• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

ПроявленияМУЗЫКА

Богдан Титомир. С нами Бо

15 Мая 2006
Богдан Титомир. С нами Бо
Богдан Титомир

© Ян Пухов, www.rollingstone.ru

«Ха-ха, все как надо: наркота и девочки для богатых». Корреспондент Rolling Stone провел два дня в компании Богдана Титомира. За это время удалось узнать все о группе «Кар-Мэн», наркоинциденте на шведском пароме и современных московских развлечениях.

«Джорджа Майкла жалко, — сообщает мне Богдан Титомир, откинувшийся на спинку дивана в ресторане на Тверской. — Выследили, сделали ему прокладочку. Я в клипе ”Москва, клубная пора” предвидел ее. Впрочем, так ему и надо. Будет знать, как с конкурентом связываться, — про нас же говорили: ”О, ”Кар-Мэн”, Огурец, Титомир, это Wham!” Я всегда напрягался из-за того, что Джордж Майкл — гей. Всегда знал об этом. А тогда все кричали: да он мужик — смотри, как телочки его любят, Линда Евангелиста с ним тусуется! А Линдочка — ковырялка, она же телочек любит. Увидела и подумала: ”О, слащавый Майкл, ну-ка, дайте-ка мне дилдос поменьше, чтобы не порвать его там совсем”. Заковыряла Мише, он забалдел и думает: ”Вот это телочка!”»

Во французском ресторане Титомир обедает не один: с ним его девушка-шатенка и два молодых парня — белобрысый крепыш и худой брюнет. «Все модели оборзели, их все сразу поимели, и они все обалдели», — фирменным раскатистым голосом произносит себе под нос Титомир и вопросительно смотрит мне в глаза.

За 15 лет, прошедшие после его ухода из «Кар-Мэн», Титомир мало изменился. Разве что на подбородке красуется не очень приятная бородка «зеброй», а зубной налет сделает честь иному растафари.

Когда Богдан снимает очки, выясняется, что в его отрешенные карие глаза смотреть довольно тяжело — то ли сказывается выкуренный косячок, то ли это отработанный взгляд знаменитости, в упор не видящей собеседника.

 

Богдан Титомир

Богдан Титомир
© Фото: Ян Пухов, www.rollingstone.ru

 

«Крабовые котлетки, через десять минут, а? — Богдан смотрит на официанта, приоткрыв рот. — У нас товарищ едет голодный совсем». Получив утвердительный ответ, Титомир начинает что-то оживленно шептать на ухо своей шатенке. «Товарищем» оказывается Стас Тимофеев, один из совладельцев промоутерской компании Caviar Lounge. Поздоровавшись, он тут же принимается листать апрельский номер RS и останавливается на брутальном портрете Моррисси.

Поправив косую челку, Тимофеев восторженно произносит: «Он все время балансирует между Оскаром Уайльдом и Джеймсом Дином, потрясающий!»

Заинтересовавшийся Титомир перегибается через стол, берет журнал и тоже начинает разглядывать портрет. «О! На Огурца похож», — довольно констатирует Богдан, явно ухватившийся за любимую тему. — Огурцу надо было в Америку съездить, охладеть. Он сейчас то же самое мутит, мы с ним как-то в Питере на ”Дискотеке 80-х” участвовали, как раз перед 2Unlimited. Я там на ”харлее” выезжал.

Когда-то у нашего бывшего директора Гончарука была идея возродить ”Кар-Мэн” как дуэт, типа 20 лет спустя. Но в итоге я съехал с этой темы. Вот если с Sony Music контракт будет, и они три лимона отвалят, тогда я почешу затылок и отложу неотложные дела».

Про группу ”Кар-Мэн” и 90-е Богдан Титомир говорит предельно иронично, давая понять, что раньше он сознательно занимался клоунадой, а теперь стал серьезным музыкальным продюсером и клубным промоутером.

«Ни с кого мы имидж не слизывали, тогда он воздухе витал, — Титомир заразительно смеется и постукивает вилкой об стол. — Нужно было на повседневку закупить себе модные ботинки, волосы коротко постричь, куртки-косухи а-ля Depeche Mode… И с понтом под зонтом, там, под дождем. Я боролся с Огурцом, который в сторону хэви-метала все время тянул, у него хайр был такой пепельный, каре крашеное. Дворовый какой-то оттенок — где-то они там в Мытищах колбасили, в ДК имени Пердунова. Собирались мы как группа Владимира Мальцева — владельца первого музыкального кооператива ”Союз”. В группе были я, Серега Огурцов, Андрюха Грозный и еще один Андрюха — как я помню, из Серпухова. Началось все на телешоу ”50/50”: Андрюшки с гитарами сзади стояли, а мы с Огурцом впереди скакали. Он с клавишами, а я на бас-гитаре. У Огурца курточка была такая с бахромой, ботиночки с заостренными носами, штаники внизу морковками. Тогда нашу программу посмотрели все и стали нашептывать: ну что вы играете какую-то лабуду».

Богдан смеется, прокашливается и начинает петь тихим жалобным голосом: «Один небольшой бегемот, там-там, построить решил вертолет, такая тема, решил он на нем облететь белый свет, но звери сказали ”нет”».

Когда в зале ресторана стихает смех, Титомир с очень довольным видом продолжает: «Конечно, зал вообще не понял: такое рэгги, знаешь, дабовое. А вторую песню Огурец предложил».

Богдан снова смеется и опять начинает петь, на этот раз мерзким гнусавым голосом: «”Париж, Париж!”...

Понимаешь, мы простые парнишки, талантливые просто. Я тогда был номер один среди аранжировщиков и успел сделать Разину аранжировку его нетленного хита. Ну, этого — ”Белые розы”. Вот там как раз спер у Дитера Болена один прием, который он, в свою очередь, тоже украл».

Продолжая разглядывать Моррисси, Богдан удовлетворенно комментирует: «Огурец тоже хотел выглядеть мачо, но у него не получалось: все смешно делал. Хотя на геях и педиковато настроенной части населения это работало. А-ля Пеночка. Тогда в гомосексуальность никто не врубался. Если это был латентный вариант, то общая масса ничего не понимала».

Богдан Титомир

Богдан Титомир
© Фото: fotobank.com

По закрытому ночному клубу «Газгольдер», где у меня назначена вторая встреча с Богданом Титомиром, интенсивно перебирая лапами, носится фокстерьер. Играет едва слышный лаунж, за стойкой бармены щиплют за ноги официантку, а в глубоких кожаных креслах медитируют бледные люди лет тридцати-сорока.

Когда нам сообщают, что Титомир готов к разговору, оказывается, что он восседает в соседнем зале, завешанном картинами с кормящими негритянками. Титомир жалуется мне, что время настоящих вечеринок безвозвратно ушло.

«Сейчас тусовка совсем другая, все по ”пицца-хатам” сидят. Помню, на мою вечеринку в сочинском ”Интуристе” мышь залетела. Летучая. А там турбо-саунд в башне, движняк, ”Кинотавр” только что закрыли. Все в шоке, девушки-блондинки бросаются на пол, натягивают юбки на голову, в кровать кидаются. А мышь ломится в стекла, огромная такая вампирища. И я, такой, один остаюсь у диджейского пульта. Какая-то сраная мышь разогнала мне всю вечеринку и давай тут пугать всех блондинок, которых так долго собирали, заманивали! Я беру со стены две плетки садо-мазо, выхожу в центр, становлюсь в позу Супермена и начинаю терку: ”Чего ты без приглашения сюда приперлась?” И синхронно плетками кручу, как нунчаками, ну и попадаю плеткой по этой мыши. Она падает, и я ее начинаю стегать, квасить. Не убил — только крыло, видимо, зацепил».

Богдан делает глоток воды из маленькой бутылочки и обводит рукой зал: «Я один из совладельцев этого места, остальные — дизайнер клуба и финансист. В принципе это даже не клуб, это творческая мастерская — если хочешь, база. Арт-база. Бизнеса здесь нет никакого, только творчество. Поэтому я и здесь. И писатели здесь тусуются, и все, кто отношение к шоу-бизнесу имеет. Наша генеральная линия — качественная продукция, а по стилистике здесь смешанное все. Вот ”Николай Коперник” круто выступил, у него своя публика, люди олдскульные подтянулись».

Богдан Титомир

Богдан Титомир
© Фото: Ян Пухов, www.rollingstone.ru

Чтобы посмотреть новое видео «Секс-машины», мне приходится углубиться в недра «Газгольдера», о которых в определенных кругах складываются легенды. Проходя через очередную темную комнату с картинами в массивных рамах, замечаю компанию молчаливых лысых мужчин, чьи лица едва различимы в клубах дыма. На лестнице в спертом воздухе аромат марихуаны смешивается с запахами дешевой шаурмы, который, видимо, доносится из студенческой забегаловки «Кружка», расположенной на нижнем этаже громадного здания. Наверху монтируются клипы, о которых говорил Титомир.

Пока жду, когда мне нарежут DVD с видео, молодые люди горячо обсуждают монтаж какой-то сцены и постоянно перекладывают диски с места на место. Вернувшись, обнаруживаю, что Титомир уже фотографируется с актером Дольфом Лундгреном, заглянувшим в «Газгольдер».

«С ”Кар-Мэном” мы на домохозяек рассчитывали и на мокрощелок. Давали и пацанскую тему, такую ”силовуху” какую-то жесткую, типа ”Секс-машины” — ну, это я уже потом сам начал. Сейчас все по-новому. Новый альбом выходит, летом буду супершоу репетировать, и все это под эгидой ”Газгольдера”. У нас же тут творческое объединение, и мы открыты для всех правильно настроенных энергетически людей. Потому что никто не будет терпеть негодяев, хамов и бездарей рядом с собой. Все хотят общаться с талантами, с позитивными персонажами».

Мы прощаемся с Богданом и договариваемся отправиться на дачу, где открыт филиал творческой лаборатории «Газгольдера».

Когда я ставлю пустую пивной бокал на стойку, ко мне подлетает знакомый из гламурного журнала.

«И ты тут! — кричит он, интенсивно мотая головой в такт громыхающей техно-попсе. — Прикинь! Я сейчас за сцену ходил, там у них огромный стол такой, как у Гая Ритчи в фильмах! Весь коксом засыпан, во дают! Ха-ха, все как надо: наркота и девочки для богатых, сейчас поеду отсюда уже».

Запрокинув голову, знакомый начинает хохотать и скачет около барной стойки на одной ноге.

Время близится к четырем ночи, и «Газгольдер» уже набит людьми. Большинство — модельного вида блондинки при парадном макияже.

На выходе замечаю знакомую куртку Богдана — Титомир, сверкая в свете фонаря перстнем, отдает указания секьюрити, которые еле сдерживают несколько десятков девиц, рвущихся к дверям.

«Этих пусти и этих тоже», — тычет пальцем в кого-то Титомир, чьи глаза даже на ночной улице скрыты за солнцезащитными очками.

Титомир

Титомир
© Фото: fotobank.com

Черный автобус «Мерседес» преодолевает два поста охраны и останавливается около освещенного загородного дома. Выйдя из автобуса, вместе с фотографом приближаемся к джипу Богдана. Дверь машины открывается — оттуда бьет волна конопляного аромата.

Титомир, слегка пошатываясь, выбирается наружу и, с косяком в руке, представляет строение: «Это, типа, одна из загородных резиденций ”Газгольдера”. Нет-нет, дача не моя — моего близкого другана. Я здесь хозяйничаю, когда он в разъездах, — как Барбос в гостях у Бобика».

Появляется коренастый кудрявый брюнет, протягивает тугую ладонь для рукопожатия: «Меня Женя зовут, проходите, вот тут тапочки на всех». Перед нами открывается огромная гостиная с камином и диванами вокруг низкого столика: все рассаживаются, а хозяин отправляется готовить чай, параллельно разговаривая с кем-то по мобильному телефону.

«В 80-х меня, как серфера, несло, я волну поймал, — рассказывает Титомир, свертывая очередной косяк. — Прикинь, в военной части клуб открыл: пришел замполит новый, и я его так залечил грамотно, что он начал все пробивать — и танцевальное шоу, и глобальный энтертейнмент. Первое место тогда по главку заняли. В итоге кореш-замполит стал командиром части, прикинь! А я — директором клуба, на должности прапорщика».

За стеклянными окнами вспыхивают фары подъехавшей машины. Через несколько минут в холле оказываются две ярко накрашенные девушки: брюнетка в полосатом джемпере и блондинка с мобильным телефоном на шнурке.

Еще через минуту объявляется их спутник — какой-то мрачноватый тип. Девушки подсаживаются к столу и сразу берут ситуацию в свои руки.

«Я Оксана, это Виолетта, а это Стефан, — манерно растягивая слова, представляется брюнетка. — Я хотела вам похвастаться, потому что поступила в китайский университет. Учить китайский в Москве совершенно бесполезно».

Брюнетка поднимает глаза к высоченному потолку и продолжает тянуть: «Ну, Женя, неплохо, я у тебя там, на Остоженке, конечно, не была, но очень все неплохо».

Обернувшись, замечаю, как Титомир с фотографом делают снимки в застрявшем лифте и возвращаются обратно.

«Армейский клуб я сам строил, ну то есть руками дембелей, — продолжает ностальгировать Богдан. — Для настоящих мужчин армия не проходит даром. Остаются навыки, которые ты в жизни потом используешь. Если кому-то в морду пнуть или кулаком — да вообще легко. Ногой в лоб можно зарядить. Сейчас мяса не ем вот уже три с половиной года, вегетарианец, теперь добренький такой стал, вообще. Сам себе удивляюсь. Всех люблю, со всеми вась-вась, враги куда-то исчезли».

«Я еще раз спрашиваю, во сколько утренний рейс из Ханты-Мансийска!» — неожиданно вопит в мобильный телефон блондинка Виолетта.

Все кроме Богдана вздрагивают, а блондинка решает объяснить ситуацию: «Я телеведущая с НТВ, приехала полгода назад из Ханты-Мансийска».

«В этом году я решила держать пост, — приходит на помощь подруге Оксана. — И, представляете, только недавно узнала, что, оказывается, это модно. Вот только сексом заниматься нельзя. И самое противное, что в это время начинаются не чистые помыслы, а в основном грязные».

Мужчины не реагирует на речь, продолжая молчаливо курить, пить чай и кивать головами в такт льющемуся из колонок лаунжу.

Титомир выглядит абсолютно расслабленным, и я решаю спросить об инциденте, когда его поймали с наркотиками на борту парома.

«А я ничего и не скрываю! — сразу оживляется Титомир. — Можно залезть в Интерпол и посмотреть, есть я там или нет. Сейчас нету, а раньше был. С одним депутатом поехали в Монте-Карло на пробег ”Пушечное ядро” как гонщики. Доехали до Монте-Карло и зарулили там по полной программе на полтора месяца. Париж, Ибица, опять Монте-Карло, ”Формула 1”, Каннский фестиваль. То есть не то что зажгли, а угорели по полной. Нет чтобы ехать спокойно по трассе — встали на паром и поехали через Швецию. Там не было никакого ареста, все потом случилось, когда я в Юрмалу на фестиваль поехал. Наверное, товарищ, у которого на пароме все и обнаружили, дал показания. А все из-за того, что у него в пачке сигарет нашли какие-то джойнты. Ну, ты знаешь, шведы — они дотошные такие».

«Щас как дам!» — пищит с соседнего дивана блондинка Виолетта.

«Потом дашь», — уверенно отвечает австриец Стефан, грубо хватающий ее за коленку. Девушка обиженно вскакивает и подходит к хозяину дома Жене, которые только что принес из кухни очередную порцию чашек.

«Меня привлекают мужчины с безразличным взглядом — типа, его ничем не удивишь, — бросает ему Виолетта. — Пойдем, покажешь нам тут все».

Женя кивает мне, и мы отправляемся на небольшую экскурсию, проходя мимо роскошных гостевых спален, гигантского рабочего стола и душевых, которые выглядят так, словно только что вылизаны педантичными уборщицами.

«Это семейный дом, но можно его использовать в разных целях, — улыбается хозяин, когда я вспоминаю, что здесь проходило одно из афтерпати Богдана Титомира. — Отличное место, Истринский район. Вот картины Игоря Вешнякова, в каждой гостевой комнате свой душ и гардероб».

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно