• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Архив RS: Уитни Хьюстон. «Любой, кто говорит, что записывает пластинку ради творческого процесса — лжец», 1993

9 Августа 2013 | Автор текста: Энтони ДеКертис
Архив RS: Уитни Хьюстон. «Любой, кто говорит, что записывает пластинку ради творческого процесса — лжец», 1993
Уитни Хьюстон

Вероятно, вы ожидаете, что она медленно войдет в комнату, но она врывается как ураган. На ней узкие фиолетовые штаны и фланелевая кофта. Ее улыбка приветлива, а рукопожатие — вполне серьезное. Она здесь не для того, чтобы дурачиться.

С тех пор, как Хьюстон появилась на сцене в 1985-м в возрасте 21 года, ей было гораздо проще продавать свои записи, нежели заполучить уважение окружающих. Ее альбомы «Whitney Houston» (1985), «Whitney» (1987), «I’m Your Baby Tonight» (1990) и саундтрек к фильму «Телохранитель» собрали 26 млн. долларов в США. Десять ее синглов занимали первые строчки чартов, а в этом году три ее песни — «I Will Always Love You», «I’m Every Woman» и «I Have Nothing» (все из «Телохранителя») — попали в десятку лучших. Ее роль певицы Рэйчел Мэррон из фильма, который заработал уже 390 млн. долларов, доказала, что при желании она может сделать отличную карьеру и в кинематографе.

Но критика преследовала Хьюстон со времен ее первого коммерческого успеха. Дочка Сисси Хьюстон из The Sweet Inspirations (которая подпевала Арете Франклин и Элвису Пресли) и племянница великой Дайон Уорвик, Уитни, которой сейчас 29, постоянно обвиняют в том, что ей не хватает душевности ее матери и песенного чутья тети. И вышедший на экраны фильм не изменил ничего. Он был раскритикован в прессе, а актерский дебют Хьюстон так и не был по достоинству оценен.

Хьюстон на протяжении многих лет пытается отогнать от себя обвинения в лесбийских отношениях с ее старой подругой Робин Кроуфорд, а также все странные слухи, связанные с ее замужеством с Бобби Брауном, который, хотя и младше Хьюстон на пять лет, уже успел обзавестись тремя незаконными детьми от двух разных женщин. А рождение их совместной дочери Бобби Кристины только еще больше распалило слухи.

Мы встречаемся с Хьюстон в ее доме в Нью-Джерси. Она активно жестикулирует, смотрит прямо, постоянно меняет позу и больше похожа на домашнюю девочку, чем на диву. А когда я уезжаю с интервью обратно в Нью-Йорк, водитель переключает радио, и три песни Уитни Хьюстон звучат менее чем за 90 минут. Сейчас ее голос повсюду. Но за ним скрывается настоящая, живая женщина, и по ходу нашего разговора можно заметить, как сильно она хочет быть услышанной.

Давайте поговорим о вашем музыкальном воспитании. Как оно повлияло на вашу жизнь?

Вокруг меня были такие люди как Арета Франклин, Глэдис Найт, Дайон Уорвик и Роберта Флэк, так что я училась просто слушать и смотреть. Это оказало на меня огромное влияние как на исполнителя, как на артиста и как на музыканта. По-другому просто не могло быть. Я сразу определилась с тем, чем я хочу заниматься, все для меня было изначально так очевидно, что, когда я начала петь, это было для меня примерно так же, как и говорить.

Вы всегда хотели стать певицей?

Нет, мне хотелось стать учителем. Я люблю детей и хотела с ними работать. Потом я хотела стать ветеринаром. Но когда мне исполнилось 10 или 11, я поняла, что преподавание и медицина подождут. То, что в тебе заложено, никак не побороть.

Есть ли кто-то, на кого вы равняетесь?

Моя мама — первая исполнительница из всех, которых я встречала в жизни. Она пела всегда и везде: и дома, и в церкви. Она всегда говорила: «Если ты не чувствуешь, что должна заниматься именно этим, то бросай сразу, не трать время впустую». Когда я смотрела, как мама поет в церкви, я видела ее душу: в такие моменты через меня как будто пропускали ток. Вы должны понимать меня, если хотя бы раз были в баптистской церкви, когда люди действительно чувствуют все то, что происходит вокруг. Это просто потрясающе. Вот то, чего я хотела. Когда я смотрела, как Арета поет, как она закрывает глаза — от нее невозможно было отвести взгляд. Моя мама стала первым примером, когда я слушала, как она поет, и думала: «Это настоящий голос». Я ее дочь, и поэтому я пела так же, как она, когда была в моем возрасте; хотя я действительно считаю, что у нее гораздо более сильный голос, потому что она — профессионал, а я просто как студентка (Смеется). У нее было больше мощи.

Как менялись ваши отношения с матерью?

В самом начале я постоянно терзала ее и спрашивала: «Мама, мама, как мне сделать это? Что мне сказать? Как мне справиться со всем?» Теперь я знаю. Ты взрослеешь, учишься и сама становишься женщиной. Но мы до сих пор очень близки. Мама в любой ситуации скажет мне только правду, она не станет лгать или лукавить. Она со мной всегда честна.

А как насчет двух ваших братьев?

Я была единственной девочкой, так что мне перепало много внимания.

Они защищали вас?

Вы шутите? Самый большой недостаток взросления с двумя мальчиками — ты не можешь делать вообще ничего. Если они видели меня с парнем, они сразу кричали: «Кто это?», и все, о чем я думала в тот момент, это: «Боже, просто уйдите». Но зато я знала весь рэп. (Смеется). Я знала абсолютно все мужские темы и не раз подслушивала, когда они обсуждают девушек.

Это не очень хорошо.

Согласна. Это некрасиво. И потом я думала: «Интересно, а Шейла знает, что они вот так о ней говорят?». А они говорили что-то вроде: «Я переспал с ней прошлой ночью». Так что я прекрасно знала, что мужчины говорят о женщинах, и поэтому не строила никаких иллюзий. Парни начинали за мной ухаживать, и я думала: «И что же вы говорите обо мне?» (Смеется). Я не позволяла им плохо со мной обращаться. Моего брата одна девушка ждала на улице, другая наверху, третья внизу, — и все они стояли и действительно ждали. Я же говорила: «Ты заставил меня ждать слишком долго, увидимся как-нибудь в другой раз».

Когда вы решили начать свою музыкальную карьеру? Как это произошло?

Вокруг много людей было заинтересовано во мне с тех пор, как мне исполнилось 15, — они как будто ждали, пока я вырасту. Все предлагали что-то свое, и я помню, как села со своими родителями и менеджерами, чтобы что-то решить, они говорили мне: «Чем ты собираешься заниматься? С кем ты пойдешь дальше?». И я помню, что я остановила все это собрание, сказав: «Мне нужна передышка». Я ушла в другую комнату и села в кресло. Мама вышла за мной и сказала: «Это тяжело, но я скажу тебе правду: ты должна пойти туда, где ты сможешь получить наибольшую выгоду, что означает, что ты подписываешь контракт с компанией, а они говорят тебе: «Уитни, ты можешь сама выбирать песни. Ты можешь сама их продюсировать, ты можешь делать все, что тебе захочется». В отличие от Клайва Дэвиса со звукозаписывающей студии Arista, который говорил: «Мы дадим тебе деньги и будем ждать, пока ты решишь, какие песни ты хочешь писать, и тогда поможем тебе». Я же всегда смогу сказать тебе: «Уитни, у этой песни есть потенциал, а у этой — нет». Так что моя мама понимала, что мне было всего 18, и что меня нужно было направить. Клайв Дэвис стал таким человеком.

Вам не было обидно, что в начале карьеры многие смотрели на Клайва Дэвиса как на Свенгали? (вымышленный персонаж, который превратил героя книги в известного певца — прим. RS)

Иногда бывало, особенно, когда в прессе писали, что Клайв говорит мне, что и как делать, потому что это полный бред. Я ненавижу, когда обо мне говорят как о человеке, который не может сам о себе позаботиться, — как будто я не знала, чего я хочу. Как будто я марионетка в руках Клайва. Это все чушь. Меня раздражает такое мнение, потому что такого никогда не было, и такого никогда не будет. Я бы не стала работать с тем, кто не уважает мое мнение. Никто не заставит меня делать то, что я не хочу. Вы не заставите меня спеть то, что я не хочу петь. Не на этом строятся наши отношения с Клайвом, иначе я бы просто не работала с ним. Нам нравятся одни и те же вещи, именно это и помогает нам сотрудничать много лет. Конечно, иногда мы действуем друг другу на нервы, но мы работаем уже 10 лет. Любой начнет надоедать за это время.

Вы удивились, когда первый альбом оказался таким успешным?

Когда продавались первые миллионы, я говорила: «Спасибо, Боже!» (Смеется). Но давайте не будем лукавить: когда вы записываете альбом, вам конечно хочется, чтобы его покупали. Любой, кто говорит, что записывает пластинку ради творческого процесса, — лжец. Он тоже хочет продать свой труд. Я никогда не говорила: «Я продала тринадцать миллионов копий, все должны узнать об этом!». Мама всегда говорила мне, что чрезмерная гордость ведет к падению. Я не изменилась, я все еще такая же. В случае с «I Will Always Love You» я и не предполагала, что так получится. Я понимала, что песня потрясающая, и что я вложила в нее свою душу, но я не думала, что она будет продаваться так быстро и в таких количествах.

За одну неделю альбом разошелся тиражом более миллиона копий.

Я вообще не понимала, как это произошло. Я думаю, просто людям нужно было что-то с хорошим текстом и музыкой. Я не так давно говорила с Долли Партон по телефону, и она сказала мне: «Уитни, я хочу тебе кое-что сказать. Для меня такая честь, что ты спела мою песню. Я не могу выразить, как это приятно». И я сказала: «Долли, ты написала красивую песню». А она ответила: «Да, но она никогда не звучала так, она зазвучала так только с тобой, потому что ты вложила в нее всю себя». Я считаю Долли невероятной исполнительницей и сонграйтером. Я боялась думать, как она отнесется к тому, что я спела ее композицию. Так что для меня действительно много значит то, что она ей понравилась.

Как такой огромный успех повлиял на вашу жизнь?

Это все очень странно. Лучше всего об этом сказал Майкл Джексон: «Ты превращаешься в другую личность вместо того, чтобы просто быть человеком». И чем популярнее ты становишься — тем более ненормальным тебя хотят видеть окружающие. Когда я читаю что-то о себе, я задаюсь вопросом: «О ком они вообще пишут?». Они говорят о моем муже, но они его даже не знают. Они понятия не имеют, что он из себя представляет. Но пресса придумывает все сама. Никогда они не пишут все так, как я сказала на самом деле. Это все выглядит как бред сумасшедшего, поэтому я и не люблю давать интервью: в них всегда одна ложь.

Вы имеете в виду слухи о том, что у вас особенные отношения с Робин Кроуфорд?

Я так от этого устала. Люди хотят знать, были ли у нас отношения? Да, и это — дружба. Мы были друзьями с самого детства. Теперь она мой сотрудник. И мы до сих пор лучшие подруги. Вот какие у нас отношения. Я не понимаю: если у меня есть подруга, значит я состою с ней в лесбийских отношениях? Это бред. Вокруг столько известных женщин, работающих вместе, — и никто не спрашивает, лесбиянки они или нет. Я постоянно говорила, что это глупость, но никто не хотел это принимать. Люди знают, что я замужем. Кем же я должна тогда быть, чтобы быть замужем и при этом вести другую жизнь? Мой муж бы точно такого не позволил. В любом случае, я так устала от этого вопроса. И очень устала на него отвечать.

Хорошо. А как вы познакомились с Бобби?

Мы встретились на церемонии премии Soul Award. Мы с друзьями сидели рядом с ним. Мы смеялись, я обнималась с ними и постоянно задевала Бобби. Робин сказала: «Ты постоянно его трогаешь, Бобби разозлится». Я обернулась к нему и сказала: «Бобби, мне так жаль». А он сказал мне: «Просто прекрати это делать». И я подумала: «О, я не нравлюсь этому парню». А мне всегда интересно, почему я не нравлюсь людям. Так что я решила, что приглашу Бобби на вечеринку. Что я и сделала, а он согласился, и я была удивлена. Он был первым мужчиной в нашем бизнесе, с которым я могла оставаться собой. Он был такой простой и хороший, он сразу мне понравился. Потом мы встретились еще раз примерно через четыре месяца. И тогда Бобби пригласил меня на свидание, я тогда встречалась с кем-то, но согласилась. Он сказал, что заедет в восемь. И после этого мы стали друзьями. Мы поужинали, много смеялись и поехали домой, не было ничего интимного. Когда он в первый раз сделал мне предложение, я сказала: «Даже не думай об этом, нет». Примерно через год я влюбилась в него. И когда он сделал предложение во второй раз, я сказала «да».

Вы понимали, что вы очень разные?

Мы говорили об этом, но когда ты любишь — ты любишь. Как можно перестать любить человека, просто потому, что вы разные? Мы с Бобби родом из одних и тех же мест. У нас похожие родители. На самом деле, люди очень мало знают о Бобби. Они знают его как «плохого парня», что он вырос на улице и что в него стреляли. Но ведь у всех есть тот период, когда хочется бунтовать. У Бобби это произошло на улице. Ты смотришь на кого-то, ты видишь его внешность, но это ведь только часть человека. Все мы разные. Я тоже не ангел. И могу быть совсем нехорошей.

Как вы с Бобби повлияли друг на друга?

Два года назад Бобби провел много времени со мной, когда я была в туре. А я проводила много времени с ним, когда он был в туре. Мы присматривали друг за другом. Я обожаю его, потому что он заставляет людей идти в том направлении, в котором они хотят. Бобби очень сексуален на сцене. Женщины смотрят на него со страстью во взгляде. У Бобби я научилась быть более свободной. И я научилась не так серьезно все воспринимать.

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно