• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Oyafestivalen: «Аншлаг» Родригеса, цветы Cat Power и марш Godspeed You! Black Emperor

9 Августа 2013 | Автор текста: Александр Кондуков
Oyafestivalen: «Аншлаг» Родригеса, цветы Cat Power и марш Godspeed You! Black Emperor
Шон Маршалл на сцене Oyafestivalen

© Markus Thorsen/ Oyafestivalen

Второй день Oyafestivalen в Осло доказал, что даже в дождливую погоду тут созданы такие комфортные условия, что можно выйти сухим и чистеньким из внешне вполне грязного парка. Дело в том, что устроители закрывают часть территории черным брезентом, который хоть и намокает, но не дает тебе погрузиться в фестивальное свинство. Большая часть норвежцев брезент игнорируют: они покупают себе резиновые сапожки и демонстративно шлепают по самым неприятным участкам земли и лужам, забрызгивая тех, кто пытается проскользнуть мимо. Но если осознать местные нравы, можно избежать грязи даже в крытом павильоне Klubben, где лужи были даже в первый солнечный день. Для полноты картины всем посетителям Oya любезно дарили дождевики.

На второй день фестиваля странным образом вдруг обнаружилось много музыкантов из Канады: дело начали герои пост-панк-хардкора Metz своим выступлением в Klubben, где в этот день была «болевая точка» гитарной ярости; затем на сцене Enga блистал гитарист Cat Power Грегг Форман (Pink Mountaintops, The Black Ryder), который выглядел чуть ли не ярче всех в этот день — в жилетке и с густо подведенными глазами; и, наконец, уже в потьмах громыхал и гудел пост-рок-оркестр Godspeed You! Black Emperor.

Оценив разогревших публику исландцев Of Monsters And Men, все поклонники мэйнстримовой музыки стянулись к сцене Sjøsiden, где должно было состояться выступление Сиксто Родригеса. Загадочный ветеран фолк-рока, фильм про которого раскрутил старика до сольного сета на Гластонбери, был доставлен на сцену при помощи персонала: сейчас музыканту и игра на гитаре, и общение с публикой даются с трудом. Выступление Сиксто постоянно сопровождалось нервной подстройкой инструмента, который все время уносил за кулисы бородатый техник, однако лучше от этого гитара не звучала. Зато Родригес рассказывал «фирменные» постмодернистские анекдоты, которые он травит как автомат на каждом концерте и делает в них такие мастерские паузы, что стоит поучиться многим юмористам из «Аншлаг! Аншлаг!». Была тут хохма и про развод Микки Мауса, и про каннибалов, съевших клоуна, — норвежцы деликатно хохотали, хотя, наверное, столь благодарная публика заслуживала большего. Сиксто собрался только во время исполнения своего главного хита «Sugarman», да и то примерно на половину песни, а затем, когда осознал, что все и так подпевают, снова погрузился в свою обычную летаргию мудрого старого варана в черных очках.

На фото: Сиксто Родригес

Другая артистка, у которой на протяжении карьеры были проблемы и с наркотиками, и с психикой (до попытки суицида, как в случае Родригеса, правда не доходило), выступала сразу после Сиксто на Enga. Шон Маршалл, более известная как Cat Power, в прошлом году выпустила один из лучших своих дисков «Sun» и доказала, что ее унылый сплин пьющей женщины можно транслировать массам в формате почти танцевальной инди-поп-музыки. Еще бы: ведь над пластинкой Шон работали люди из Cassius, а во время концертных выступлений необходимый драйв по-прежнему трогательно неуверенной в себе певице дарит гитарист и клавишник Грегг Форман с внешностью, которой в плане рок-н-ролльного гротекска позавидовал бы, пожалуй, и Рассел Брэнд.

На фото: Грегг Форман

Форман именуется «музыкальным директором» Cat Power. Сейчас в концертном оркестре Шон Маршалл, помимо собственно певицы с платиновой короткой стрижкой, пребывают еще три мрачные девушки: азиатская барабанщица, кудрявая накачанная перкуссионистка/басистка и крохотная гитаристка. Командовал парадом женской печали, разумеется, Форман, который и сидел за синтезатором, сверкая очами, и совершал прыжки с гитарой, и запиливал роскошное нойз-рокерское соло, передавая привет покойному Роланду С. Говарду и группе The Boys Next Door в кавер-версии «Shivers», куда также оказалась «ввинчена» цитата из «Never Tear Us Apart» INXS. Для радикальных поклонников записей Шон Маршалл в альбомном формате концерт мог показаться далеким от идеала: певица, которая превратила свою боязнь сцены в творческий концепт живых выступлений, трогательно, но все же уродовала песни.

Однако именно в живом исполнении «Ruin», «3,6,9» и особенно открывающей «The Greatest» бросалось в глаза, насколько Маршалл хороша как певица. Потому что те вокальные возможности, которые она, как казалось, демонстрировала спонтанно, совершенно точно выдают в ней одну из самых узнаваемых артисток современности. Это стопроцентно лучшая музыка, которая может сопровождать пьянство в американских барах, и в формате «вот и встретились я и мой алкоголизм» Шон не могла бы переплюнуть даже сама Эми Уайнхаус. Тут все было идеально: и прическа, и «развинченная» пластика, и книксены, и форма одежды: сначала черная косуха с пурпурным лого на спине, а потом джинсовка.

Трудно сказать, насколько увлекательными драмы Маршалл казались с дистанции, но из первых рядов выступление Cat Power звучало как определенно лучший на сегодня концерт на Oyafestivalen. Прежде всего, подкупала непредсказуемость и то, что даже преданные поклонники не всегда узнавали трек по первым аккордам: настолько «живые» версии были затейливо сконструированы, и вообще походили на джем. Если же посмотреть аналогичные исполнения этих песен на других шоу, быстро приходишь к выводу, что у «музыкального директора» Формана все просчитано до мелочей, потому что в столкновении с жанром женской тоскливой песни в принципе легко заскучать. И близкий друг Антона Ньюкомба из The Brian Jonestown Massacre это отлично понимает, стараясь добавлять огня и рок-н-ролльного драйва там, где ломкое обаяние Маршалл может дать сбой.

После эмоционально выматываюшего сета Cat Power можно было зацепить минут пятнадцать выступления Граймс и ее танцоров на Sjøsiden. 25-летняя канадка является, в принципе, идеальной фестивальной артисткой, потому что ее шоу не особенно сложно в подготовке и обычное выступление девушки длится примерно столько же, сколько ее сет на условном Oyafestivalen. Творческая сторона этой мутной сновидческой электроники с истерическими всхлипами увлекает в основном нервных девушек, ищущих место в большом искусстве, так что мы не будем делать некомпетентные выводы. Перед сценой собралась толпа белокурых мрачных хипстерш в розовых лосинах — туда им и дорога.

Зато датчане Iceage, которые подарили Klubben «мясной» сет при диком скоплении людей, отработали вполне очевидно, хотя и тоже не без истерик. Элиас Беннер Ронненфельт, который является вокалистом датской панк-формации, — это постер-бой нынешней гитарной музыки. В этом смысле красавцу, который выглядит как Йэн Кертис и брызжет слюной как Генри Роллинз, стоит поставить памятник за пропаганду нойз-рока среди девушек, юношей, а также их родителей. На шаманском выступлении Iceage людей за сорок было в целом не меньше, чем молодежи: скандинавская пресса пишет про музыкантов постоянно, а их выходки на сцене, где сияют стробоскопы и можно хоть топор вешать от искусственного дыма, напоминают о поведении героев 80-х. Основное оружие Iceage — это, конечно же, надсадный крик и вой Ронненфельта, которыми тот овладел не менее эффективно, чем один из его кумиров Марк Е. Смит из The Fall. Видимо, так и звучит глас свободы в стране Ларса Фон Триера.

Финал второго дня Oyafestivalen разделили между собой рэпер Кендрик Ламар и GY!BE. Ламар нарисовался на Enga в майке с изображением Франкенштейна, а его группа местами играла так же сочно, как Bodycount в былые времена, и выросший перед сценой лес рук совсем не удивлял. «m.A.A.d. city» была исполнена уже в самом начале и в первый раз, обстановка потеплела и сгрудившийся вокруг живописно расположенной сцены истеблишмент Осло начал употреблять пиво с удвоенной энергией. Несмотря на погоду, все действительно напоминало по настроению вечеринку где-нибудь поблизости от нью-йоркского моста: девушки на траве, кроны деревьев над головой и крохотный усатый парень в черном, который запросто диктует белым людям свою волю с позиции силы.

На фото: Кендрик Ламар

Когда у Ламара дело уже подходило к «Bitch Don't Kill My Vibe», на Sjøsiden наконец-то крейсерскую скорость набрал канадский паровоз Godspeed You! Black Emperor. Затянувшееся интро «Hope Drone» при ближайшем рассмотрении производило двоякий эффект: параллельно с загробным гудением канадцы в костюмах, больше подходящих для корпоратива геологов 80-х, производили распитие пива и обменивались дружескими шутками. Серьезнее прочих, как обычно, выглядел гривастый Ефрим Менюк, первым начавший терзать гитару. Перед сценой норвежцы стояли через один в берушах, однако едва ли это было столь уж необходимо: громкость пост-рокерского оркестра была вполне комфортно слушабельной, и даже умиротворяющей, как и видеоряд с плавящейся пленкой и черно-белыми старыми фотографиями. Так или иначе, это был удачный вариант для финала дня: на фоне огней ночного Осло через речку мессы и пост-рокерские марши Godspeed You! Black Emperor напоминали о бренности всего сущего и тщете прожигания жизни на свежем воздухе.     

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно