• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Архив RS: Джей-Зи — чем заняться бывшему пушеру в Белом доме, 2010

4 Декабря 2013 | Автор текста: Марк Бинелли
Архив RS: Джей-Зи — чем заняться бывшему пушеру в Белом доме, 2010

Джей-Зи


© Мэттью Ролстон, с официального сайта

Из окон офиса Джея-Зи, расположенного на верхнем этаже высотки неподалеку от Таймс-Сквер, открывается восхитительный вид на Ист-ривер и соперничающие друг с другом небоскребы фэшн-района. Даже хаотичный беспорядок неоновых огней Бродвея, мерцающих вдали, с этой высоты кажется успокаивающим. Майский вечер. Джей, одетый в серую кофту с капюшоном, которая придает ему почти домашний вид, качается взад-вперед в председательском кресле за полированным столом и крутит в руках напоминающий кинжал нож для разрезания конвертов. За спиной хозяина офиса на стене располагаются черно-белые фотографии икон афроамериканской культуры: Рэй Чарльз, склонившийся над роялем, Сэмми Дэвис-младший в окружении коллег по Rat Pack, Мохаммед Али, в шутку боксирующий со всеми битлами одновременно и художник Баския в расцвете своего богемного уныния. По расслабленно-уверенным движениям хозяина чувствуется, что урожденный Шон Картер изо всех сил старается соответствовать персонажам офисного иконостаса. Джей подается вперед и берет iPad, чтобы включить трек «Light Up» — новую песню молодого рэпера Дрэйка. «Знаешь, что в нем самое потрясающее? — интригует меня Джей. — Он говорит обо всем кристально чисто». Когда Джей произносит последние слова, я догадываюсь, что здесь в буквальном смысле имеется в виду дикция Дрэйка.

Скачать приложение для iPhone «Jay Z App» можно здесь

Внимательно оценивая концертные шоу от U2 до Daft Punk, Джей неустанно наращивает мощь своих сценических выступлений. Его появление в качестве хэдлайнера на последнем фестивале Coachella потрясло многих. Среди прочего, Джей исполнил там нахальный кавер хита Oasis «Wonderwall», а его жена Бейонсе Ноулз появилась на сцене, чтобы дуэтом с мужем спеть подходящую случаю песню «Forever Young». Ко всеобщему удивлению, пара задержалась на фестивале на весь оставшийся уикенд и была замечена на концертах the xx, Muse, Yeahsayer и Beach House. Этим летом Джей выступает на более чем десятке фестивалей, а завершится это своеобразное турне парой выступлений на бейсбольных стадионах Нью-Йорка и Детройта в компании с Эминемом.  

Недавно в газете New York Post была опубликована статья «99 проблем Джея-Зи», посвященная тому, что даже самый успешный музыкант в истории хип-хопа не устоял перед финансовым кризисом — в этой связи упоминалось закрытие принадлежащего артисту клуба сети 40/40 в Лас-Вегасе в 2008 году. Впрочем, это не означает, что его дела и впрямь плохи. Покинув лейбл Def Jam в 2007 году, Джей подписал контракт на сумму 150 миллионов долларов с компанией Live Nation. В сфере бизнеса, не связанного с музыкой, самым прибыльным оказался брэнд по производству одежды Rocawear, который Джей-Зи основал с Дэймоном Дэшем в 1999 году. В 2005-м Джей выкупил долю Дэша за 30 миллионов долларов, а спустя пару лет продал марку компании Iconix Brand Group за 240 миллионов. По условиям сделки, он сохранил за собой должность председателя правления и даже руководил ребрендингом марки, избавившись от огромных логотипов и прочих элементов печально известного стиля рэперов девяностых. Кроме этого, Джей владеет акциями баскетбольной команды «Нью-Джерси Нетс», для которой этот год, впрочем, оказался едва ли не худшим в истории НБА. Именно по этой причине, утверждает артист, он не стал лоббировать переход в «Нетс» своего друга Леброна Джеймса: «Это должно быть его собственное решение. Мы же друзья, и нам по-прежнему предстоит вместе тусоваться, а я не хочу никого уговаривать, чтобы жалеть об этом всю оставшуюся жизнь».  

Под звуки песни Дрэйка в кабинет входит женщина, в руках у которой серый костюм от Tom Ford. Она в дизайнерском комбинезоне, большущих очках и шелковом шарфе с изображениями теннисных ракеток и яхт. Заметив меня, женщина спрашивает, не хочет ли Джей переодеться в другом месте. Тот отказывается, небрежно стягивая штаны: «Тут у нас и так как раздевалка». Женщина — Джун Амброуз, которую Джей шутливо называет своим «архитектором стиля», — пожимает плечами: «Я принесла твои обтягивающие трусы». Пройдя к столу, она замечает: «О, а ты уже в них». Довольный собой, Джей отвечает: «Я же знал, что сегодня нужно будет надевать костюм». Вечером у него запланировано светское мероприятие в отеле Four Seasons. Амброуз искоса смотрит на его таз: «Хотя не очень-то они обтягивающие». Джей берет брюки от костюма: «Ладно, хватит. Не будем смущать парня». Брюки надеты. Амброуз подает два галстука, оба серого цвета в клеточку. Джей выбирает тот, что темнее. Амброуз хмурится: «Мне кажется, вот этот лучше. Раньше ты его не надевал, а там будут фотографы. Да и выглядит смелее». Джей жмет плечами: «Ну ладно. Только они же одинаковые». «Одинаковые для профана», — парирует Амброуз. Джей, застегивающий пуговицы на рубашке, на секунду застывает и оборачивается к ней: «Я не профан». Вроде бы, на его лице застыла шутливая улыбка, однако Амброуз на всякий случай взмахивает руками: «Я совершенно не то хотела сказать. У меня сегодня язык мелет, что попало».  

Джей упирается глазами в телевизор, пока Амброуз, склонившись и опустившись на колени, надевает ему ботинки и завязывает шнурки. Поднявшись, она принимается конструировать узел на галстуке: «Средний или большой?» Джей выбирает средний. «Тройка или двойка сегодня?», — спрашивает Джун, подавая жилет. «Пожалуй, тройка, — решает Джей и опускает глаза: — Помоги мне спрятать этот галстук».  

«Джей-Зи! Джей-Зи!». Когда рэпер заезжает на поздний ланч в Bar Pitti, итальянский ресторан с верандой в Гринвич-виллидж, десятилетние девочки из соседней школы в форме и со смешными рюкзачками сбиваются в стайки на тротуаре и скандируют имя человека, который пел в мега-хите, вышедшем за добрых пару лет до их рождения, нечто вроде: «Ну что сучки, трахнуть вас за всех моих негров, которые не любят шлюх, не дающих без бабок?». Джей отставляет в сторону бокал вина, мило улыбается и машет школьницам. На публике артист движется неожиданно плавно. Он часто и сдержанно посмеивается, и не стесняется внезапно остановить взор на блондинке в темных очках, медленно произнеся после паузы: «Очки красивые...» В молодости Джей, как известно, торговал наркотиками, не раз видел в упор дуло пистолета и порой сам прижимал его к чьей-то голове. Однако сейчас он покоряет собеседников осознанно мирным обликом и поведением. Его крупные черты лица и слегка обозначенный второй подбородок выглядят мягко и благородно, словно бы принадлежат человеку легко ранимому. Даже в ранние годы, в эпоху позерского гангста-рэпа, скалясь перед камерой, как будто пытаясь как следует напугать зрителя, гангстерскую «фэйковость» Джея выдавали его внимательные умные глаза.  

В текстах Джея-Зи, впрочем, особой проникновенности не чувствуется. Калейдоскопические рифмы, обрушивающиеся на слушателя, по большей части сцепляют слова, подчеркивающие крутизну и величие Джея. Разумеется, некоторые песни горчат подробностями его прошлых проблем (бедность, безотцовщина, наркобеспредел в его квартале), но только для того, чтобы можно было ярче и триумфальнее завершить очередную душещипательную историю жизни его альтер-эго, Горацио Олджера — почти что мифологического персонажа, безустанно упоминаемого Джеем на каждом альбоме. «Наверное, я придумал с десяток похожих историй за свою карьеру, — подтверждает рэпер. — Я пытаюсь рассказывать об одном и том же по-разному». Среднестатистический поклонник Джея никогда не опускался до таких низов жизни — например, никогда не стрелял в собственного брата за кражу кольца, о чем рассказывается в песне «You Must Love Me» на втором альбоме рэпера.  

Официант уносит тарелку с остатками второй порции салата из рукколы, заказанной Джеем сразу после первой. Из каждой тарелки Джей аккуратно вытащил все, кроме пармезана, который был нарезан небольшими квадратиками и положен поверх салатных листьев. На Джее белая футболка, тонкий серый кардиган, дорогие дизайнерские джинсы с дырками и ботинки Timberland с развязанными шнурками. Наличие последних противоречит тезису, заявленному в песне «Off That» с «The Blueprint , где пропагандируется отказ от такой обуви, а также от золотых цепей и браслетов, висящей одежды огромных размеров, противостояния «черные против белых» и много чего еще. На одном из последних синглов «D.O.A. (Death Of Auto-Tune Джей заявляет: «В жопу эти свитера, мы уже другое носим и в жопу автотьюн, мы поем своими голосами». Речь идет о популярной компьютерной примочке, исправляющей высоту голоса, которая очень популярна среди молодых рэперов и r'n'b-исполнителей — в ее использовании был замечен даже друг Джея Канье Уэст (на «D.O.A можно услышать, как он кричит на заднем плане: «Это уже слишком, чувак!»).  

Несмотря на колоритное прошлое, Джею удалось осуществить плавный переход в мир корпоративных совещаний, для эффективного участия в которых нужно было в корне менять отношение к расовым проблемам. Когда я спрашиваю Джея об этом, он дипломатично улыбается и цитирует одно из известных выступлений Криса Рока, в котором речь шла о фешенебельном квартале Алпайн в Нью-Джерси, где Джей когда-то жил: «В моем квартале живут четверо черных. Сотни домов и четверо черных. Кто же эти черные? Это я, Мэри Джей Блайдж, Джей-Зи и Эдди Мерфи. Мэри Джей Блайдж — одна из величайших r'n'b-певиц на планете, Джей-Зи — один из лучших рэперов в истории, Эдди Мерфи — один из самых смешных актеров в Голливуде. А мой белый сосед знаете, чем на хлеб зарабатывает? Он, сука, дантист!». Джей усмехается и, изображая Криса, завершает: «И не он придумал зубы!». Накручивая спагетти на вилку, Джей рассуждает: «Чтобы попасть на самый верх, чернокожему надо обладать каким-то феноменальным талантом. Ситуация медленно меняется. Но не для всех».  

Мы едем в отель Four Seasons, Джей сообщает: «Познакомлю тебя с Франсуа, моим другом, который попросил меня выступить там». Франсуа-Анри Бенамье — президент североамериканского отделения компании Audemars Piguet, производящей дорогие швейцарские часы, и устроитель благотворительного аукциона, выручка от которого пойдет на борьбу со СПИДом. Аукцион уже начался, но нас провожают к первому ряду, где усаживают неподалеку от Келси Грэммера (знаменитый актер и комик — прим. RS), широко улыбающегося Джею. Остальная публика вокруг не менее представительная. Позади нас сидит какой-то богач, слегка напоминающий Микки Рурка. Он не выключил свой сотовый, и в разгар действа раздается рингтон «Empire State Of Mind». Мужчина истошно вопит в трубку: «Шон! Прикинь, кто здесь!» — передавая ее обмершему Джею.  

Рэпер изучает прайс-лист, тычет меня локтем в бок и показывает на лимитированное издание часов Millenary Astrologia Lady, подписанное Мэрил Стрип. Начальная стоимость лота превышает 120000 долларов. Джей шепчет: «Попробую эти взять. Это же почти даром». Однако когда часы выставляются на продажу, ставка мгновенно повышается на семьдесят тысяч, и Джей хмурится: «Нет, так не пойдет. Без меня сегодня». В итоге он так и не участвует в аукционе, однако его собственные часы, лимитированное издание модели Royal Oak Offshore Las Vegas Strip Tourbillon, становятся главным лотом вечера: их цена поднимается до 220 тысяч. Перед объявлением лота Джея приглашают произнести речь, и он приветствует в ней собравшихся знаменитостей, в том числе Грэммера, ошибочно произнеся его имя как «Челси». На вечеринке после мероприятия к Джею подходит актер и рэпер Ник Кэннон: «Мужик, ты же его Челси назвал!» — «Правда?». Кэннон весело хохочет: «Я чуть с кресла не упал. Хотя он не запарился, я видел. Он улыбался и хлопал». Джей тоже смеется, с сожалением качая головой. В машине Джей спрашивает: «Я что, на самом деле перепутал?» — «Да, — отвечаю я. — Правда, это было сказано так быстро, что никто, кажется, не заметил». Он хмурится и качает головой, раздосадованный на самого себя: «Не, заметили. Если ты слышал и он слышал, значит, все слышали». Машина медленно едет по пробкам, и Джей пишет кому-то сообщение на своем BlackBerry. Не поднимая головы от телефона, он спрашивает: «Как правильно пишется faux pas?» («бестактность» по-французски — прим. RS).  

Водитель останавливается в Сохо у итальянского ресторана Cipriani, неподалеку от дома, в котором расположен пентхаус Джея-Зи и Бейонсе. Рэпер лично руководил обновлением апартаментов площадью свыше 700 квадратных метров, которое длилось три года и в которым были задействованы три дизайнера по интерьерам. Джей клянется, что больше в подобную аферу он не ввяжется. В песне «Off That» есть строчка о его лофте в престижном районе Трайбека, где Джей разместил коллекцию «интеллектуальной живописи». Его любимыми работами являются картина Энди Уорхола, расположенная над камином, и роспись художника Гари Симмонса, сделанная прямо на стене. «Все стены у меня из венецианской штукатурки, белые, спокойного тона. Но эта выкрашена в красный цвет», — рассказывает артист.  

Джей признается, что Би, как он называет Бейонсе, наложила вето на одну из работ в коллекции. «Понимаю, что звучит избито, — вздыхает он, — но это надо видеть». Речь идет о черно-белой сюрреалистической фотографии художницы Лори Симмонс (не имеющей никакого отношения к Гари Симмонсу), на которой в духе легкого нуара изображен пистолет с женскими ногами, возникающими из рукоятки. «Конечно, это было слегка маскулинно», — признает Джей. В итоге Бейонсе заменила ее аналогичной работой того же автора, где вместо пистолета изображен парфюмерный флакон. В ресторане, пока я отлучаюсь в туалет, рэпер заказывает нам обоим коктейль «Беллини», что по возвращении заставляет меня почувствовать себя самого на месте Бейонсе. Джей сообщает, что ему понравилось, как Би выглядит в клипе Леди Гаги «Telephone» — том самом, где концовка с отравлением гостей напоминает фильм «Тельма и Луиза». «А вообще, мы стараемся не лезть в дела друг друга. Хотя, если речь идет о творчестве, бывает, что один из нас интересуется мнением другого. Она прекрасно во всем разбирается, что касается музыки. Если она решает что-либо делать, я не стремлюсь лезть с советами. Но вообще наши вкусы очень сильно совпадают».  

Рэпер не готов подробно говорить не только о Бейонсе. Несколько лет назад он завершил написание автобиографии в соавторстве с экс-редактором хип-хопового журнала The Source Дримом Хэмптоном, однако отказывается ее издавать. «Это уже слишком, — объясняет Джей. — У меня много раз брали интервью для этой книги, интервью брали у моих близких. Я узнал много все такого, чего не знал ребенком. И получилось слишком... — он умолкает, потом продолжает: — В ней нет ничего такого, что не прозвучало бы в моих песнях. Просто деталей больше».  

Разделываясь с сыром, Джей признается, что самым большим открытием для него при чтении собственной автобиографии стало описание моментов, связанных с его отцом, покинувшим семью, когда сыну было одиннадцать лет. Джей никогда не проходил никаких курсов лечения (за исключением одного случая, про который он рассказывает, понизив голос: когда артисту дали условный срок, он попал к психиатру, который дал ему чая, вызвавшего у него сонливость, и задал пару вопросов в духе «Кто ваши лучшие друзья?»). Он соглашается, что его прославленная непрошибаемость в духе олимпийского спокойствия Обамы не всегда идеально подходит к обстоятельствам: «Я не воодушевляюсь слишком, не слишком огорчаюсь, — говорит рэпер. — К концу дня в моей жизни все как-то выравнивается, как на бирже. Хотя, может, это лишает меня настоящей радости».  

Наш ужин подходит к концу. Завтра у Джея встреча с российским миллионером Михаилом Прохоровым, главным акционером «Нью-Джерси Нетс». Они познакомились они на вечеринке в отеле Four Seasons: «Я останавливался там десять лет и думал, что у меня самый крутой номер, — вспоминает артист. — Но когда я встретил Прохорова, он взял меня с собой в свои экстра-экстра-апартаменты, о существовании которых я раньше даже не подозревал». Джей пытается изобразить грустную улыбку. Это не улыбка человека, который будет записывать акустический альбом в церкви, выпускать сплит-сингл с панк-группой Japanther или исполнять на своих шоу песню «Allure». «Сейчас есть кое-что еще, к чему можно стремиться. Всегда есть еще один уровень, о котором ты можешь и не знать».  

Джей-Зи
Купить альбом «Magna Carta... Holy Grail» в iTunes можно здесь    

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно