• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Гиги Дедаламазишвили из Mgzavrebi о виски, традициях и новом альбоме

20 Декабря 2016 | Автор текста: Алексей Старостин
Гиги Дедаламазишвили из Mgzavrebi о виски, традициях и новом альбоме

Mgzavrebi


© пресс-служба

Этой весной Mgzavrebi выпустили уже шестой альбом под названием «Iasamani», что с грузинского переводится как «Сирень». В данный момент музыканты продолжают давать концерты в поддержку релиза, который в полной мере удовлетворит запросы ценителей мелодичного поп-рока с экзотическими мотивами. Волшебная теплая атмосфера, красивая лирика на необычном для трековой такого характера языка и масса обаяния — после выхода альбома Гиги Дедаламазишвили ответил на вопросы RS

Вы часто выступаете в России. Как изменились русские? Стали ли они толерантнее? 

По-моему, люди не изменились. Я рад, что вижу людей, которые были на наших концертах год назад, два года назад. Вот недавно играли в Сочи, встретили там друзей, которые последний раз были у нас на концерте 3 года назад, а сейчас случайно оказались там — и пришли. Я, конечно, очень обрадовался, когда их увидел. Но о том, изменились ли люди — кажется, нет, я даже о таком и не задумывался. А теперь буду.

Сейчас группе 10 лет — и все, что мы делали эти 10 лет, отражено в нашем новом альбоме «Iasamani». Я хотел сделать альбом таким, чтобы он был интересен мне, и чтобы это было не только новое звучание, но и что-то из первых альбомов, что мы тогда использовали, а теперь почему-то перестали — и это, например, виолончель и скрипки. 

Есть западные артисты, которые вам по душе?

Мне нравится группа Muse, очень хотел на них попасть, даже были билеты на их концерт в Одессе, но мы играли в этот день в Киеве. Зато я был на Red Hot Chili Peppers, мне очень понравилось — и это тоже одна из моих любимых групп. Я стараюсь слушать все — и не классифицировать музыку никак категориями «это вот надо слушать, а это нет». Мне мама иногда что-то ставит — и мне нравится, также я люблю слушать джаз, рок, хард рок, грузинскую музыку.

Можете каких-то молодых талантливых музыкантов порекомендовать?

Грузинских музыкантов я бы порекомендовал многих. Но одни из лучших — это Loudspeakers, они рок играют, точнее — альтернативу больше всего, все английском языке. Еще нравится Frank — грузинская группа, поют на грузинском языке. Есть 33а —и это еще одна хорошая грузинская группа, которую я рекомендую. Конечно, Нино Катамадзе, она еще и наша очень хорошая подруга, которая недавно выпустила новый альбом «Yellow» — и вот я его тоже советую всем послушать.

Сотрудничали ли вы с хип-хоп артистами в России?

В России мы не сотрудничали с хип-хоп артистами, зато сотрудничали с украинской группой THMK, в 2011 году мы выпустили вместе песню. Вообще — это крайне интересная тема для меня, мне в целом эта тема очень нравится и как раз вчера говорили о российских артистах и о том, что они очень здорово читают хип-хоп. Баста, Ассаи, ну и вот мое недавнее открытие — Оксимирон. Мне было бы интересно такое сотрудничество.

У вас есть собственная аудитория, с которой вам комфортно?

Наша аудитория — это все люди, нельзя сказать, что это люди старше пятидесяти, которые помнят и любят Советский Союз, или что это только дети и подростки. Вот в Грузии у нас дедушки с внуками на концерты приходят, и я этому очень рад, пусть все слушают. Да у нас и фанатов нет, есть поклонники или друзья.

Мир сейчас помешан на социальных медиа. Как вам с ними работается?

Я не пользуюсь телефоном почти вообще, есть грузинский номер, который ловит только в Грузии, есть инстаграм, так что со мной почти никак и не связаться, но при этом у меня отличная память — и если я кого-то видел на концерте, а потом встретил где-то еще — то я вспомню, такие люди уже хорошие знакомые.

Уже 5 лет я не пользуюсь социальными сетями, хотя был одним из первых, кто начал пользоваться фейсбуком. Просто понял, что это отбирает слишком много времени, я получаю много бесполезной информации, ходил везде с телефоном, в общем, был зависимым, а потом понял, что мне это не нужно. Сейчас я читаю книги, а интернет нужен только затем, чтобы связаться с мамой или женой. Так что живу как в 92 году, когда пошел в первый класс.

Детство для вас много значит. Имеется ценный опыт тех времен?

В детстве я ходил на футбол, на баскетбол, на шахматы, в музыкальную школу. Ходил на все и везде, но как-то ничего особо не получалось. Был нормальным ребенком, учился неплохо, занимался спортом, а вот нравилось —  ходить в лес с дедушкой и встречаться с друзьями, это было мое. В нашем новом альбоме есть несколько песен, посвященных этому, потому что детство — это то, что всегда с нами, это что-то очень нежное и то, что будет всю жизнь и никогда не уйдет из памяти.

Что пьют у вас в группе? Чем вас легко соблазнить в этом отношении?

В группе мы пьем виски. Еще я пью водку, но не перед концертом. Хотя, конечно, зависит от ситуации — на застолье я пью вино, а в обычные дни — водку, виски или пиво, правда от пива приходится отказываться, потому что от пива все поправляются, а я — особенно.

В Тбилиси меня можно встретить в ресторане «Мельница» — находится рядом с моим домом и его открыли мои хорошие друзья, они отлично готовят, очень вкусно. В «Мельнице» моя свадьба, кстати, и была. Многие друзья и знакомые знают, что я не слишком часто выхожу на связь, зато часто в этом ресторане, поэтому просто приходят туда — и находят меня.

У вас не было проблем со стилистической идентификацией коллектива?

В Грузии нас часто просили классифицировать жанр, в котором мы играем, а когда мы не могли этого сделать, говорили: «Какие же вы музыканты, если не знаете, в каком жанре играете?!». И мы до сих пор не можем это сделать, Mgzavrebi — это смешение фольклора, рока, поп-музыки, джаза.. Нет, невозможно назвать жанр.

Какую опасность для вас представляет нахождение непосредственно на сцене?

На сцене я не замечаю высоту, хотя в обычных условиях, я бы, конечно, не спрыгнул. Но на сцене я этого не замечаю и прыгаю со сцены. И мне часто говорят, что когда-нибудь ты сломаешь шею. Всегда говорят: не надо, осторожно, осторожно. Но я все равно делаю это. Поэтому самая большая опасность — сломать себе шею во время концерта. Ео я не могу сдержаться и все равно прыгаю.

Вы уже отправились в тур представлять новый альбом. Как готовитесь к этому? Будет ли программа концертов как-то отличаться друг от друга?

Да, репетируем, подготовка шла. Но у нас, конечно, как всегда, не хватало времени. Сначала мы планировали начать запись альбома в июне, но не получилось. Потом думали про июль  Но, в итоге, начали в августе и закончили 24го октября, в последнюю секунду. Из-за этого у нас не было возможности полноценно репетировать. Но, в целом, конечно, были дни репетиций. А вообще для нас главная репетиция — это концерт. Мы готовы играть новый альбом, все 14 песен. Мы никогда так не делали раньше — чтобы на концерте исполнять сразу все новые песни на презентациях альбомов. На «In Vino Veritas» играли 8, раньше еще — где-то 9. А сейчас мы захотели спеть на концерте все 14 песен. Я пока не знаю, как это все будет. Думаю, как минимум, будет интересно.

Многие музыканты считают, что залог успешного альбома — это запись в дорогой студии, кртуой мастеринг за рубежом. А как у вас запись альбома происходила?

Я понимаю такой подход. Но, в первую очередь, важно, что ты записываешь. А потом уже — как ты это делаешь. И нашей задачей при записи нового материала было — сделать так же хорошо, как было раньше. Нам было важно сохранить тепло нашей музыки.

Иногда мы писали песни в 3 часа утра, и в 4 утра, и в 9 утра, и днем. У нас не было специального графика. Мы иногда приходили — и не было настроения что-то записывать. И мы тогда решали — все, сегодня не работаем. А бывало, что на второй день звонили и говорили: «Закрывайте дверь, мы не придем домой». И было так, что мы не появлялись дома несколько дней. В это время нам было очень комфортно. Мы все записывали в Тбилиси. Да, я был в нескольких студиях в России, у вас просто есть все — супер-микрофоны, супер-саундкарты. И вообще, важно, что ты поешь и как ты поешь. А если тебе нечего петь, и пятимилионнон оборудование тебя не спасет.

Есть ли традиция в группе отмечать выход альбома, когда все уже закончено? И как отметили выход новой пластинки?

Есть смешная история. Была половина шестого вечера по тбилисскому времени. И нам звонят и говорят: «Ребята, у вас есть полчаса. Если вы через полчаса не отправите нам альбом, то все, все рушится». И всем плохо. А у нас была песня, в которой нужно было что-то доделать. И мы отправились в другую студию, нашего друга, где делали мастеринг. Сказали, что нас там надо басы добавить. И он делает, и мы понимаем, что или сейчас нравится эта песня — и мы ее отправляем, или не нравится совсем — и мы все равно ее отправляем. И нам понравилось ! И все, закончили альбом. И к нам ехали Ото и Гуга (продюсер и флейтист), и я им звоню — ребята, все закончили, отправили, давайте пить шампанское. Отметим. Шампанское — это как праздник. Приходят они, а у Гуги только сок. Я говорю — а где шампанское? А Гуга такой — какое шампанское. У меня в машине валялся домашний глинтвейн. Так что, мы отметили наш альбом домашним глинтвейном. Так что, это теперь будет нашей новой традицией — домашний глинтвейн.

С этим альбомом вы стали взрослее? Изменились?

Наши песни — это не придуманные истории, это то, что мы сами чувствуем и переживаем в данный отрезок времени. И мы придерживаемся определенных правил человеческих: не писать о бедности, когда ты богат. Не писать о любви, когда не ты любишь. Не играть на чувствах людей, зарабатывая этим на жизнь.  Мы в этом альбоме поем о благодарности. Мы посвятили этот альбом нашим семьям, нашим друзьям, которые были с нами все десять лет, что мы поем. И об этом все песни — о дружбе и любви.

Mgzavrebi

Альбом «Iasamani» доступен в Apple Music

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно