Стоунз или, допустим, Биттлз, лучше проведите эти полтора часа за каким-нибудь иным занятием. «Gimme Danger» — фильм, сделанный фанатом для таких же фанатов, для которых любые недостатки ленты меркнут по сравнению с теплой искренностью ее реверанса старым-добрым 70-м. Когда морщин было меньше, хорошей музыки — больше, а лакированные сапоги титанов уровня Дэвида Боуи еще топтали нашу грешную землю.

Идея съемок исследования о главной группе его жизни осенила Игги почти десять лет назад. И кандидатура Джармуша в качестве режиссера оказалась вне конкуренции не только благодаря их крепкой дружбе, периодически перераставшей в незабываемые появления Попа в джармушевских проектах типа «Кофе и сигарет» и «Мертвеца». Кино и музыка, будь то джаз или хип-хоп, в творчестве Джармуша всегда шли рука об руку, и не случайно он отводил Джону Лури с Томом Уэйтсом ключевые роли в своих ранних лентах. Сложно ожидать чего-то иного от человека, который с ранних лет зависал в культовом C.B.G.B., тащился от Voidoids и Television и гораздо чаще общался с полубезумной богемой музыкального андеграунда Нью-Йорка, чем с другими режиссерами или актерами. Как сложно и вообразить, что этот человек станет снимать фильм на заранее готовый сюжет, о чем Джармуш однажды обмолвился в интервью. Обмолвился вскользь, как бы между прочим, но представить наличие четкого замысла в произведении об оголтелых панк-террористах типа The Stooges и правда затруднительно. Хронология соблюдена — и то ладно; зато визуальный пласт «Gimme Danger» пронизан таким же панковским хаосом, как и легендарная лента о Sex Pistols «Грязь и ярость». Не сказать, чтобы сильно неистовым — но по крайней мере выразительным.

Игги Поп вспоминает подражателей Боба Дилана и мучения Джо Перри

Закадровые байки Игги, Рона и Скотта Эштонов и Дэйва Александра о былых кутежах и свершениях иллюстрируются непрерывно мелькающими вкраплениями из старых голливудских мелодрам, телепередач 50-х, архивных фотографий, записей живых выступлений The Stooges и мультипликационных мини-клипов (в основном про марихуану). Этот сумбурный мэшап забавно контрастирует с образом главного повествователя — самого Игги, львиную долю времени вальяжно сидящего в трейлере среди разбросанной возле стиральной машины одежды и прочего хлама.

На фоне стиральной машины, кстати, Джармуш запускал вступительные титры и размещал участников Crazy Horse в документальном фильме-концерте про Нила Янга «Год лошади». Но в отличие от его рычания сырого рок-н-ролла, грубо заснятого на пленку «Супер 8», и даже по сравнению со старой документалкой об Игги «Жажда жизни» (1986), «Gimme Danger» в конечном счете оказывается совсем не таким опасным, как хочет показаться поначалу. Сухощавые жилистые дедки не слишком охотно рассказывают про героин; чуть азартнее — про Лу Рида, Боуи и блюзовые корни музыкального стиля The Stooges, мысленно уносясь в беспечные деньки своей юности, когда Игги был еще не Игги, а обычным пареньком Джимом Остербергом и стучал на 16-футовой ударной установке в составе The Iguanas. Бойцы вспоминают минувшие дни и всё, что кололи, смолили, вдыхали, играли и любили они. «Я поехал в Чикаго, выкурил здоровенный косяк возле речки и понял: черным я так и не стал», — смеется Игги, но в целом его откровения вряд ли шокируют человека, хотя бы поверхностно знакомого с историей The Stooges или монументальным трудом Макнила-Маккейн «Прошу, убей меня». За исключением, конечно, совершенно фантастического признания Игги о поиске вдохновения в образе Юла Бриннера из «Десяти заповедей». Или уходящего в далекое детство флэшбэка о клоуне из древнего телешоу, просившем поклонников писать ему письма не длиннее 25 слов («вот почему я, в отличие от Боба Дилана, пишу короткие песни», — ухмыляется Игги).  

«Gimme Danger. История Игги и The Stooges» глазами Джармуша и Попа

Джим Джармуш никогда не перегружал зрителя избыточной информацией, и «Gimme Danger» в этом плане производит впечатление чертовски болтливого фильма. Правда, текстовое сопровождение здесь — как подписи к картинкам в прекрасно иллюстрированной книжке. Хочешь — читай. Не хочешь — иллюстрации и без того говорят сами за себя. Зачем, действительно, нужны какие-то вербальные комментарии к эпизоду, где вымазанный кровью Поп, бешено вращая глазами, вихляется на сцене в первобытной дикарской пляске. Впрочем, злость, грохот и бунт здесь чисто ретроспективны: кто не был глуп — тот не был молод, и как бы Игги сотоварищи ни куролесили в прошлом веке, сейчас им не остается ничего, кроме как ностальгировать об этом с оттенком сладкой печали. Традиционно присущей раздумьям о безвозвратно ушедших друзьях, написанных или не написанных песнях и крышесносных ЛСД-трипах (особенно если ты, как 69-летний Игги, уже давно не пьешь ничего крепче воды). А живущий внутри Попа вечный подросток-коммунист горько констатирует, что окончательно и бесповоротно вырос, когда осознал беспощадную закономерность превращения творчества в бизнес стараниями солидных взрослых дядек в дорогих костюмах.

«То, что для вас звучит как нагромождение мусора и шума, на самом деле является выдающимся произведением гения. То есть меня», — бахвалился Игги в «Жажде жизни», изящно рассуждая об индустриальном звучании панк-рока и проводя параллели между «No Fun» и «I Walk The Line» Джонни Кэша. К завершению работы над «Gimme Danger» из всех участников оригинального состава The Stooges в живых остался он один. Теперь он не рассуждает, а вспоминает. Вспоминая, пытается осмыслить — а, осмыслив, принять как должное — свой нынешний статус. Пройдя через агонии героиновой ломки и грязь сточных канав, Игги сверкает ослепительной белизной вставных зубов и, кажется, наконец обретает гармонию с собой. «Я не хочу быть одним из этих гламурных типчиков, — заявляет он под занавес, внезапно став абсолютно серьезным — и поразительно уязвимым. — И одним из хип-хопперов тоже. Я не хочу мелькать по ТВ. Не хочу быть панком. Я хочу просто быть». И если шесть (или шестьдесят шесть) демонов Игги Попа на этих словах и не испарились из его тощего мускулистого тела, то уж наверняка, впервые за долгие годы, мирно уснули. Игги жил, Игги жив, Игги будет жить — там, где кончается фильм Джармуша, начинается легенда. И пусть у этой легенды слегка обвисла кожа, а на смену дерзким кожаным лосинам пришли потертые домашние кальсоны — дышать одним с ней воздухом, хоть и по ту сторону киноэкрана, просто обалдеть как здорово.

«Gimme Danger. История Игги и The Stooges»

Фильм уже в прокате.    

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно