• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

«Gimme Danger. История Игги и The Stooges» глазами Джармуша и Попа

1 Ноября 2016 | Автор текста: Энди Грин
«Gimme Danger. История Игги и The Stooges» глазами Джармуша и Попа

The Stooges


© Danny Fields c/o Gilliam McCain

Когда The Stooges распались в 1974 году, у них были все основания полагать, что про них скоро все забудут. Их дебютная пластинка в 1969 году добралась до 106 позиции в чартах — и это было их лучшим достижением за карьеру. Свои последние шоу они провели, уворачиваясь от летящих в них пивных бутылок, которыми закидывали сцену агрессивно настроенные байкеры.

Им было плевать на обнаженного по пояс Игги Попа, орущего песни вроде «Your Pretty Face Is Going To Hell» и «Open Up And Bleed». Вскоре после распада группы гитарист Рон Эштон и его брат, барабанщик Скотт Эштон, вернулись жить к родителям. Для Игги начался период безумия. Для многих то время ассоциируется с его тремя провальными пластинками, с одними из самых ужасных бутлегов в истории рока, обрывками концертных съемок и просто сумасшедшими воспоминаниями.

Но, несмотря на это, с каждым годом репутация The Stooges неуклонно растет. В 2003 году они воссоединились и оказались способны действовать в роли хедлайнеров крупных фестивалей. Они зарабатывали миллионы долларов, исполняя ту музыку, которую в начале их карьеры никто не хотел замечать. Пять лет спустя после реюниона хайп на The Stooges еще не прошел, и Игги вышел на Джима Джармуша с предложением сделать документальный фильм о Stooges. Никто тогда даже не подозревал, что процесс растянется на семь лет. И завершится он только тогда, когда умрут все участники оригинального состава кроме Игги. Но в конечном итоге получился очень динамичный фильм, который выходит в прокат 28 октября и рассказывает историю группы от начала и до наших дней. Разумеется, в фокусе не только архивные кадры Игги и компании, но и масса редкого архивного материала. Есть даже мультипликационные вставки, закрывающие те фрагменты истории, которые никто четко не помнит.

Субботним утром — незадолго до того, как Игги отправится в Южную Америку продолжать гастрольный тур, — мы общаемся с Игги и Джармушем в гостинице, расположенной в нью-йоркском мидтауне. Разумеется, самое интересное — это будущие планы Попа (на момент подготовки материала он уже объявил, что отправляется  работать в студии над новой пластинкой с интересными ему музыкантами — вполне вероятно, речь идет об этом наборе персонажей, — прим. RS), вероятность тура The Stooges и, конечно, то, как удалось доделать фильм. 

Джим, при каких обстоятельствах вы впервые услышали о The Stooges?

Джим Джармуш: Думаю, что услышал их первый альбом, когда мне было около 16 лет. Я из северо-западной части Огайо, из пригорода Акрона. В моем классе был парень, чей старший брат увлекался такой музыкой и держал коробку со всякой интересной всячиной под кроватью. Я взял у него Колтрейна, The Mothers Of Invention, несколько книжек вроде «Обеда нагишом» и «Кэнди». И у него был первый альбом The Stooges. Разумеется, он был не в курсе, что это мы все прихватили. 

И что же привлекло ваше внимание?

Джармуш: Сырое, первобытное звучание — мы, конечно, слушали британские группы вроде Cream, а также Buffalo Springfield, Jefferson Airplane с западного побережья, но музыка The Stooges оказалась нам ближе. Она была не совсем постиндустриальная (Джармуш имеет в виду особенности жизни в пригороде Акрона, где заводами и не пахло, — прим. RS), но со Среднего Запада. 

Игги Поп: Звучало для тебя, наверное, как шум завода по производству покрышек.

Джармуш: Да. В школе вообще мало кто имел представление, кто такие The Stooges. Но они оказались очень заводными.

Как вообще возникла идея документального фильма?

Поп: Я попросил Джима его снять. Думаю, что настал тот момент, когда The Stooges дошли до того, чтобы сами по себе стать сюжетом фильма. И сделать эту ленту должен был кто-то, кто умеет снимать настоящее кино. И я тут же подумал: «А ведь я знаю кое-кого. Надо ему предложить». Но я на самом деле ничего не предложил. Я просто сказал: «Можешь снять фильм о The Stooges?» Он думал минуты две.

Джармуш: Десять минут. На следующий день я уже начал думать, как достигнуть цели. Я же люблю The Stooges.

Игги Поп. «Каждую неделю я просыпался то в тюрьме, то в окружной больнице»

И как все началось?

Джармуш: Я начал составлять хронологию The Stooges. Потом начал перечитывать то, что было про них написано и попадалось мне ранее. Книжки Пола Тринка («Iggy Pop: Open Up And Bleed») и самого Игги («I Want More»). Там нашлось несколько интересных цитат. Но этого явно было мало, так что я обратился к самому Джеймсу Остербергу (настоящее имя Игги Попа, — прим. RS) и взял его устный рассказ о событиях за основу. 

Поп: Я говорил на протяжении десяти часов. На следующий день Джим вернулся, и мы продолжили.

Джармуш: Это было примерно лет пять назад. Проблема заключалась в том, что у моего фильма не было бюджета, я тратил свои деньги. Потом мой коллега Картер Логан сказал: «Ты уже тысяч сорок долларов потратил. Скоро совсем без денег останешься. Ты что там вообще делать собрался?» «Ох, черт, — ответил я. — Ну давай попробуем...»

Поп: Попробуем денег немного найти! 

Джармуш: Мы только что закончили съемки «Выживут только любовники», пришлось притормозить на некоторое время. Потом мы вернулись к проекту, попросив ребят из Independent начать искать деньги, нашли Мистера (Фернандо) Суличина — нашего инвестора. Потом я снял еще один фильм «Патерсон», но мы не переставали работать над «Gimme Danger». Потребовалось почти полтора года, чтобы решить все вопросы, связанные со съемкой.

Ну и у вас была явно нехватка документального материала тех лет.

Джармуш: Да. И большую часть всех приличных съемок фанаты The Stooges уже видели. Так что мы начали охотиться за новым. И мы нашли те пленки, которых никто не видел. И те снимки, которые ранее нигде не публиковались. 

The Stooges же не заморачивались на том, чтобы их выступления кто-то снимал, да?

Поп: Нет, конечно, не заморачивались. Но кто-то все время что-то снимал. Например, Лени Синклер, которая вышла замуж за Джона Синклера — менеджера MC5. Она снимала все концерты MC5 подряд и начала думать: «Хм, а вот эти парни тоже интересные. Сниму-ка я и их тоже».

От техники мы были далеки. Мы писали песни и репетировали без всяких там диктофонов. Другими словами, если Рон хотел написать рифф, ему приходилось играть в течение пяти часов — в надежде, что на следующее утро он все еще будет его помнить. Я слушал и мог сказать: «О, вот этот рифф лучше запоминается». Так что мы выбирали то, что лучше запоминалось, и повторяли это до автоматизма. Ну а когда добирались до большого города, можно было все это и в студии зафиксировать. 

Я слышал много бутлегов The Stooges — почти все звучат ужасно. 

Поп: Да, я в курсе.

Джармуш: Фанаты The Stooges не могли себе дорогостоящего оборудования позволить. 

Поп: И, возможно, многие фанаты были такими же, как сами Stooges. «У меня есть кассетник...»

Джармуш: «Какую тут кнопку нажать?»

Поп: Нам что-то люди со стереосистемами вообще не попадались. 

Круто, что вообще что-то нашлось. Вы же в маленьких залах играли обычно. 

Поп: Мы играли в крошечных заведениях, театрах, но они редко были целиком заполнены. Обычно где-то на треть. А потом ты слышишь запись, и кажется, что концерт вообще в какой-то пещере проходил. Был один парень, Майкл Типтон, кажется. Он был типичным предвестником типичного современного потерянного американца — со Среднего Запада, с нарко- и социальными проблемами. Но он не был агрессивным или каким-то странным. Прото пассивный чувак. И он любил The Stooges. Вот благодаря ему мир и получил все эти чудовищные бутлеги. Люди их из него потом просто клешнями выдирали. 

Джармуш: Ты раньше нам тут уже рассказывал, что фанаты The Stooges, с одной стороны, были прожжеными укурками, а с другой — интеллектуалами. А посередине не было никого.

Как возникла структура фильма?

Джармуш: Сначала я думал, что хочу только интервью людей из ближнего круга The Stooges. Непростое было для меня решение, потому что сам я хотел поговорить о них с Боуи и Джоном Кейлом. Но в итоге нужно было опросить только Эштонов, Майка Уотта, Джеймса Уильямсона и Дэнни Филдса. Потом я придумал, что хочу начать рассказ с 1973 года — когда они уже выпустили три великолепные пластинки, одни из лучших в истории рока, и вдруг вынуждены возвращаться в родительские дома — к мамам. Скотт говорит: «Да, пришлось спать на полу. Я продал барабанную установку и купил билет на автобус обратно в Энн Эрбор». Тогда я подумал: «А вот отсюда мы и начнем, потому что такой расклад просто душу рвет». В общем, мы начали копать предысторию и обрисовывать, как все началось — какие были источники вдохновения, откуда все взялось. Но реальная работа началось, когда Игги стал разговаривать вместе со всеми бывшими участниками. 

Та съемка со Скотом Эштоном стала последней в его жизни.

Поп: Да, так. Я сделал ему предложение, от которого он не мог отказаться.

Ему не хотелось этим заниматься?

Поп: Да не то, чтобы он это делать не хотел. Просто с ним трудно договориться. Ему можно было месяц дозваниваться.

Джармуш: Мы были на похоронах Рона в Энн Арбо, и нам очень хотелось поговорить со Скоттом, но все, что мы тогда увидели, была задница его грузовичка. Конечно, мы были в шоке: «Ох, черт, он сваливает!» 

Поп: Мы записали интервью в мае 2013 года. Он приехал в Майами, мы пошли в студию, где джемовали несколько дней. У меня есть записи. Я играл на гитаре, он на барабанах. Он мне дал несколько ценных советов, когда я пытался наложить вокал на крутой гитарный джем, который они с Роном записали. Мы все провернули, а на следующий день я просто сказал ему: «Давай, ты будешь в фильме». Ему правда было приятно сниматься. Просто с ним всегда было так — нужно было потратить дополнительное время.

Видео опубликовано Iggy Pop Official (@iggypopofficial) Окт 29 2016 в 1:46 PDT

Двухчасовой микс из песен Дэвида Боуи от Игги Попа на BBC 6 Music

Тяжело, наверное, смотреть фильм, в котором столько ушедших друзей.

Поп: Так и было. Я смотрел его лишь дважды. Сейчас я нахожусь в туре и собираюсь в Южную Америку через три дня. Как только закончу, планирую посмотреть фильм в Детройте вместе со зрителями. Когда я смотрел его в первый раз, думал: «О нет! Мы в мамином доме! Это же ужасно!» (Смеется) Потом я понял, что получилось гениально.

Я всегда, на самом деле, хотел увидеть, как каждый рассказывает историю на свой лад. Я тоже по-своему рассказываю. У Кэти Эштон тоже свой взгляд. Но по ходу фильма тяжесть уходит, а ее место занимает мощь и юмор. Мне реально нравится, как всякие визуальные фокусы были использованы, чтобы рассказать всю историю. Вроде фигурок-наклеек с головами Караваджо. А также кадрами с Марлоном Брандо, Элвисом и Люсиль Болл.

Что чувствует последний оставшийся в живых из группы?

Поп: Ну, я хочу продолжать в том же духе хотя бы до 80 лет. (Смеется.)  И это желании сильнее, чем романтика и сентиментальность. Но я буду откровенен. В песне Дилана «Delia» есть строчки: «Все друзья, которые у меня были, ушли». Это про меня. Все началось с моего давнего менеджера Арта Коллинза в 2005 году. В 2007 не стало моего отца, в 2009 — Рона, потом, в 2015-м, Стива Маккея (саксофониста Stooges). Скотт умер в 2014-м. Менеджер, который вел мои дела тридцать лет, скончался за несколько месяцев до Скотта. Потом не стало Дэвида Боуи, с которым я фактически прожил целых три года.

Конечно, по прошествии времени на меня это все воздействует. Я чувствую эти эффекты. Не знаю пока, в чем они заключаются, но они есть. Есть определенные вещи, черт побери, которые я еще хочу успеть сделать. Если уж я прожил дольше всех, не надо терять время.

После того, как умер Рон, он мне снился. Во сне он никогда не двигался и никогда не говорил со мной. Он просто был — как Фернандо Рэй в «Французском связном». Это трудно объяснить. Со Скоттом было еще тяжелее, потому что он умел очаровывать. Он мог даже дилера очаровать, которому торчал полтинник. Таким он парнем был. Он был одним из тех, кого всегда хотелось обнять.

Игги Поп: «Я никогда не был камикадзе - просто старался балансировать на грани»

С группой покончено? Вы и Джеймс Уильямсон не планируете больше выступлений The Stooges?

Поп: Не думаю, что мы хотим. Мы играли материал The Stooges с Майком Уоттом и моим старым барабанщиком Ларри Маллинсом (Игги имеет в виду сольные проекты, — прим. RS) почти три года. Одной из причин было то, что Скотт все еще был полноправным участником коллектива — даже когда не выступал с нами. Звучит клишировано, но я уже чувствовал, что история закончена. И я думал: «А знаешь что? Это не круг, который замыкается. Это спираль, и с каждым ее витком мы продвигаемся по жизни». После этого мы снова отправлялись в тур c The Stooges и все было, как обычно. С одними и теми же ритуалами вроде постоянного дозвона Скотту по телефону. (Смеется.)  Но спираль тоже закончилась. Теперь у каждого был свой дом. Все поняли, что есть люди, которым нравится наша музыка. И у всех появилась возможность насладиться жизнью — после всей этой чертовой работы, которую мы проделали. 

Думаю, мы все правильно сделали. Мы же не два старых пердуна, которые хотят на кормежку себе заработать и ради этого готовы снова ударить по рукам. Ни в коем разе. Думаю, что самое лучшее для группы — это когда люди слушают их записи. У нас есть несколько классных концертов, снятых на Mark 1 и Mark 2. А теперь вот этот фильм. Я думаю, что это лучшее из возможного сейчас для группы. 

И вы много играете The Stooges на своих сольных концертах. 

Поп: The Stooges там примерно четверть. Я же все-таки соавтор песен, это часть моей жизни.

Ваши гастроли продолжатся в ближайшие годы?

Поп: Да не хотелось бы. (Смеется.)  Дайте мне отдохнуть!

И что же вы сейчас делаете?

Поп: У меня в этом году была двойная нагрузка. У меня был сольный тур с Джошем Хоммом, Дином Фертитой и Мэттом Хелдерсоном, а потом была работа с моей собственной аккомпанирующей группой. Я называю ее The Kevin's. (С этим составом Игги уже выступал в Праге. Название The Kevin's отсылает к гитаристу Кевину Армстронгу, который ранее уже работал с Попом. В 1986 году Игги увел его из группы Дэвида Боуи, они вместе трудились над диском «Blah Blah Blah», а затем Армстронг помогал в работе Моррисси и Шинейд О'Коннор. Кроме того, в состав входят клавишник Симус Биген (тоже играл с Моррисси, а также отметился у The Madness), барабанщик Мэтт Гектор и басист Бен Эллис. Вместе они познакомились во время работы над кинопроектом Бьорна Тагемозе «Gutterdämmerung», — прим. RS).

Мне не очень нравится от кого-то зависеть, так что мне не хотелось навечно связываться с Джошем и его ребятами. Так что на протяжении года я выступал с двумя группами. Теперь нужно закончить дела в Южной Америке. После этого я скажу своему менеджеру, что теперь выступаем только по праздникам — если что-то особенное подвернется. Там, кстати, на горизонте есть кое-что масштабное, о чем я пока не хочу говорить. Это панк-концерт, который я хотел организовать долгие годы, но в расписание как-то не встраивалось. А теперь вот я могу. Думаю, в следующем году у меня получится. А там посмотрим — может, кто-то позовет выступить на кинофестивале или где-то там. В этом году я отыграл 51 концерт. В следующем мне эту цифру повторять что-то совсем не хочется. 

Последний вопрос. Фильм как бы встраивает группу в контекст ее золотого периода?

Джармуш: Они не стали хуже со временем. Контекст, конечно, просто потрясающий, но каким-то образом они существуют и за его пределами. Я много об этом думал, потому что мне нравятся MC5, они были настоящими бунтарями, но в каком-то смысле The Stooges еще большие революционеры. Они не говорили о политике, но все равно взывали к бунту. Вот это было интересно проследить на протяжении лет. Они не принадлежат какому-то времени. Они принадлежат всем временам. 

«Gimme Danger. История Игги и The Stooges»

Фильм в русском прокате с 24 ноября. Фильмом откровется фестиваль Beat Weekend, который пройдет с 17 по 20 ноября в 15 городах России. Подробнее на официальном сайте фестиваля. 

 

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно