• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Роланд Ховард: «Если я счастлив, зачем мне писать песни?»

4 Марта 2015 | Автор текста: Майкл Дуайер
Роланд Ховард: «Если я счастлив, зачем мне писать песни?»

Роуленд Ховард


© fb.com/rowlandshowardtribute

К весне 2008 года было уже понятно, что Роланд Ховард не жилец. Он был похож на обтянутый кожей скелет, завернутый в черный костюм. Таким его часто видели в его любимом кафе в Сент-Килде (пригород Мельбурна. — Прим. RS). Официанты зажигали ему сигарету, которую он держал в дрожащих пальцах, а его светло-голубые глаза смотрели на улицы, по которым музыкант ходил в лучшие и худшие дни своей жизни. «Недавно один фэнзин прислал мне свои вопросы, — ассказывал тяжелобольной музыкант, — и первый же вопрос был такой: «Вы верите в то, что пели Sex Pistols: будущего нет?» Для меня панк-рок был в первую очередь связан как раз с верой в то, что будущее есть. Это придавало тебе уверенности. Это означало, что просто техническое умение не так уж важно, а важно, что ты говоришь и как говоришь. Весь великий рок-н-ролл – это в первую очередь стиль, в котором подаются музыка и текст».

С тех пор прошло уже шесть лет. Роланд Ховард, один из величайших стилистов рока, скончался от рака 30 декабря 2009 года. Он оставил внушительное наследие: музыку групп The Birthday Party и These Immortal Souls, а также поздние сольные записи. Теперь вышел двойной альбом «Six Strings That Drew Blood», собранный теми людьми, кто знал Ховарда лучше всех. Сидя совсем недалеко от любимого кафе Роланда, Мик Харви, Женевьева Макгакин и Гарри Ховард вспоминают своего друга, коллегу и брата. Никаких сантиментов — чистый панк.

На вопрос о том, что привело юного Ховарда в группу Young Charlatans, с которой в 1977 году начался мельбурнский панк, Харви со смехом отвечает: «Честолюбие». Младший брат Ховарда Гарри добавляет: «Вероятно, больше всего на него повлиял Дэвид Боуи. Роланд тоже хотел стать фантастическим рок-н-рольным персонажем. Умным, артистичным, популярным». «Но и неуживчивым», — добавляет Макгакин. Именно ее многодорожечный магнитофон открыл для Ховарда волшебство наложения звука.

Незадолго до смерти Ховард вспоминал, что первый альбом The Stooges породнил его с зарождавшимся андеграундом Сент-Килды. «Я долгое время оставался на периферии, потому что вообще не люблю навязываться людям. Но однажды меня пригласили на вечеринку, и там были все люди, которые потом составили австралийскую сцену: Трейси Пью, Ник Кейв и другие». Вскоре году Ховард написал гитаристу Боуи Эдриану Белью, чтобы узнать, какую педаль он использовал на знаменитом концерте в Мельбурне в 1978 году, который обессмертил Ричард Ловенстайн в фильме «Собаки в космосе». Белью любезно ответил: MXR Blue Box. Так личный арсенал Ховарда пополнился важным предметом. «Получались очень необычные звуки, — вспоминает Харви. — На первом альбоме The Birthday Party гитары не умолкали ни на секунду. Мы очень тонко чувствовали игру друг друга». Печально, но именно из-за узнаваемого стиля Ховарда выгнали из компании Кейва: тогда The Birthday Party превратились в Bad Seeds. Харви вспоминает, что «возникли разногласия насчет указания авторства песен», но главной причиной для разрыва стало то, что «Ник перестал ощущать, что это его музыка. Это означало, что он хочет заниматься чем-то другим. За саунд группы во многом отвечал Ховард, так что неудивительно, что они разошлись». Впоследствии музыкант несколько раз играл вместе с Bad Seeds, но сотрудничество окончательно завершилось после концерта в Манчестере, на котором фанаты требовали песен The Birthday Party и кричали «Роланд, соло!». Кейва это взбесило.

По словам Макгакин, Ховард «всегда находился в поиске» и «писал только от души». И свою слабость и свою силу музыкант сам обозначил в 2008 году: «Я человек, полностью подчиненный эмоциями. Я не умею скрывать свои чувства». «Это правда, – подтверждает Макгакин. – Он был очень грустным. Но бывал и очень веселым. Уморительным! Но это не значит, что он был счастливым. Он говорил мне: «Если я счастлив, зачем мне писать песни? В лучшем случае напишу что-нибудь вроде «Ob-La-Di, Ob-La-Da».

«Он действительно остро чувствовал боль, — говорит Гарри. — Вот откуда… все его проблемы с наркотиками». Наркозависимость Ховарда («худшая работа на свете», как он говорил с присущим ему черным юмором) длилась до 2000-х, когда в его жизни произошло несколько трагедий: развод, разлука с приемным сыном, смерть матери. В последний год жизни он говорил: «Хорошо только то, что в конце концов моя жизнь стала настолько невыносимой, что я мог уже не заморачиваться наркотиками».

В компиляцию «Six Strings That Drew Blood» вошли в том числе десять песен с двух сольных альбомов музыканта. Они делают фигуру Ховарда не такой мрачной: после рычащей музыки 1980-х и энергичной целеустремленности These Immortal Souls эти песни будто возвращаются к тем надеждам, которые подавали когда-то Young Charlatans. «Я надеюсь, это поможет слушателям понять траекторию его развития, — говорит Макгакин. — Все, что делал Роли, было живым, переходило из одного состояния в другое. Например, некоторые песни These Immortal Souls попали потом на его сольник «Teenage Snuff Film». Я надеюсь, что его наследие будет востребовано и история воздаст должное человеку, которому при жизни не хватало признания».

Роланд Ховард
Купить сборник «Six Strings That Drew Blood» можно в iTunes. 

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно