• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Джин Симмонс, KISS: «Люди думали, что мы — японская группа»

20 Апреля 2017 | Автор текста: Стив Эпплфорд
Джин Симмонс, KISS: «Люди думали, что мы — японская группа»

Джин Симмонс и Йошики


© Стив Эпплфорд

Йошики из X Japan считает, что мир для него открыла американская группа KISS. Перед премьерой документального фильма о японском коллективе Джин Симмонс из KISS и Йошики обсудили взаимодействие двух рок-культур в разговоре c RS, который состоялся в Лос-Анджелесе. 1-го мая KISS можно будет оценить в действии на сцене СК «Олимпийский» и пока еще существует вероятность попадания туда бесплатно — продолжается розыгрыш билетов. 

Впервые они встретились, когда Йошики поучаствовал в трибьюте KISS, предложив симфоническую версию номера «Black Diamond». «Слышал это? — спрашивает меня Симмонс и тут же заводит трек прямо в телефоне. Скоро начинают звучать мягкие струнные, Симмонс закрывает глаза и начинает торжественно двигать пальцами — словно дирижер невидимого оркестра.

Йошики, когда вы впервые услышали о KISS?

Йошики: Я занимаюсь фортепиано примерно с четырех лет. Отец покупал мне в основном классику — Бетховена, Моцарта. Когда мне исполнилось 10, он умер. Пришло время самому ходить в музыкальные машазины. Я отправился за Бетховеном или Шубертом, но на прилавке увидел обложку сингла «Love Gun» и сказал себе: «А это что?». Я попросил продавца включить мне трек. Я никогда до этого не слышал музыки такого рода. Эффект она на меня произвела немыслимый. Мама была от этого просто в шоке.

Потом я купил «Alive II» KISS, который изменил мою жизнь. Сразу после этого я увидел в газете сообщение о том, что группа приезжает в Японию. «Мама, мне нужно это увидеть», — сказал я. В общем, я, моя мама в кимоно и мой пятилетний брат отправились смотреть KISS. Мама ела суши, а Джин появился на сцене в крови, с криком и в языках пламени. Это окончательно свело меня с ума.

 

Симмонс: В то время в Японии нельзя было стоять на концертах. Среди людей могли полицейские с собаками гулять. В конце каждой песни позволялось похлопать. И нам запретились бомбы на сцене, а также использовать звук бомбардировки. Так что мы максимально все приглушили. Но культура Японии нас все равно невероятно впечатлила.

Кажется, что у KISS всегда была тесная связь с Японией — от вашего грима в традиции театра кабуки до дизайна обложки «Hotter Than Hell».

Симмонс: Люди вообще думали, что мы — японская группа. Они же не знали, как мы выглядели. Я был большим поклонником аниме-персонажей вроде Астро Боя. Оформление второй пластинки получилось очень японским — и мы даже свои имена написали иероглифами.

А это имело значение для японцев?

Йошики: Абсолютно, И не только в плане музыки. Впечатление производило и все шоу в целом, и поклонники группы, которые прибывали в гриме KISS. 

Как и у KISS, шоу X Japan на больших площадках тоже олформлялись при помощи мощных спецэффектов. Почему это так важно?

Йошики: Если вы идете на концерт, эффект должен быть максимальным. Я научился этому у KISS. И это касается не только артистов, но и зрителей, которые идут на шоу как на праздник — в гриме KISS или в японских национальных костюмах. Концерт должен стать событием во всех отношениях.

KISS вообще были пионерами в области разнообразных запредельных эффектов на концертах?

Симмонс: Об этом не нужно думать из соображений эволюции — что было за чем. Когда мы росли, то посещали концерты наших любимых групп: The Rolling Stones, The Who. Отиса Реддинга еще, например. Но все это было очень камерным. Мое воображение требовало гораздо большего. Так что в 1973 году мы решили собрать такой коллектив, который до той поры никто на сцене не видел. Что надо сделать, чтобы получить все деньги мира и быть полностью свободным? Давайте будем выглядеть иначе! Мне нравились фильмы про монстров, так что почему бы мне не разместить рожу Годзиллы на ботинках?

Все, что было нужно, — это следовать желаниям поклонников и игнорировать критиков. В Йошики меня как раз и привлекло его полное погружение в мир желаний поклонников. В этом мы сошлись.

В документальном фильме про Йошики рассказывается, что большая часть музыки X Japan имела отсылку к трагическим событиям в его жизни, а KISS, напротив, были эскейпистами.

Симмонс: Я думаю, что это личный момент. Мы используем слово «Я». «Я хочу рубить рок-н-ролл всю ночь», «Я верю в себя» и так далее. У нас все заряжено на внешние эффекты — чтобы твой мир вырывался из тебя как фейерверк на четвертое июля. Большая часть музыки Йошики — это все-таки не внешняя, а внутренняя история.

Йошики: Меня многие вещи вдохновляют. Особенно боль. Когда я впервые услышал KISS, это было сразу после того, как я потерял своего отца. Я вообще не знал, как мне побороть в себе гнев и депрессию. Меня спас рок — ты можешь расколотить барабанную установку и орать, что есть силы. За это тебя на улице тут же арестуют. Ты можешь сходить с ума на сцене. Я могу выразить свой гнев. Могу плакать. Сцена — это вообще самое крутое место в мире.

А есть в истории KISS моменты, похожие на те, что были показаны в документальном фильме «We Are X»?

Симмонс: Несомненно. Но он смелее, чем я. У него нет проблем с демонстрацией страсти, боли, с тем, чтобы заплакать. Я восхищаюсь этим. Ему плевать, что люди могут его осуждать. У меня тоже в жизни было немало боли. Моя мать прошла нацистский концетрационный лагерь, а вся ее семья погибла. А потом из твоей жизни исчезает отец, и ты остаешься наедине с матерью. Потом ты переезжаешь в другую страну, не зная языка.

Для меня KISS были оружием, а группа в целом — семьей. Даже тогда, когда распался оригинальный состав. В жизни ты ни на что полагаться не можешь. Все, что у тебя есть, в конце концов, — это ты сам. А я все-таки не такой смелый, как он. Он отправляется на сцену, и для него это как терапия, как первичный крик Артура Янова, который спасает от психоза. Психотерапевты до сих пор требуют, чтобы вы исторгали этот крик. Они хотят, чтобы вы говорили о боли и выпускали ее из себя,

Йошики: И я все это делал на стадионах. Я кричал и полностью ментально обнажался. Своим поклонникам я отдавал все.

Йошики на сцене. Фото: Tanya Braganti

Что вас на это вдохновляло?

Йошики: Мы каждый концерт играли как последний. Когда я потерял отца, я чуть жизнь самоубийством не покончил. Смотрел на мост и думал с него прыгнуть. А потом я увидел, что такое рок. Если я умру, то это будет на сцене. Иногда мне кажется, что уже хватит с этим, но потом я все равно бросаюсь за барабанную установку. В жизни всякое случается — я могу потерять зрение или что-то в этом духе. Но уж если я чем-то занимаюсь, то буду идти до конца.

Симмонс: Когда вы видите Йошики на сцене — терзающим себя, плачущим, катающимся по полу, это не шоу-бизнес. Это реальная жизнь.

В документальном фильме также показываются перемены, которые происходили внутри группы. Тяжело было терять людей?

Йошики: Начнем с того, что в X Japan не было формального лидера. Мы все ими были. Я хотел создать самую сильную группу в мире, Меня интересовали только самые мощные персонажи. Я выбирал их одного за другим — за исключением вокалиста, с которым я встретился еще в четыре года и у которого был прекрасный голос. Мы действительно думали, что нам удастся изменить мир,

Когда вокалист попал в секту, это было самое страшное время в моей жизни — сравнить можно только с тем периодом, когда умер гитарист Хиде. Я думал, что не переживу этого. Мне казалось, что с музыкой надо заканчивать. А потом правительство Японии попросило меня написать концерт для фортепиано. От этого предложения я не мог отказаться. Так я вернулся обратно, а мы воссоединились, И выступили в «Мэдисон Сквер Гарден».

Рок-группа изменила мою жизнь. Джин сидит рядом и рассказывает о моей группе, Это же чудо. Надо просто верить, и все в твоей жизни случится. 

KISS

Концерт музыкантов состоится 1-го мая в СК «Олимпийский».

Попробовать выиграть два бесплатных билета можно здесь

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно