• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Проклятие Ramones: Взлеты и падения великой американской панк-группы

23 Апреля 2017 | Автор текста: Микал Гилмор
Проклятие Ramones: Взлеты и падения великой американской панк-группы

Ramones 


© Monte Melnick/ Sire Records

На сцене они были само единство. Четверо одинаково одетых мужчин — в кожаных куртках, драных джинсах, кедах. У них были одинаковые темные волосы, они даже носили одну фамилию. Казалось, что они думают одинаково и заряжены одной и той же энергией. Гитарист Джонни Рамон и барабанщик Томми Рамон бешено пускались играть в унисон, отчего зрители откидывались назад, словно получив удар в грудь. Джонни и басист Ди Ди играли, широко расставив ноги, с непобедимым видом. Между ними стоял вокалист Джоуи Рамон, нескладный, в темных очках, со спутанными волосами, которые падали ему на глаза. Он распевал веселые и в то же время тревожные песни о потерянном месте человека в мире и его душевном горе. 

Стоило им покинуть сцену, братство исчезало. Они садились в автобус и в тишине ехали в отель или на следующий концерт. Двое участников, Джонни и Джоуи, не разговаривали друг с другом на протяжении большей части 22-летней истории коллектива. Это была горькая действительность группы, которая если и не изобрела панк, то умело его узаконила. Ramones, вероятно, вдохновили больше групп, чем кто-либо еще после The Beatles; The Sex Pistols, The Clash, Nirvana, Metallica, The Misfits, Green Day и многие другие позаимствовали звучание и манеру держаться на сцене именно у них. Они создали модель, которой мог следовать почти каждый: базовые аккорды, драчливость, шум, который мог бы обратить в прах — или пробудить ото сна — все что угодно.  Но они заплатили большую цену за свой успех. Значительная часть музыкального мира приняла их в штыки. У Ramones никогда не было по-настоящему хитового сингла или альбома, хотя на самом деле они писали удивительно мелодичную музыку. В течение многих лет они пробивались через безразличие и препятствия на пути к успеху, но отчуждение между двумя главными участниками только усиливалось. Сейчас им отдают дань уважения, посвящая памятники, называя в их честь улицы, открывая музеи. Но все четыре оригинальных участника ушли, никто из них не может насладиться запоздалой славой. Ramones были группой, которая изменила мир. А потом умерла. 

 

Ramones не были родственниками, однако что-то родственное  у них точно было: все они росли в пригороде в Форест-Хиллс, Куинс, где преобладал еврейский средний класс, а среда порождала юношескую скуку и вольнодумие. Ramones были на несколько лет моложе, чем кумиры 50-60-х годов — Пресли, The Beatles, The Rolling Stones, и благодаря этому перед ними разворачивалось более широкое поле для музыкальных заимствований. Большая часть оригинального состава имела опыт существования под давлением или просто неискоренимое чувство потерянности и одиночества. «В такие группы, как Ramones, не идут люди из стабильной среды, — писал Ди Ди. — Это не цивилизованная форма искусства. Панк берет начало от озлобленных детей, которых тянет на творчество».

Барабанщик Томми Рамон — а именно он сплачивал группу и создавал ее музыкальную эстетику — не рассказывал о своей истории и о своей боли. Он родился в Будапеште в январе 1949 года, и звали его Тамаш Эрдейи. Его семья переехала в Бруклин в середине 1950-х. «В Венгрии был очень строгий режим, — рассказывал он. — Западная музыка особенно не звучала. Я помню начало рок-н-ролла, как он взволновал меня — уже ребенком я хотел одеваться стильно, носить определенный вид ботинок». В школе Форест-Хиллс Томми познакомился с Джоном Каммингсом, известным впоследствии как Джонни Рамон. Джонни был харизматичен и вдумчив, внушал доверие. Томми и Джонни присоединились к группе Tangerine Puppet, которая обрела локальную славу не только из-за музыки, но и из-за поведения Каммингса. Когда Puppets играли «Satisfaction», Джон заметил, что сбоку в толпе стоит староста класса. «Джон подбежал к нему и вмазал ему по яйцам гитарным грифом, — вспоминал участник коллектива. — Он потом сказал ему, что это произошло случайно, но мы-то знали, что он его люто ненавидел». В другой раз Каммингс бросился в драку с солистом группы, избив его прямо на сцене. «Это была чистая ярость», — говорил Томми. 

Джонни воспитывали в строгости. Его отец, пьющий строитель, как-то заставил его играть в бейсбол со сломанным большим пальцем ноги. «Ты что, сопляк, младенец?» И Джонни стал жестоким и властным, как его отец. Он даже сам себя пугал. Он вспоминал, как, увидев телевизор на помойке, тащил его на крышу здания и сбрасывал около людей на улице. «Но все изменилось, — писал Джонни, — мне было двадцать лет. Я спускался по улице своего района и услышал голос. Я не знаю, кто это был. Может, Бог? Он спросил: «Что ты делаешь со своей жизнью? Разве для этого ты здесь?» Это было словно духовное пробуждение. И я немедленно прекратил все». Чуть позже, сдавая вещи в химчистку, он познакомился с Дагом Колвином — Ди Ди. Если верить его автобиографии «Lobotomy», детство его было ужасным. Отец, армейский старшина, служивший в Германии, постоянно перевозил семью с места на место. Родители вечно дрались. «Их жизнь была хаосом, — писал он. — И винили во всем они меня» Ди Ди принимал наркотики уже в раннем подростковом возрасте. «Я не видел никакого будущего для себя... Тогда я впервые услышал The Beatles. Я раздобыл свой первый приемник, сделал стрижку как у них и купил костюм. Рок-н-ролл помог мне понять себя. Теперь я вижу, насколько было естественно то, что меня притянуло к Томми, Джоуи и Джонни. Никто никогда не верил, что кого-либо из нас ждет какой-то успех». Томми, тем не менее, верил.

Он убедил Джонни и Ди Ди создать группу, а он бы помог найти им свой звук и направление — ведь он работал звукорежиссером на Record Plant на сессиях с Хендриксом и Джоном Маклафином. Джонни на удивление упорно сопротивлялся. «Я хочу быть нормальным», — говорил он Томми. Кроме того, он часто бывал на рок-концертах, видел The Beatles, The Rollin Stones, Хендрикса, The Doors, Led Zeppelin, и сказал Томми, что не сможет играть на гитаре, как они. Но потом Джонни увидел New York Dolls. «Ничего себе, я так тоже могу, — подумал Джонни. — Они великолепны; ужасны, но великолепны». И наконец принял предложение Томми. Со временем Ди Ди освоил бас, Джонни — гитару, а друг Томми, Джеффри Хайман, сел за барабаны.

Жизнь у Хаймана, который стал Джоуи Рамоном, всегда была нелегкой. Он родился с межпозвонковой опухолью размером с бейсбольный мяч. Врачи удалили ее, но, возможно, последствия сказались на его здоровье в дальнейшем. Его родители развелись, когда он был подростком. Долговязый и застенчивый, Джоуи всегда был объектом насмешек и травли. В подростковом возрасте он начал вести себя странно — многократно вставал и ложился в кровать перед тем, как уснуть, на ночь вытаскивал еду из холодильника, враждебно реагировал, когда мать спрашивала, что с ним случилось. Он угрожал ей ножом. В 1972-м он прошел месячное обследование в больнице и вышел оттуда с диагнозом «параноидальная шизофрения с минимальным повреждением головного мозга». Один психиатр сказал его матери, что сын, скорее всего, будет «овощем» всю свою жизнь. Но к тому времени Джоуи уже нашел свой путь из изоляции и ограниченной жизни. «Рок-н-ролл был моим спасением», — сказал он в интервью 1999 года. В другой раз он вспоминал, как не мог оторваться от приемника, когда передавали «Surfin' U.S.A.» The Beach Boys. «Но все началось с The Beatles. Уже потом я услышал The Stooges, и это была группа, которая помогла мне в темные периоды моей жизни — я вырвался из агрессии». Джоуи присоединился к глэм-команде Sniper в качестве вокалиста, одетый в облегающие блестящие наряды, сшитые на заказ, под псевдонимом Джефф Старшип. Он уже оставил Sniper, когда в 1974-м Ди Ди предложил ему присоединиться к нему и Джонни в новой группе. Они начали репетировать в квартире Джонни, договорившись, что будут приходить на репетиции с уже готовой песней. В одну из первых таких репетиций они обсуждали, как же назвать команду. «Вариант Ди Ди был Ramones, в честь Пола Маккартни, — говорил Томми. — Маккартни называл себя Пол Рамон, когда регистрировался в отелях, чтобы не быть обнаруженным. Мне это понравилось, потому что это была полная дичь. Ramones? Абсурд!»

Потребовалось несколько месяцев, чтобы разобраться, как будет работать новая группа. Ди Ди не мог одновременно играть и петь, а Джоуи не был так уж хорош на барабанах. Тогда Томми предложил Джоуи стать вокалистом — центром и лицом команды. «Джоуи не казался мне идеальным вокалистом. И я постоянно говорил это Томми. Я говорил: «На вокале должен быть красавчик». Ди Ди был другого мнения. «Джоуи был великолепным певцом, — вспоминал он. — Я хотел какого-нибудь фрика в группу, а Джоуи очень дико выглядел, что и было хорошо для Ramones». Джонни пришлось согласиться. Ramones определились и с тем, что в их случае работать не будет. Джонни не хотел, чтобы их звучание походило на их очевидных предшественников, в том числе на рок-дикарей, вдохновивших их: The Stooges, MC5, New York Dolls. Джонни объяснял: «Мы выкинули все, что нам не нравилось в рок-н-ролле, и оставили все остальное. Никакого влияния блюза, длинных гитарных соло, ничего, что мешало бы песням». «Я хотел привязать барабаны к гитаре. Большинство людей думают, что связаны барабаны и бас. Но я привязался к Джонни, а бас Ди Ди был основой всего этого», — вспоминал Томми. Эффект был простым и даже примитивным, но в то же время авангардистским: гармонии исполнялись на бешеных скоростях. «Мы использовали блок-аккорды для создания мелодий, а гармония, которую обеспечивал дисторшн, создавала контрапункт. «Стена звука» использовалась у нас чаще для мелодии, чем для риффов», — объяснял Томми Rolling Stone.

Джои, он же Джеффри Хайман, со своим младшим братом Микки Ли. Фото: архив Микки Ли. 

Ramones отыграли свой первый концерт в августе 1974-го в клубе CBGB, который уже становился центром ультрасовременной новой музыкальной сцены Нью-Йорка. Владелец клуба Хилли Кристал вспоминал: «Они были самой несобранной группой из всех, что я видел. Они начинали играть, останавливались, когда ломалось оборудование и принимались орать друг на друга. Из сорока минут, что они должны были вступать, 20 минут они просто кричали». Но потом они раскрылись, и Кристал приглашал их к себе на сцену десятки раз. К началу 1975 года Ramones отточили свое исполнение. Благодаря тактике «новая репетиция — новая песня» они копили оригинальный материал. Все участники купили кожаные куртки, как у Джонни, и носили рваные джинсы. 

Люди начали обращать на них внимание. Влиятельный обозреватель Лиза Робинсон сказала музыкальному менеджеру Дэнни Филдсу, что он полюбит эту группу. Когда Филдс, уже открывший миру The Stooges и MC5, увидел их в CBGB, то сразу подумал: «Это ошеломляюще! Разве нужно что-то еще? Мне они понравились с первых пяти секунд, с первой минуты, как они начали играть. Я не мог перестать думать о них». После концерта Филдс предложил им свое руководство и помог группе заключить контракт с Sire Records.  Дебютный альбом «Ramones» с черно-белой фотографией на обложке вышел в апреле 1976 года и сразу определил дальнейшее развитие панка. Сам термин «панк» существовал уже несколько лет и обычно носил негативный оттенок. Панк был трусом, пресмыкающимся хнычущим злодеем. Писатель Уильям Берроуз думал, что слово «панк» означает хлюпика, которого бьют. Но в 1975 году слово «панк» было призвано для описания творчества появившейся горстки новых рок-н-ролльных артистов — таких как Патти Смит, которая пела о лишних людях. После дебюта Ramones слово «панк» начало описывать эстетику и субкультуру. Уже открывающая пластинку песня «Blitzkrieg Bop» на все сто сделала свою работу: шумные гитары, настойчивые ритмы и быстрый вокал заставили молодежь как следует встряхнуться. 

Некоторые рассматривали Ramones как угрозу — песни о побоях, вдыхании клея, выстрелах в спину и зеленом мужчине, который занимается проституцией и пытается доказать, что он не девчонка... Еще была проблема в том, что группа смело заигрывала с нацистской символикой: «Я штурмовик в ступоре, да, я нацисткая шлюха, я сражаюсь за Фатерлянд», — пели они в ранней версии «Today Your Love, Tomorrow The World». По словам Мельника, после того как они записали эти строчки, Сеймур Штайн, глава Sire, даже подскочил. «Вы не можете этого делать! Вы не можете петь о нацистах! Я еврей, как и другие люди в этой компании!» Группа, двое в которой (Джоуи и Томми) также были евреями, подчинилась — до поры до времени.

Многие из тех, кто задавал тренды в рок-н-ролле, ненавидели Ramones. Большинство американских радиостанций отказывались ставить в эфир их музыку. Но к началу их тура по Великобритании в 1976 году о них уже пошла слава. «Мы хотели спасти рок-н-ролл. Мы не были против всех, нет. Я был уверен, что Ramones, The Sex Pistols и The Clash станут главными группами современности, как The Beatles и The Rolling Stones, и это будет лучший мир», — говорил Джонни. Позже он волновался о том, как скандально вели себя Sex Pistols — ругань в эфире британского телевидения, буйные шоу в США в 1978-м, последующий арест Сида Вишеса за убийство подруги Нэнси Спанджен. Все это нанесло серьезный урон образу Ramones и панку, сделав его предосудительным, а не просто революционным. 

«Я думаю, что мы все пытались стать как можно более сумасшедшими», — размышлял Томми. Для него проводить почти все время с группой становилось невыносимо. Ramones постоянно находились в туре, играя по 150 концертов в год, часто цепляясь друг к другу и ругаясь. В отеле Лос-Анджелеса Джонни и Томми сцепились не на шутку. «Это моя группа! — вопил Джонни. — И я звезда этой группы, я, а не вы! Что вы с этим сделаете?» Томми позже сказал, что все остальные всегда боялись, что он подчинит группу себе. Свой последний концерт с Ramones Томми отыграл в 1978-м в CBGB. Джонни пытался уговорить его остаться. Он не остался, но согласился спродюсировать совместно с Эдом Стейсиумом еще один альбом Ramones — «Road To Ruin» (1978). Барабанщик Марки Белл, который до этого играл с The Voidoids и другими группами в Нью-Йорке, заменил Томми под именем Марки Рамон. «Road To Ruin» стал настоящим шедевром — последним значительным альбомом Ramones

В начале 1980-х, на пятый год сценической активности, история Ramones надломилась. Отношения музыкантов ухудшались. Хотя многие и считали Джоуи лидером Ramones, именно Джонни управлял группой, вцепившись в нее железной хваткой. Он установил штрафы, если кто-нибудь из коллег опаздывал или был не в состоянии играть. Он кричал, мог замахнуться, ударить. «Мы часто слышали, как Джонни бьет свою подругу Рокси в номере. Мы слышали, как она спотыкается, отскакивает от стены, падает на кровать и кричит», — писал Марки в своей автобиографии. Дэнни Филдс сказал в интервью Mojo, что Ди Ди ужасно боялся Джонни, потому что тот разбил ему лицо. 

Вскоре Джонни нашел товарища в лице продюсера Фила Спектора. Лейбл решил, что если Ramones хотят  добиться успеха, им необходимо сменить звучание. Компания направила к ним легендарного Фила Спектора. «Вы хотите сделать хороший альбом сами или превосходный со мной?» — спросил он группу в 1977 году. Но в 1979-м Спектор уже пережил период своего расцвета. Он становился агрессивным эксцентриком. В начале работы он пригласил группу в свой особняк. «Было много предупреждающих знаков, — вспоминал Марки. — «Не входить». «Не прикасаться к воротам». «Остерегайтесь бойцовых собак». Все эти знаки выглядели довольно дилетантскими и оттого казались еще более устрашающими». Спектор всегда носил пистолеты, по одному под каждой рукой, и держал при себе телохранителей. Он заставил группу остаться на ночь и посмотреть фильм ужасов «Магия» с Энтони Хопкинсом в главной роли. Ди Ди утверждал, что Спектор направил на него пистолет, когда он попробовал сбежать.  

 

Однажды Спектор достал Джонни. Он требовал, чтобы гитарист играл начальные аккорды «Rock‘N'Roll High School» вновь и вновь. Джонни был сыт по горло — это продолжалось час или больше. Он положил гитару и заявил, что уходит. Спектор возразил ему, что он никуда не пойдет. Тогда гитарист ответил: «И что ты со мной сделаешь, Фил? Застрелишь?» Остальные участники сказали, что не будут работать со Спектором, если он будет продолжать в том же духе. Продюсер хвастался перед группой, что альбом «End Of The Century», который уже обошелся в 200 000 долларов, станет их лучшей пластинкой. Вместо этого альбом почти уничтожил энергетику Ramones. Там, где некогда бушевал шторм, теперь царило безветрие над пресной водой. «Century» действительно поднялся в чартах выше, чем любой из других альбомов группы, но Джонни сожалел, что согласился его записать. Несколько десятилетий спустя Спектор был осужден за убийство актрисы Ланы Кларксон в 2003 году, и его приговорили к 19 годам лишения свободы. Джонни тогда написал: «Когда он убил эту девушку, я удивился, как он не убивал по человеку в год».

Когда Ramones приехали в Лос-Анджелес, чтобы записать «End Of The Century», Джоуи сопровождала его подруга Линда Даниэл. По словам его брата Микки Ли, Джоуи, вероятно, познакомился с ней в период расцвета группы в 1977 году. Они начали встречаться во время съемок мюзикла «Rock‘N'Roll High School», и Джоуи любил ее больше, чем какую-либо другую женщину. После того как съемки закончились, Линда села в фургон к Ramones, чтобы быть с Джоуи. Джонни разъяснял ей положение вещей. Так как она была с Джоуи, он ей сказал, что она будет сидеть сзади. На что Линда ответила, что ненадолго. «Как, эта девчонка огрызается на меня? Джоуи попросил ее помолчать, но она все равно говорила что хотела. Я подумал: ничего себе, забавно», — вспоминал случившееся Джонни, у которого в то время была девушка. Со временем другие участники начали замечать, что Линда флиртует с Джонни, а иногда они вдвоем куда-то исчезают. Когда Марки и Микки Ли пытались сказать Джоуи, что у его девушки и Джонни интрижка, он им не верил. Линда бросила Джоуи, Джонни — Рокси. Джонни и Линда начали жить вместе в квартире на Манхэттене. Но гитарист волновался, что когда Джоуи обо всем узнает, бросит группу. «Я действительно никогда не ладил с Джоуи, но я не хотел причинять ему боль. Мы старались изо всех сил, но не могли вести двойную жизнь долгое время», — написал Джонни позже. 

 

Через несколько лет они поженились. Линда стала Линдой Каммингс, но ее называли Линда Рамон. Джоуи так и не смог забыть эту историю. Романтическое начало и изолированность лирического героя все ярче проявлялись в текстах песен, и лучшие из них были о прервавшихся отношениях, в том числе «The KKK Took My Baby Away» (некоторые видят здесь намек на Джонни). Позже Джоуи скажет в интервью Mojo: «Джонни переступил черту. Он разрушил отношения и группу». Вокалист начал пить и пристрастился к кокаину. Почему он тогда не бросил Ramones? «Мы были единственной рок-н-ролльной командой. Все другие ушли, но мы не собираемся никогда уходить. Мы всегда будем Ramones», — объяснял он другу. 

Но Ramones хорошо умели хранить секреты; они давали концерт за концертом на протяжении полутора десятилетий после ссоры между Джонни и Джоуи. После выхода «End Of The Century» Sire все еще рассматривала музыку группы как проблему, которую необходимо решить. На некоторых новых альбомах группы казалось, будто Ramones пытаются конкурировать сами с собой в попытке вернуться к старому звучанию; они играли быстрее, тяжелее, будто теперь им нужно было перегнать более тяжелые группы — Black Flag, Fear, Circle Jerks, Discharge, Crass, Suicidal Tendencies. Во многих отношениях Ramones выросли как музыканты. Запись стала глубже, голос Джоуи стал многограннее. В 1985-м вышел «Too Tough To Die». Это был триумфальное возвращение Томми Рамона и Эда Стэйсиума в качестве продюсеров, благодаря чему Ramones словно бы освободились от проклятия.

В песне с этого альбома «Howling At The Moon» Ди Ди обратил свое саморазрушение в человеческое беспокойство («Я взял закон и выбросил к черту, / А что такого, / Это просто игра»). Но проблемы у Ди Ди были серьезные. Он употреблял наркотики с юности, затем у него диагностировали биополярное расстройство, и он часто смешивал лекарственные препараты с кокаином. Джонни терпел это, пока не было срывов, угрожающих деятельности группы, — и их никогда не было. Но Ди Ди устал от Ramones и постоянных стычек. Он говорил, что хочет изменений. Он появился с «колючками» на голове и золотой цепью, объявив о том, что теперь его сердце отдано хип-хопу. Он намеревался записать рэп-альбом. Ди Ди сидел на заднем сидении автобуса кричал «Я негр! Я негр!», и это сводило Джонни с ума. «Нет, ты чертов белый парень, который не умеет читать рэп!» — накричал на него тогда гитарист. Рэп-альбом Ди Ди «Standing In The Spotlight» был назван одним критиком худшей записью в истории. В 1989-м Ди Ди оставил Ramones. Кристофер Джозеф Уорд заменил Ди Ди за барабанами, став Си Джей Рамоном в 1989-м. Он оставался с группой до ее окончательного распада в 1996-м. 

Ramones на обложке Rolling Stone. 

То, что держало Ramones вместе, их и разъединяло: партнерство Джоуи и Джонни. Это была необходимая и притом жестокая коалиция. Джоуи продолжал страдать от обсессивно-компульсивного расстройства всю жизнь, и это проявлялось в его мании прикасаться к вещам по нескольку раз. Так, вылетая из Англии, он настоял на возвращении в аэропорт только для того, чтобы по-другому ступить один-единственный шаг. Он был подвержен инфекциям и болезням, отчего часто попадал в больницы. Джонни все это раздражало. Он признавал, что не знал, как называлось то, чем страдал вокалист: «Очевидно, это было своего рода психическое расстройство, но в то же время мне казалось, что он зазнается и притворяется». Отсутствие сочувствия было взаимным: так, в 1983-м Джонни подрался на улице с музыкантом, с которым заметил свою бывшую девушку; после этой драки гитаристу потребовалась срочная операция на мозге. Джоуи просто ликовал.

В конце концов именно Джонни решил, сколько жить осталось Ramones. Заключительное шоу было намечено на 6 августа 1996 года в Голливуде. На том прощальном концерте были моменты, когда казалось, что Ramones так же хороши, как и в начале своей карьеры. После последней песни «Anyway You Want It» Dave Clark Five, во время которой им подыграл Эдди Веддер из Pearl Jam, Ramones удалились за кулисы, взяли свои вещи, инструменты и разъехались в разные стороны. «Я ничего не сказал ребятам, — вспоминал Джонни. — Конечно, я чувствовал утрату... Я просто не хотел признавать это». 

В 1994 году Джоуи узнал, что у него рак костного мозга. Его лечащий врач заверил его, что рак выявлен на ранней стадии, до того, как стал угрожать жизни, и еще не требует серьезного лечения. Зимой 1997 года мануальный терапевт Джоуи пришел к нему, чтобы провести сеанс, но ему никто не открыл. Тогда он сам открыл дверь. «Я обнаружил Джоуи лежащим на полу без сознания, изо рта шла кровь», — рассказывал он. Оказалось, что музыкант пролежал так день или два. Еще час, и он бы умер. Осенью 1998-го лимфома начала распространяться, и Джоуи отправили на химиотерапию. Когда он был в состоянии, то работал над своим сольным альбомом «Don't Worry About Me» — пластинка выйдет в 2002-м. К Рождеству 2000 года у него появилась надежда на скорую победу над раком. Но утром 31 декабря он снова начал слышать голоса в своей квартире в центре города: закрыл ли он плотно дверь в офисе мануального терапевта или нет? Он отправился через весь город проверить дверь. Потом повторил эту поездку. Только что выпал снег, и тротуары были скользкими. Джоуи упал и не смог встать: нашедшая его полисвумен  вызвала скорую. Джоуи сломал бедро и нуждался в операции, что означало, что лечение рака будет приостановлено. За следующие несколько недель его состояние не улучшилось, и врач сказали его родным, что дела плохи. 

Единственным бывшим коллегой по группе, который заходил его проведать, был Марки Рамон. Марки позвонил Джонни, который теперь жил в Лос-Анджелесе, на следующий день. «Тебе нужно к нему съездить, — говорил он, — больше не будет возможности». «Ну и пусть, — ответил Джонни, — он мне не друг». 15 апреля 2001-го семья и друзья Джоуи собрались вокруг его кровати. Доктора отключили его респиратор. Микки поставил на бумбоксе песню, которую Джоуи очень любил: «In A Little While» U2. Как только песня закончилась, Джоуи Рамон навсегда закрыл глаза. Ему было 49 лет. Джонни не пришел на его похороны. 

Спустя годы запоздалая слава все-таки достигла Ramones. В 2002-м группа была введена в Зал славы рок-н-ролла — в первый же год, когда можно было подать заявку. Томми сказал Rolling Stone: «Это имело огромное значение для нас, ведь мы знали, что были хороши на протяжении 25 лет, несмотря ни на что». На вручении награды он говорил: «Хотите — верьте, хотите — нет, но мы действительно любили друг друга, даже когда ругались. Мы были действительно братьями». Ди Ди сказал: «Хочу самого себя поздравить, сказать спасибо себе и погладить себя же по голове. Спасибо, Ди Ди. Ты очень классный. Я тебя люблю». Никто из них не прикоснулся к награде Джоуи. Она одиноко стояла на стойке. 

11 недель спустя Ди Ди Рамон был найден мертвым в своей квартире. Он умер от передозировки героина. Похороны были скромными. На его надгробном камне стоит надпись: «Окей. Мне пора».

В 1997 году Джонни начал испытывать проблемы со здоровьем — трудности при мочеиспускании. Вскоре стало ясно, что у него рак простаты. Лучевая терапия, которую он выбрал в качестве лечения, лишь немного ослабила симптомы. «Но рак цеплялся за меня физически, цеплялся за мой разум», — писал он в своей книге «Коммандо». Болезнь стремительно распространялась, и в июне 2004-го врачи сказали Линде Каммингс, что ее муж умирает. 

 

Автобиография Джонни «Коммандо» на удивление откровенна. «Ради успеха, — писал Джонни, — я пронес свои внутренние гнев и ярость через всю карьеру. У меня был образ, и это был образ гнева. Я был тем, кто постоянно хмурится, выглядит сурово и депрессивно. Когда я хотел удостовериться в этом, я смотрел на свои фотографии. Ramones были тем, чем был я, и я был тем, кого все люди видели на сцене. Выход на покой, казалось, смягчил меня, а рак простаты, диагностированный у меня в 1997-м, повлиял на меня еще больше. Это меня изменило, и я не уверен, что мне это нравится. Все это смягчило меня, но прежний я нравлюсь себе больше. Сейчас у меня даже нет сил быть сердитым». 15 сентября 2004 года Джонни Рамон скончался в своем особняке в Лос-Анджелесе в окружении жены и друзей. Ему было 55 лет. В январе 2005-го он был кремирован. В тот же месяц на голливудском кладбище была установлена 120-сантиметровая бронзовая статуя гитариста, за которую он заплатил сам. 

11 июля 2014-го Томми Эрдейи, который последнее десятилетие своей жизни провел с подругой Клодией Тирнан и играл с ней в малозаметной блюграсс-группе Uncle Monk, скончался от рака желчного протока. Ему было 65 лет.

Четверо оригинальных участников Ramones обратились в прах. 

Кровные связи невозможно разрушить. Вы можете ненавидеть своего брата за то, что он сделал, но вы не можете пойти против крови: он по-прежнему ваш брат, а вы его. Кажется, что семью, которая образует группу, легко оставить — ведь это просто музыкальное партнерство, братство, в лучшем случае. Но одна вещь связывала Джоуи и Джонни Рамонов и через годы после распада группы: вера в ценность того, что сделали Ramones. А это требовало своего рода веры друг в друга. Еще в 1999-м Джоуи говорил о Ramones как об активной силе: «Ramones были великой группой и, черт возьми, ей остаются. Когда мы выходили на сцену, чтобы играть, наша власть была безгранична, как на концерте The Who в шестидесятые. Когда я слушаю наши записи сейчас, они все еще звучат замечательно. И всегда так будет. Слушай их, если тебе нужна поддержка». Во время одного из последних визитов Марки к умирающему Джоуи вокалист спросил его, случится ли когда-нибудь реюнион Ramones. Незадолго до смерти Джонни признался, что у него была такая же надежда. «Для меня конец Ramones наступил только со смертью Джоуи. Не было Ramones без Джоуи. Он был незаменим, несмотря на все связанные с ним сложности. А был он самым трудным человеком, с которым мне приходилось иметь дело. Но я не хотел, чтобы он умирал. Я не хотел играть без него, несмотря на то, что о нем думал. Мы были связаны общим делом». Думал ли Джонни когда-нибудь о Ramones без Джоуи? «Ни в коем случае. Я бы никогда не стал выступать без него. Он был нашим певцом».    

Ramones

Дискография группы доступна в Apple Music

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно