• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

ПроявленияИГРЫ

Пятое колесо

7 Июля 2009 | Автор текста: Бен Уоллес-Уэллс
Пятое колесо
Zyprexa

© www.rollingstone.com

Таблетки-антипсихотики питают медицинский бизнес с оборотом в 16 миллиардов долларов. RS попытался выяснить степень опасности, исходящей от самого раскрученного лекарства XXI века - зипрексы

В июне 1992 года, незадолго до того, как бостонскую больницу Danvers State Hospital закрыли навсегда, Серджио Пирротта, физиолог с гарвардским образованием, вышел из здания клиники в последний раз. Психиатрическое отделение располагалось в старом нелепом корпусе, причем оба крыла больницы были почти свободны от пациентов. Вандалы начинали растаскивать мебель, клиника медленно умирала. В палатах остались только самые серьезные больные - тяжелые шизофреники и люди с расстройствами неустановленной природы.

Глотать или не глотать

Доктор Пирротта приехал в клинику Danvers в середине 70‑х. Он специализировался на реабилитации детей, которые были в судебном порядке признаны невменяемыми. В то время клиника была переполнена: в коридорах и холлах толпились психи, помещение было буквально пропитано табачным дымом, а поступавшие подростки становились мишенью для пациентов с садистскими наклонностями. Тридцать лет назад психические заболевания лечили при помощи примитивных или малодейственных препаратов. Самым эффективным средством считался торазин, но это лекарство превращало больного в форменное чудовище: лицо мгновенно опухало, «глушились» все эмоции и ощущения, и все, что оставалось пациенту, - бесцельно бродить по коридору. Жертвы торазина немногим отличались от зомби. Со временем фармакология сильно шагнула вперед: сначала появился халоперидол, похожий по действию на торазин, но обладавший куда меньшими побочными эффектами. Затем изобрели клозапин - сначала он казался революционным лекарством, но, как выяснилось впоследствии, препарат вызывал фатальный иммунодефицит примерно в двух случаях из ста.

Благодаря новым препаратам общее состояние больных постепенно улучшалось. Однажды Пирротта собрал из пациентов-шизофреников Danvers целую группу и вывез их в межсезонье в пустующий скаутский лагерь в Нью-Хэмпшире, где умственно отсталые стригли траву и занимались уборкой помещений. «Для многих из них это был первый выезд за пределы клиники, - вспоминает один врачей. - Но власти мечтали как следует дать нам по рукам. Больница требовала слишком серьезных бюджетных ассигнований. Таблетки в принципе дешевле больниц, поэтому я чувствовал, что предаю своих подопечных».

В 1992 году, когда Danvers все-таки закрыли, появился совершенно новый класс лекарств, называемых антипсихотиками. Их активно тестировали в клиниках. Разработчики обещали, что эти медикаменты смогут сдерживать шизофренические припадки, окажутся великолепными транквилизаторами и не будут иметь страшных побочных эффектов, которые присутствовали в лекарственных препаратах предыдущих поколений. Психиатры страны замерли в ожидании таблеток, разрабатываемых фармацевтической компанией из Индианаполиса Eli Lilly. Их новые средства обладали мощью клозапина, но без печально известных последствий. Препарат был назван оланзапином, и химики и фармакологи Lilly считали, что они сумели сотворить самое настоящее чудо.

С ума вы, что ли, сошли?

Доктор Уильям Уиршинг, психиатр из Университета Калифорнии, получивший грант от компании Lilly на проведение клинических
испытаний оланзапина, был обнадежен первыми результатами и объездил всю страну с лекциями и консультациями для провинциальных психоневропатологов. Однажды утром Уиршинг, направлявшийся в лос-анджелесский аэропорт, услышал радиопрограмму, посвященную оланзапину. Один из руководителей Lilly заявил, что лекарство будут выводить на рынок под названием «зипрекса». «Они сказали, что ожидаемая прибыль - миллиард долларов в год, - вспоминает Уиршинг. - Когда я услышал эту цифру, то чуть не вылетел с шоссе, по которому ехал. В то время рынок атипичных антипсихотиков оценивался максимум в сто семьдесят миллионов. Тут я и подумал: «Каким образом, черт побери, они собираются заработать эти деньги?».

В конце 90‑х годов Уиршинг вместе с коллегами наблюдал, как разрастается рынок продаж антипсихотиков. Количество реализуемых таблеток явно превышало потребности больных шизофренией и достигло космической суммы в шестнадцать миллиардов долларов. По продажам антипсихотики превзошли самый популярный в США класс лекарств - антидепрессанты. Секрет успеха зипрексы оказался прост: фирма Lilly заплатила 2,6 миллиарда долларов за то, чтобы информация о побочных эффектах препарата никуда не просочилась и чтобы врачи прописывали ее максимально часто для «лечения» непрофильных заболеваний. Люди из Lilly отрицали факт сокрытия побочных эффектов и подпольных продаж, но эксперты, изучавшие действие антипсихотиков, заявили, что кроме смертельных случаев среди лиц, принимавших зипрексу, участились диабеты и другие заболевания с прогнозируемыми фатальными последствиями. Кроме того, оказалось, что по лечебному эффекту лекарство было ничуть не лучше уже известных препаратов предыдущего поколения.

Всего несколько человеческих болезней изучены человечеством так же плохо, как шизофрения. Во всех психиатрических клиниках, где содержат серьезно больных пациентов, шизофреников держат в отдельном помещении. Точная природа этого заболевания до сих пор не определена, и шизофрению диагностируют лишь по ее внешним проявлениям: серьезным расстройствам психики, галлюцинациям и видениям. «Самое сложное для семьи, где есть больной шизофренией, - боль потери близкого человека, - считает доктор Джеффри Наймарк, психиатр клиники Pennsylvania Hospital из Филадельфии. - А самое ужасное - осознание того, что член вашей семьи, условно говоря, становится мебелью». В лечении каждой болезни есть элементы случайности и везения, причем применительно к психиатрии эти слова справедливы в особенности. Психические заболевания, как правило, довольно сложны для исцеления и представляют наибольшую трудность для медиков. Когда лекарство начинает помогать, создается впечатление, что пациент исцеляется волшебным способом.

Прозак жизни

В начале 90‑х годов доктор Эзра Суссер, эпидемиолог и психиатр Колумбийского университета, разрабатывал теорию, согласно
которой шизофрения часто встречалась среди детей, родившихся у женщин, которые неправильно питались во время беременности.
Для этого Суссер внимательно изучал статистику по женщинам, перенесшим во время Второй мировой войны так называемый
«голландский голод». Осенью 1944 года, когда голландские партизаны оказывали особенно сильное сопротивление войскам нацистов, немецкое командование объявило эмбарго на поставку продовольствия в эту страну. Зима выдалась довольно суровой, и в Голландии начался голод. Люди ели луковицы тюльпанов, чтобы выжить. Весной 1945‑го войска союзников освободили Нидерланды. Через несколько десятилетий исследователи, наблюдавшие за детьми, выношенными во время эмбарго, пытались выяснить последствия голода, пережитого матерями. Сассер заметил, что процент шизофреников среди получавших плохое внутриутробное питание детей оказался гораздо выше, чем у тех, что появились на свет несколькими месяцами раньше. Врач предположил, что причины шизофрении кроются не только в генах.

Шизофрения чаще всего проявляется у детей, рожденных от немолодых отцов, и у тех, кто получил внутриутробные травмы. Несмотря на все усилия, ученые до сих пор не могут выяснить причину этого психического расстройства. «Шизофрения - очень сложное заболевание, - говорит доктор Пабло Гейман, директор центра психиатрии и генетики Северо-Западного университета США. - Мы имеем дело с сотнями индивидуальных факторов. В появлении болезни повинна не только генетика, но и результаты определенных внешних влияний на плод. Мы до сих пор не разобрались в молекулярном механизме шизофрении». В начале 90‑х годов ученые из Eli Lilly, занимавшиеся разработкой оланзапина, столкнулись со стратегической проблемой: прозак - бестселлер среди антипсихотиков - выходил из-под защиты американского патента на производство, и вскоре должно было появиться огромное количество его нелицензионных заменителей. В ранних отчетах оланзапин рассматривался как многообещающая и перспективная замена устаревшему прозаку, и к 1992 году в компании отчаянно искали врачей, занимающихся лечением шизофрении, для того чтобы они провели клинические тесты нового препарата. Уиршинг одним из первых подписался на экспериментальную программу. Американское законодательство запрещает фармацевтическим компаниям тестировать производимые препараты. Апробация представляет собой довольно серьезный процесс, в который вовлечены различные независимые исследователи, специалисты и даже научные центры. Результаты тестов должны быть опубликованы в открытых профильных изданиях. Иными словами, фармацевтические компании полностью зависят от таких людей, как Билл Уиршинг. Как и многие другие психиатры, Уиршинг был убежден, что существовавшие препараты имели столь серьезные и болезненные побочные эффекты, что страх вынуждал пациентов отказываться от их приема. Врач с воодушевлением воспринял появление альтернативных лекарств.

Сколько вешать в килограммах

Первые экспериментальные курсы лечения зипрексой, проведенные среди наименее восприимчивых к лекарствам пациентов, показали, что у медикамента гораздо меньшие побочные эффекты. Но серьезной проблемой, по мнению Уиршинга, стало то, что многие пациенты начали резко прибавлять в весе. Кое-кто в течение года умудрялся набрать 75-80 килограммов. Lilly потратили около 200 миллионов долларов на клинические тесты зипрексы в 175 клиниках по всему миру. «Они были убеждены, что создали идеальное лекарство, - вспоминает Уиршинг. - В противном случае Lilly не стали бы вбухивать такие огромные средства в клинические тесты». Когда врач поделился своими наблюдениями с Lilly, там попытались исказить его наблюдения. Сначала разработчики заявили, что Уиршинг пробовал препараты на страдающих дистрофией, но поправляющихся шизофрениках. Затем представители Lilly заявили, что сама болезнь подразумевает появление избыточного веса. Уиршинг выступил с опровержением: «Если вы полагаете, что набор веса - симптом шизофрении, почему я, занимающийся этой проблемой уже два десятилетия, никогда этого не замечал?» Вскоре было подсчитано, что ежедневный прием 10 миллиграммов зипрексы приравнивался к 1 500 калориям. За две недели можно было запросто поправиться на восемь килограммов. В Lilly вынуждены были согласиться с этим фактом, и для принимающих средство была установлена официальная допустимая цифра набора лишнего веса - 14 килограммов в год. 30 сентября 1996 года Федеральная комиссия по продуктам питания и медикаментам одобрила зипрексу в качестве лекарства от шизофрении. В Lilly были настолько уверены в успехе своего проекта, что наняли дополнительных менеджеров по продажам и забили лекарством все свободные складские помещения. Фирма не удосужилась проинформировать должным образом врачей и пациентов о том, что применение лекарства ведет к сильному ожирению и проблемам с обменом веществ.

Маркетинговая ошибка Lilly состояла в том, что во всем мире не набиралось такого количества шизофреников, чтобы поддерживать продажи зипрексы даже на минимально запланированном уровне. Препарат распространялся даже в тюрьмах и исправительных учреждениях, где его прописывали преступникам, отсиживающим сроки за серьезные социально-опасные правонарушения. Эти люди оказывались в массе своей за решеткой из-за того, что психиатрические клиники, подобные Данверсу, активно закрывались. Несмотря на то что лечение зипрексой стоило намного дороже стандартных способов врачевания, вера в чудодейственное новое лекарство заставляла людей и страховые компании тратить большие деньги. Вскоре со всех частей страны в Lilly стали поступать жалобы на ожирение пациентов и частые случаи возникновения диабета. Даже эксперты компании критиковали руководство за сокрытие связи между приемом препарата и проблемами с обменом веществ. Однако менеджерам Lilly удалось убедить ведущих психиатров США в необходимости повсеместного применения препарата.

И вас вылечат

Осенью 2000 года Lilly развернула новую маркетинговую кампанию, согласно которой зипрексу можно было применять для лечения
других психических заболеваний - например, биполярных расстройств. Руководство фирмы предполагало вывести препарат из-под контроля врачей-психиатров и позволить прописывать его обычным участковым врачам для лечения депрессий, анорексии и даже бессонницы. За три месяца активной рекламной кампании зипрексу начали прописывать 49 000 новых больных, что принесло Lilly прибыль в сотни миллионов долларов. Сейчас около 25 процентов продаж этого препарата приходятся именно на рецепты участковых врачей. К 2001 году, когда годовые продажи атипичных антипсихотиков достигли 4 миллиардов долларов, власти решили провести серьезное расследование причин появления и способов лечения шизофрении. Результаты очень разнились: одни отчеты содержали информацию о том, что новые лекарства являются хорошим подспорьем в борьбе с болезнью, в других указывалось на серьезные и опасные недостатки препаратов.

Первого ноября прошлого года я провел целый день в компании доктора Ральфа Акилы - специалиста по шизофрении, который преподает в Колумбийском университете и практикует в легендарном нью-йоркском медицинском центре Fountain House. В этом центре пациентов лечат в соответствии с так называемой клубной моделью: даже самым тяжелым больным находят работу, с которой они могли бы справляться. Только в Соединенных Штатах сейчас 400 подобных центров, в то время как в остальном мире их чуть больше пары дюжин. «Раньше шизофрения считалась чем-то вроде смертного приговора, - говорит Акила. - Но вот увидите, я своих пациентов еще и налоги заставлю платить». Вместе с Ральфом мы совершаем обход его больных. Вот человек, которому снесло голову от употребления крэка, - молодой парень ведет растительную жизнь в Fountain House уже несколько лет. Вот женщина, которая набрала 40 килограммов из-за того, что плотно сидит на зипрексе, - ей нужно подвязывать свисающий почти до колен живот. Акила терпеливо взвешивает пациентку, расспрашивает ее о новой палате. Вот еще один молодой парень, который пришел на регулярную проверку, - он устроился на работу курьером и делится с врачом секретами того, как ему удается скрывать свою болезнь. Большинство шизофреников, которые живут в Америке, по свидетельству доктора, проходят медицинские консультации примерно раз в год - обычно это стандартная 15‑минутная процедура. «Чаще всего я даже не могу себе представить, что за человек сидит передо мной, - размышляет психиатр. - Для того чтобы выяснить истинные причины заболевания, нужно установить с пациентом какие-то отношения и регулярно общаться. Но времени на это нет - в результате шизофреники просто сидят на таблетках. Зипрекса - это уже давно не волшебные таблетки. Это наша с вами суровая реальность».

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно