• Rolling Stone в Twitter
  • Rolling Stone Вконтакте
  • Rolling Stone в FaceBook
  • Rolling Stone в Одноклассниках
  • Rolling Stone в Instagram

Архив RS: По нашему — это Шак, 1993 год

6 Марта 2013 | Автор текста: Патрик Гольдштейн
Архив RS: По нашему — это Шак, 1993 год
Шакил О’Нил

© Марк Зелигер

«Бум! Бах! Бум! Бах!». Представьте, что отбойный молоток работает прямо за вашим левым ухом — с огромной силой вгрызается в раскаленный, жирный от солнца асфальт. Примерно так в «Bitches Ain’t Shit» Доктора Дре звучит бас, пропущенный через дюжину динамиков, установленных внутри машины центрового «Орландо Мэджик» Шакила О’Нила. Бордовый джип «Шеви Сабербан» с номерными знаками «Shaq Fu» нагло пролетает на красный свет перекресток в нескольких километрах от дома баскетболиста в респектабельном квартале Орландо. «Ого!», — довольно кричит Шакил, интенсивно давя на газ. Повинуясь баскетболисту, машина быстро и уверенно разгоняется. «Ну как тебе акустика?» — интересуется центровой. Одно из любимых развлечений О’Нила — разъезжать по Орландо, не обращая внимания на ограничения скорости, и слушать на всю катушку Da Lench Mob, Terminator X или A Tribe Called Quest.

Сейчас три часа дня, самый обычный день в жизни Шакила. Баскетболист проснулся в восемь — он участвовал в утреннем шоу «This Morning». Затем отправился на интервью, где в режиме спутниковой конференции пообщался с дюжиной спортивных журналистов. Вместе со мной Шакил планирует отправиться в один из торговых центров – в сетевой книжный магазин на автограф сессию. Затем, ближе к вечеру, ему придется возвращаться в телецентр.

Свой коронный бросок — данк — Шакил отрабатывал со старших классов школы. «Когда данк начал у меня получаться, противники стали играть против меня совершенно иначе, — говорит баскетболист, — Меня стали бить по рукам под кольцом в два раза чаще». В мире, где возможности спортивных монстров Nike и Reebok перекрывают даже силу MTV, сам спорт стал настоящим шоу-бизнесом. Благодаря телерекламе имя Шакила О'Нила тоже стало брендом. Агент баскетболиста, Леонард Армато, называет своего подопечного племянником Бэмби и Терминатора. «В некотором смысле НБА — это развлекательная корпорация, — тараторит Армато, сидя в офисе, уставленном портретами Шака, — Ее директор, Дэвид Штерн, выступает в роли Уолта Диснея, а его подопечные, будь то Майкл Джордан или Шак — это Микки Маусы, Плуто и Дональды Даки».

Перед тем как начать карьеру в НБА, Шакил подписал контракт с Reebok. Компания обязалась выплатить ему 20-миллионный гонорар за съемку в рекламных роликах. Подобные сделки с фирмами Pepsi, Spalding и Kenner Toys лишь за первый год в профессиональном спорте принесли баскетболисту доход в 8 миллионов. И Шакил стоит этих денег — один только Reebok рассчитывает заработать на спортсмене в 1994 году не менее 100 миллионов. Сейчас Шак вдобавок еще и начал карьеру рэпера. В октябре на лейбле Jive Records вышел его альбом «Shaq Diesel». С маркетингом все в порядке: в пластинку вошли композиции, которыми Reebok планирует озвучить новую порцию рекламы.

Парикмахер по имени Дес стрижет машинкой голову Шакила. «Будет лысый, но очень красивый, — смеется мастер. — Для нынешних баскетболистов прическа — это элемент спортивной формы». О’Нил заезжает к Десу каждую неделю. «Шак недавно изменил мне с япошками, — продолжает хохотать парикмахер, колдуя над головой спортсмена. — Он был в Токио и подстригся у местных. А теперь мне приходится исправлять их огрехи». В то время, как Дес, смочив руки в вишневом спиртовом бальзаме, массирует голову баскетболисту, Шакил рассматривает картину на стене парикмахерской — акварель, на которой мужчина, любуется тем, как балерина в пышной пачке делает па. Дес заявляет, что О’Нил может купить картину за 250 долларов. «Ты только скажи, что она означает?» — спрашивает Шак. Дес хихикает: «Ничего особенного». «Так не бывает, — не унимается О'Нил, — В каждой картине есть свой смысл. Не можешь объяснить? Сбавляй цену!». Дес с хохотом предлагает 200 долларов. Шакил выбивает 125, и добавляет от себя еще пятерку, за шоколадные леденцы, которые он съел из вазона во время стрижки. Пять минут спустя О’ Нил бросает пакет с картиной на сидение «Сабербана». Мы с визгом отъезжаем от парикмахерской. «Уж я-то умею проводить переговоры, — удовлетворенно заключает спортсмен. — В моем гараже стоит семь машин, но платил я только за три. Я еще в школе такие сделки проворачивал — ты бы знал».

У себя дома Шакил с видимым удовольствием усаживается перед телевизором и начинает общаться со своей собакой — ротвейлером по имени Шазам. О’Нил обучает его командам на особенном языке, понятном лишь собаке и хозяину. «Капайя!», — восклицает Шакил, и животное, глядя в пол, послушно садится. — Видишь, это слово означает «сидеть»». Стены дома увешаны фотографиями, золотыми дисками рэперов DXF2 и Fu-Schnikens. В отдельной рамке висит кардиограмма работы сердца О'Нила. В одной из комнат установлен игровой компьютер, а на полу валяются коробки от игр «NBA Jam» и «Terminator - 2». В спальне огромное чучело гориллы готово наброситься на входящего. В углу еще одно чучело — обожаемый центровым тигр, набитый некими особыми опилками.

Шакилу всего лишь 21 год, и он ведет вполне размеренный образ жизни: икрок всего раз имел проблемы с законом, да и то по мелочи: однажды в Лос-Анджелесе ему выписали штраф за нарушение общественного порядка — О’ Нил проезжал по бульвару на машине со включенной на полную мощность стереосистемой. На протяжение последних лет Шак встречается с одной и той же женщиной. Его подруга живет в Хьюстоне, так что в личной жизни центрового все не очень просто. «Девушки не обращали на меня внимания до старших классов. Я был тощим, и только после 16 лет начал чувствовать себя мужчиной, — вспоминает Шак. — Во сколько я потерял девственность? Чувак, это было реально очень поздно. Зато теперь я в женщинах разбираюсь. Фанатки помогли мне стать разборчивым. Я вижу, что им интересно — собственно я, или куча моих бабок».

ИНТЕРЕСНЫЕ ПОСТЫ
ВИДЕО ДНЯ ТРЕК ДНЯ
Материалы партнеров
Интересно