• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Обозреватель RS Дэвид Фрике и его воспоминания о Честере Беннингтоне

26 Июля 2017 | Автор текста: Дэвид Фрике
Обозреватель RS Дэвид Фрике и его воспоминания о Честере Беннингтоне

Linkin Park


© James Minchin, Warner

На марафонском концерте Guns N'Roses в гарлемском Apollo Theatre в четверг было немало памятных моментов. Вместе с посетителями зала все это могли оценить слушатели радиостанции Sirius XM.

В конце второго из трех часов, которые продолжалось выступление, Эксл Роуз удалился со сцены, оставив в лучах прожекторов своих гитаристов Слэша и Ричарда Фортуса. Вместе они исполнили инструментальный дуэт — свой кавер титульного номера с пластинки Pink Floyd «Wish You Were Here». Когда Роуз появился снова, он сел за свое пианино и повел группу в другое направление — к элегической бессловесной половине «Layla» Derek And The Dominos.

Ни в середине, ни после Роуз не сделал никаких комментариев, после чего Guns N' Roses исполнили их собственную «November Rain». «Любовь всегда приходит и любовь всегда уходит, — пел Роуз. — И никто не знает, кто уйдет сегодня». Затем GN'R, в очередной раз проявившие себя как блестящая кавер-группа поставили собственную тяжелую печать на еще один классический номер — «Black Hole Sun». Песня прозвучала памяти Криса Корнелла, который покончил с собой в мае этого года.

Это было традиционное завершение части концерта для Guns N'Roses, после чего в сет-листе наставал черед их версии «Knockin' On Heaven's Door». Но когда Слэш и Фортус, выйдя на бис, открыли «Patience» с реверанса на «Melissa» покойного Грегга Оллмэна, стало понятно, что мир рока в этом году превратился в бесконечную похоронную процессию — дверь в иное измерение открыта, и скоро там будет одним духом больше.

В девять утра того же дня в Лос-Анджелесе — всего через два месяца после смерти Корнелла — Честер Беннингтон, вокалист альт-метал-команды Linkin Park, был найден мертвым у себя дома. Это снова была смерть через повешение. Музыканту был 41 год.

Я встретил Беннингтона в начале 2002, когда отправился в Лос-Анджелес, чтобы написать каверстори о Linkin Park. Это была их первая обложка Rolling Stone. К тому времени Linkin Park — Беннингтон, рэпер Майк Шинода, гитарист Брэд Делсон, ударник Роб Бурдон, басист Дэвид «Финикс» Фаррелл и диджей Джозеф Хан — были одной из самых успешных группа мира. Их первый диск «Hybrid Theory», вышедший в 2000 году, подарил ценителям музыки не самый простой с точки зрения составляющих микс из панка, металла и хип-хопа. При этом все было строго дозировано и артикулировано. В этой музыке не было никакого хаоса. Как результат — 6 миллионов проданных копий с США и более 11-ти во всем мире. В то время Linkin Park возвращались к гастрольной деятельности — после того, как провели в туре более года.

Они тогда переживали такой период, когда даже на репетициях играли с полной выкладкой. Будто бы что-то надо было снова доказывать.

Беннингтон был последним, кто присоединился к команде. Он приехал в Калифорнию из Финикса в 1999 года по приглашению скаута группы. В то время музыканты называли себя Xero. Для того, чтобы получить контракт, пришлось провести 42 прослушивания.

Как раз об этом нескончаемом кастинге Беннингтон мне и рассказывал. «Все от нас отворачивались». Но группа была очень живучей, и уже тогда я отметил в них то, что позволило им просуществовать 15 лет, постоянно добиваясь успеха и эволюционируя. От коллаборации с Джей-Зи до «Minutes To Midnight» — пластинки, записанной под руководством продюсера Рика Рубина.

 

«Беннингтон и Шинода на сцене существуют в едином ритме, как будто родились в одной утробе, — описывал я механизм, который дарил команде устойчивость. — Их тела словно принадлежат приговоренным к смерти».

Мое интервью с Беннингтоном происходило в ресторане в Санта-Монике, тогда к нам присоединилась его первая жена Саманта. По стечению обстоятельства это был еще и своего рода праздник. Пару недель назад, 2-го января 2002 года певец бросил пить. Пара подняла за эту победу бокалы с минеральной водой. Но в том разговоре он сообщил и других своих пристрастиях в прошлом — кокаине и метаамфетамине в тинейджерские годы. Для него все это было серьезным уроком — тенями, которые не исчезли из жизни даже на фоне борьбы с ослепившим его алкоголизмом.

«В это все так легко провалиться — «бедный, бедный я», — говорил о садомазохистской природе пьянства Беннингтон. — Он также называл «Crawling» с «Hybrid Theory» «песней об ответственности за свои действия. Потому что причиной того, что со мной происходят те или иные вещи, являюсь только я сам».

Перечитывая этот материал снова — через несколько часов после того, как тело Беннингтона была обнаружено и уже после концерта Guns N'Roses — очень ярко ощущаешь, с какими хрупкими категориями ты имеешь дело как журналист.

Когда ты создаешь истории о музыкантах, ты параллельно являешься их свидетелем — человеком, который в момент разговора тщательно фиксирует то, во что они верят и что они чувствуют по поводу искусства и самих себя. И через этот жесткий ритуал я проходил много раз, расспрашивая в том числе Курта Кобейна, Скотта Уэйланда и Криса Корнелла.

 

Linkin Park: 12 главных песен группы, потерявшей Честера Беннингтона

Я никогда больше не обсуждал воззрения на музыку с Беннингтоном после того разговора в 2002 году. Он был довольно открыт в оценке своих взаимоотношений со стимуляторами разного рода в других журналах и на других сайтах. Но тот материал Rolling Stone 2002 года был единственным моим глубоким разговором с Честером и единственным моим большим текстом про Linkin Park. После этого я был просто уже заинтересованным слушателем.

Беннингтон был мощным певцом, он постоянно искал что-то новое, обладал удивительной способностью легко меняться и всегда добавлял в песни свой фирменный мелодизм. А также наглый вызов, как у рэперов, и скрытую угрозу, как у деятелей гранжа, и еще мрачную самосозерцательность. Я думаю, что мини-альбом, который в 2013 году Честер записал с участниками Stone Temple Pilots, был важным для него шагом — он искал свой голос в мире классического  рока. Но с тех пор много чего произошло — Stone Temple Pilots пережили траур по своему умершему вокалисту Скотту Уэйланду, а я пишу о еще одном музыканте, который решил, что с него хватит, и покинул этот мир без предупреждения.

В Apollo на бис Guns N'Roses выдали еще одну кавер-версию — номер The Who «The Seeker». Они исполнили с самоуверенным напором. Но мне не дает покоя момент, когда Роуз пропел последнюю строчку припева: «Я так и не пойму, кто я/ До тех пор, пока не умру». В мае, после самоубийства Корнелла Беннингтон написал в социальных сетях: «Не могу себе представить мир без тебя. Я молюсь, чтобы ты нашел мир в следующей жизни».

И теперь настало время другого искателя.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно