• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Трек дняМузыка

Хелависа, группа «Мельница»: Жизнь в десяти песнях

15 Декабря 2016 | Автор текста: Rolling Stone
Хелависа, группа «Мельница»: Жизнь в десяти песнях

Хелависа 


© Диана Боровкова, Navigator Records

Группа «Мельница» давно и прочно заняла одно из центральных мест на небосклоне отечественного фолк-рока. Осенью у них вышел новый альбом «Химера», являющийся логическим (и концептуальным) продолжением предыдущего («Алхимия», 2015). А в начале нового года коллектива даст традиционные для себя рождественские концерты в Доме музыки — 15 и 16 января. В преддверии этих выступлений фронтвумен «Мельницы» Наталья О'Шей, более известная как Хелависа, рассказала RS о ключевых песнях своей жизни и карьеры.

1. Дорога сна («Дорога сна», 2003)

Странное дело, думаю я, смотря сейчас на себя саму лет 20-25 назад. Почему-то мне казалось, что музыку писать легко, а вот тексты ну совершенно невозможно, и я, мелкая, постановила для себя, что буду, пожалуй, композитором-песенником, а тексты пусть за меня пишут великие русские, английские и ирландские поэты, ну или какие-нибудь сферические соавторы (которых тогда, конечно, не было). Но в моей жизни всегда, когда это очень нужно, откуда-то прилетает волшебный пинок, будь то влюбленность, потеря или хотя бы яркое путешествие, открываются новые шлюзы, и я прыгаю выше головы, хотя раньше и не подозревала, где эта голова находится. Так оно и вышло — буквально за вечер в одинокой московской квартире у меня сложилась не только музыка, но и текст. И с тех пор моя первая, полностью самостоятельно написанная песня является визитной карточкой группы,
что не перестает меня саму удивлять.

2. Двери Тамерлана («Зов крови», 2006)

«Как из моря из Каспий-

ского, да синего плаща,

Стрела свистнула — да...(спи,

Сон подушками глуша)» (с) М. И. Цветаева

Это был очень странный поэтический и сонграйтерский опыт — я честно пыталась по старой своей привычке работы с великими поэтами написать песню на стихи Цветаевой из «Скифского цикла», и в какой-то момент поняла, что музыка убегает от текста, что текста не хватает, а музыке необходимо развитие. В общем, пришлось писать текст «такой же, но другой». Конечно, я копирую Цветаеву в плане переноса слога:

«Как у двери Тамерла-

новой выросла трава,

Я ли не твоя стрела,

Я ль тебе не тетива» (с)

И ассонансы в сонорных согласных тоже копирую, потому что под них-то изначально мелодия припевов и создана:

«Дыши да не дунь,

Гляди да не глянь,

Волынь-криволунь,

Полынь-завирань» (с) М. И. Цветаева

«Кибитками лун

В дорожный туман —

Небесный табун

Тяжелый колчан» (с)

Эта песня мне очень дорога во многих смыслах — и в плане опыта работы со словом, как будто Марина Ивановна меня учит, и в плане очень нежных эмоций. Здесь я учусь принятию любви, нежности и неминуемо разбитого сердца.

3. Королевна («Перевал», 2005)

Как всегда одна из самых знаковых песен выросла из не пойми чего. Я поехала учиться в Исландию, и у меня там сорвало крышу. Месяц в полярном лете, то есть белых ночах, когда солнце вообще не заходит, когда в одном кадре зеленые холмы, фиолетовые горы и голубые ледники. И сумасшедшие, приправленные горящими взглядами и случайными прикосновениями, лингвистические эксперименты: а давай переведем средневерхненемецкий миннезанг Кюренбергера про сокола на древнеисландский, да еще и аллитераций туда нальем?! Самые красивые истории любви — неслучившиеся.
В плане аранжировок песне не сразу повезло — на альбоме «Перевал» она вышла с флейтовым соло, тогда как мелодия этого соло изначально планировалась для струнного инструмента, гитары или арфы, и я так и не могу слушать этот вариант, хотя знаю, что многим слушателям он полюбился и воспринимается как канонический. 

4. Господин горных дорог («Перевал», 2005)

Что-то у меня весь список выходит про любовь, к чему бы это. На самом деле ГГД — очень тяжелая для меня песня, мне необходимо было ее написать, просто чтобы перестать плакать. Это, кстати, очень крутой рецепт — если слезы душат, садись, дура, за инструмент, и занимайся, импровизируй, работай, балда, авось из этих хлещущих эмоций хоть что-то путное для вечности получится, — уже не зря страдала. Но эта песня мне очень дорога и тем, что в ней как бы запечатлен образ моей любимой страны — Грузии, и моего любимого высокогорного Кавказа. И к сожалению, песня в какой-то мере оказалась пророческой, потому что через несколько лет мой близкий друг и гуру альпинизма Залико Кикодзе погиб на Ушбе, и теперь он — господин горных дорог.
Конечно, ГГД — это классическая рок-баллада, самая пафосная из наших баллад, и сейчас в концертах она наконец-то звучит так, как я ее себе мыслила когда-то — с ритм-секцией, с гитарным соло, с динамикой от нежнейшей акустики до нормального «рубилова».

5. Невеста Полоза («Зов крови», 2006)

Вот тут в наших пабликах пишут, что у НатальАндревны больно много песен про холодных и чешуйчатых, и это неспроста, и нет ли в этом чего запрещенного. НатальАндревна сама по гороскопу Дракон и имеет склонность к подобным созданиям, начиная от «Змея» Гумилева. В «Невесте Полоза» наследил и Николай Степанович («из логова змиева, из города Киева»), и Бажов с «Золотым волосом», и, конечно, «Эгле — королева ужей». А мысль написать песню пришла мне в голову как-то в сентябре в средневековом Полоцке, где прямо по асфальту через пешеходную дорожку к ручью ходили ужики, сворачиваясь изумительными колечками. Я настолько обалдела, что вслух сказала: батюшки, это что же? И проходящая мимо бабушка спокойно ответила: это, дочка, змеи свадьбы справлять идут. Вы слышите это «пыщщщь!»? Да, это взорвался весь культурный код индоевропеиста в моей голове. И да, тридцать три кольца, которыми змей может обнять любимую — это те самые девяносто девять изгибов, которыми лежит ведический дракон Вритра после того, как Индра убил его.

Довольно смелый был эксперимент с «пустым» припевом на концертах, где предлагается петь залу. До сих пор, уж сколько лет, казалось бы, мы песню играем, сколько лет ездим по стране, а слышно, где люди реально поют, почти как профессиональный хор (вот Киев, к примеру, просто изумительный, можно им вообще микрофон отдать и расслабиться), а где сидят, прижав локти к ребрам, и вовсе не понимают, чего глупый артист на сцене от них хочет.

6. Шелкопряд («Дикие травы», 2009)

Вот вы не знали, а за этой песней стоит одно питерское наводнение. «Послушай, меня заливает песня, как вода», — это не шизофрения (ну по крайней мере, я надеюсь, что хотя бы не совсем), это реальный опыт, когда ты стоишь на набережной Невы возле Литейного моста, и видишь, как поднимается вода, видишь, как она перехлестывает через черную вязь перил, добирается до твоих ботинок.

Собственно, это ведь продолжение «Невесты Полоза» — там меня накрывала неопределенная змеиная суть, тут я уже поняла, что это просто каждая песня стремится родиться с кровью, с потом, с ужасами, избавиться наконец от меня, но только вот я всякий раз улетаю черт знает куда с ними, и всякий раз очень сложно возвращаться.
 Интересный факт — песня написана в ре-миноре, поскольку ее определяет арфовый рифф, а для арфы ре-минор одна из самых рабочих тональностей. Как-то раз мы собрались ее петь с Ютой, и Аня сказала, что ей высоковата тесситура, может, ее опустить немного? И мы перетранспонировали песню в до-минор. В итоге Аня придти спеть на концерте не смогла, но вещь так и осталась в до-миноре, потому что нам всем очень понравилась окраска высоко-бемольной тональности, такой чернильно-синий цвет, мрачный и тягучий. Честно сказать, Лусинэ Геворкян как раз было низковато петь в до-миноре, когда мы сделали этот трек с ней пару лет назад для рождественского концерта, но Лу профессионал, каких мало, она великолепно справилась, и я до сих пор с восторгом вспоминаю, как песня прозвучала с ее мелизмами и тембром.

7. Черная овечка, 2011

Окей. Была у меня маленькая и очень дорогая подружка, которую я никогда не видела. Точнее нет, сначала у меня был удивительный друг из Америки, который написал, что под мою музыку его дочка вышла из комы после аварии, и мы как-то стали общаться. Это была бесконечно деликатная и теплая переписка, и раз за разом вскрывались потрясающие совпадения во вкусах и опытах, — как в кино. А потом переписка резко прекратилась. И еще через месяц я узнала, что он умер от рака, что писал он из больницы, и что той же болезнью страдает девочка, которая видела меня и музыку во сне, и мы стали переписываться с ней. Если вам нужен еще один тезис для того, чтобы разрыдаться, ее мама погибла в башнях-близнецах, но речь совершенно не об этом. Мегги была изумительная, чуткая, веселая и очень, очень смелая. Будучи наполовину грузинкой, она учила русский язык, я отсылала ей демо-записи песен «Ангелофрении», и, слушая «Поезд на Мемфис», она первым делом отметила — Меркурий это же про Фредди Меркьюри? И в какой-то момент у меня стали холодеть волосы на затылке, и стала приходить ко мне эта черная овца, и стало понятно, что Мегги скоро уйдет, и надо срочно писать эту безумно страшную, эту выморочную колыбельную. Как раз тогда мы начали работу над кельтской программой, и Сергей Вишняков освоил строй DADGAD, и мы сделали эту чудовищную сбивающуюся джигу, в которую приходит кода песни, и я успела отослать Мегги первую концертную запись. После ее смерти мы записали песню, но я много лет не могла играть ее живьем на концертах, было слишком жутко.

8. Тристан («Алхимия», 2015)

Дорогой друг и соавтор Иван Малютин, давно очарованный историей Тристана и Изольды (и особенно темой меча!), как-то прислал мне зачаток текста. В нем значилось:

«Стал сталью

Спал с болью

Не стал спорить

С ее любовью»

«
Замечательно», — сказала я, глядя на пейзажи бретонского берега розового гранита, это будет шикарная песня про нашего любимого героя, но женские окончания необходимо поменять на мужские:

«Сталью ты стал

С болью ты спал

С ее любовью

Спорить не стал
»

На том мы и порешили, и наработка на много месяцев ушла «в стол», пока другой дорогой друг и соавтор Сергей Вишняков не сочинил некую композицию в строе DADGAD (улавливаете тенденцию?) и типичном фолковом размере 6/8. Композиция была совершенно стройная и оформленная, и самое главное, слова «Тристана-из-стола» на нее легли настолько идеально, что осталось только хватать вдохновение за узду, чтобы не ускакало диким галопом, роняя пену, и писать, писать, дописывать, укладывать слова в уже готовую мелодию — «она кли-и-и-нок, она же сталь!»

9. Голубая трава («Химера», 2016)

Опять должна упомянуть Ивана Малютина, который предлагал написать песню об аплодисментах жаждущей толпы. Я, видимо, чего-то не поняла и написала об одержимости творчеством (привет, Шелкопряд) и, как обычно, о любви. Тут еще вкрутилась бретонская сказка о Короле-Вороне (а также о голубой траве, железном чародее и зеленом человеке с одним только глазом во лбу), у меня в очередной раз с фейерверком взорвался в голове культурный код, и песня полезла вперед, включая живую и мертвую воду наряду с атрибутами причастия.
Надо сказать, что изначально это был довольно унылый шаффл, но мы быстро сообразили, что если будем делать аранжировку в этом духе, получится кошмарная выморочная штука, ей был просто необходим некий антидот иронии, и поэтому мы в срочном порядке изменили бит на прямой и на альбоме вставили в начало трека кваканье лягушек.

10. Список кораблей («Химера», 2016)

Все, как я люблю — магия творчества в чистом виде! Сначала дорогой друг и соавтор Ольга Лишина написала некий текст про три корабля, который идеально вставал в парадигму уже выпущенных «Никогда» и «Дредноута» и готовящейся к записи «Изольды». Я очень обрадовалась, потом разревелась, потом опять обрадовалась и немедленно дописала что-то, напоминающее припевы (про секстант и лимб, поскольку мне не давал покоя роман Переса-Реверте «Тайный меридиан»). Дальше я сажусь за инструмент, начинаю ковырять музыку и понимаю, что у меня же все уже есть, потому за пару недель ДО того Сергей Вишняков прислал мне свою гитарную тему, к которой просто нужно спеть контрапункт с только что сложенными словами, и будет уникальный в своем роде рок-романс.
Так оно, собственно, и получилось — мы записали гитару и голос сквозным дублем без клика, за что спасибо студии Vintage Records, поскольку мы могли писаться в разных комнатах и видеть друг друга. А потом пришел Артем Якушенко со своей скрипкой и процессором и тоже сыграл совершенно идеальное душераздирающее соло, и честно скажем, мы считаем, что «Список кораблей» — одна из лучших песен «Мельницы» вообще, если не лучшая.

«Мельница»

Альбом «Химера» доступен на Apple Music и на Яндекс.Музыка

Рождественские концерты группы «Мельница» состоятся 15 и 16 января в Московском международном Доме музыки

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
Материалы партнеров
Интересно